Чтение онлайн

– Очень хорошо! Кого отправим на обыск?

– Разрешите, к Садокат поеду сам! А к Мастуре – Махкам Хакимович…

– К Мастуре я сам поеду. А Махкам пусть с тобой. Но с пастухом Яхшиликом не будем спешить! – Фахриддин резко встал со стула. – Да, спецы с металлоискателями приглашены?

– Конечно! Можно ли об этом забыть? – Санжарбек с иронией посмотрел на командира, как бы говоря «обижаете!».

– Тогда по коням! – По лицу Фахриддина было видно, что устоз доволен учеником…

В доме пастуха Норбуты – у Мастуры при обыске ничего существенного для следствия не нашли. Комнаты, подсобные помещения, коровник, кухня, все потолки, крышы, стены, двор были тщательно обследованы специальными инструментами, но никакого клада не нашли. Из найденных вещей обратила внимание Фахриддина на себя только пачка бумаг из карманов пальто Норбуты и на обратной стороне одной записанный номер какого-то телефона. Листики бумаги уже пожелтели и готовы были уже вот – вот порваться, а на их лицевой стороне виднелись надписи «Квитанция», «ООО Биллур», «г. Самарканд». Места «от кого», «наименование», «масса», «подпись», «число» чисты, не заполнены. Нетрудно было понять, что бланк одной из квитанций был использован лишь для записи того самого номера телефона.

Фахриддин, не отрывая глаз от бумаги, думал, логически выводил: «Значит, Норбута поехал в Самарканд, чтобы сдать там золотые изделия. По названию «Биллур – Кристалл» можно понять, что это или ювелирный магазин, или ломбард». Там и записали ему чей-то номер телефона. По записи можно предположить, что это женская рука, а записана на бланке квитанции, потому что не нашли другой бумаги. Чей это может быть телефон? Может быть человека, который может купить эти его золотые монеты. А может книги…

– Поехали? – громкий голос Махкама, что уже завел машину и ходил тут из стороны в сторону, нарушили мысли командира.

– Да – да, поехали! Все вышли? – Фахриддин посмотрел по сторонам, а потом уселся на переднее сидение машины. Всю дорогу он посматривал «набравшего воды в рот» хмурое лицо Махкама и подумал «волнуется, небось, подавлен, что никаких результатов обыск не дал, старания наши были напрасны, да, удивительный характер у парня». И хоть смотрел на окрестности сквозь окно летящей как ветер машины, мысли несли его сейчас в сторону Самарканда: «Неужели мы нашли начало важной ниточки! Но будет ли польза от этого? Ну хорошо, допустим, мы нашли ювелира. А если тот: «Да, верно, пастух мне сдал золотые украшения и некоторые изделия, он за них деньги взял, и по его просьбе я дал номер телефона знакомого мне еще одного ювелира» скажет, а второй, как найдем тоже: «Конечно, пастух предложил мне золотые монеты, но я отказался их брать» или «часть монет я купил, а потом я того не видел» скажет, тогда что? Опять следствие в тупике, что ли? Может быть они не причастны к убийству… В любом случае в этом кусочке бумаги есть, мне кажется, скрытая тайна. Вполне возможно, что проблема одним концом упрется в Самарканд!..».

Группа Санжарбека вернулась раньше, все сидели на рабочем месте. Выйдя из машины и с мыслями: «может они что-то накопали» поспешил к ним.

– Волк или лиса? – Санжарбек, как обычно, опередил командира.

– Да ничего существенного! А у вас?

– Посмотрите вот на это, – сказал Санжарбек, передав ему лежащую на столе толстую тетрадь. – Дневник Садокат.

– Ах, значит она ведет дневник? – Взяв в руки тетрадь, Фахриддин начал ее листать.

– Дневник, думаю, поможет что-то нам открыть. Если доверять всему, что там написано, то в показаниях Садокат в основном ложь отсутствует.

– Почему «в основном»? – спросил Фахриддин, не отрывая глаз от тетради.

– Она скрыла от нас о столкновениях с Мастурой, только вот это.

– Значит между соперницами…

Обратите внимание на вот эти записи! – Санжарбек взял у устоза в свои руки тетрадь, открыл отогнутое место и стал читать: «Сегодня домой опять пришла Мастура. Ругала меня, сыночка на чем свет стоит, оскорбляла плохими словами. Чтобы соседи не услышали, стала успокаивать ее. «Не оставишь в покое мужа, убью и тебя, и грязного твоего сына. Весь дом твой и домашние вещи подожгу» угрожала. Я ей «твой муж мне не нужен, забери совсем, если тебе он нужен». А она «Если муж не откажется от тебя, шалавы, его тоже в землю закопаю, будете вместе в могиле!». Довольно, хватит, как мне эти скандалы надоели… наелась…».

– А почему Садокат скрывала их распри? – опять спросил Фахриддин, снова взяв в руки тетрадь.

– «Умерший ушел навеки, к чему теперь эти все слова» – только и сказала.

– Ладно, ты внимательно прочитай весь дневник! – Командир закрыл тетрадь и сел в глубокое кресло. – Может все эти переживания Садокат что-то нам дадут!

– А у вас как, устоз? – не утерпел Санжарбек.

Фахриддин коротко рассказал о произведенном обыске в доме Норбуты – пастуха, высказался о найденном в его кармане телефонном номере.

– Тут что-то есть! Я думаю, следы нас приведут в Самарканд! – Санжарбек с вопросом на лице «что же будем делать?» повернулся к командиру.

– Я возьму из опергруппы кого-нибудь и поеду в Самарканд. Ты тут продолжай по намеченному! – Фахриддин поднял трубку внутреннего телефона. – Через полчаса соберите мне всех членов опергруппы!

Распределив задания членам оперативно – следственной группы, Фахриддин Каримович, несмотря на уже поздний час, выехал в путь вместе с сотрудником уголовного розыска Авазжоном…

***

Найти ювелирный магазин, относящийся к обществу с ограниченной ответственностью, было не трудно. Завмаг Раиса Халиловна, хотя ей было больше шестидесяти, была накрашена как невестушка, и несмотря на свою, впрочем, приятную полноту, была довольно деятельна, а гостей из прокуратуры встретила тепло.. Фахриддин Каримович показал ей свое служебное удостоверение, представил себя и своего напарника.

Услышав, что они из республиканской прокуратуры, хозяйка напряглась, цвет ее лица несколько изменился. Что в этот момент происходило в ее душе, нетрудно было представить. Несмотря на это, много видевшая на своем веку женщина постаралась вести себя спокойно и беспристрастно:

– Добро пожаловать, дорогие гости! Как съездили? Не устали от дороги? Понравился вам наш город?

Фахриддин постарался коротко ответить, и, чтобы быстро устранить волнение женщины, перешел к цели:

– Дорогая сестра, скажите, с какого времени вы работаете в этом магазине?

– Да уж много лет, со дня открытия, лет пятнадцать.

– Вы знакомы с кашкадарьинцем, пастухом Норбутой? – Фахриддин достал из сумки фотографию пастуха и протянул женщине.

Раиса осторожно посмотрела на снимок и произнесла:

– Нет, нет, я этого человека не знаю.

– Может быть он вам что-то сдавал?

– Может быть! Конечно, всех не вспомнишь! Когда он сдал – то?

– Да уж год прошел.

– Тогда мы можем поднять документы и выяснить! – Раиса встретила вошедшую к ним с кофе красивую, высокую, обращающую на себя внимание любого парня девушку в коротенькой одежде, и приказала:

– Милая, подними и принеси, пожалуйста, архив за прошлый год!

Девушка тепло улыбнулась сидящим, подтянула вниз юбку, пытающуюся ползти наверх при каждом ее шаге, вышла и сразу же вернулась с двумя толстыми книгами.

– Как звали пастуха? – спросила заведующая, перелистывая книги.

– Нормуминов Норбута!

– «И», «й», «к» вот – вот, значит, «м», а вот «н» – Раиса развернула книгу на середине тома. – Нор… нор… Нормумин, вот он… Ювелирные изделия двадцати видов сдал! Вот, сами взгляните! Кстати, я этого человека вспомнила.

Фахриддин нагнулся рассмотреть бумагу. На самом деле, в них была дана характеристика и вес сданных пастухом золотых изделий двадцати наименований. Он обратился к заведующей: