Чтение онлайн

Внезапно скрипнула дверь. Мельхиор, чьи нервы после всего пережитого были постоянно напряжены, испуганно повернул голову. Он с трудом удержал вскрик, готовый сорваться с губ. Из-за приоткрытой двери кабинета выглядывала виноватая морда собаки.

Отец Кароль улыбнулся.

– Познакомьтесь, уважаемые. Это Плюч, мой верный друг и соратник в походах по городу и его окрестностям. Он сообщает, что с ним пора гулять.

Увидев, что хозяин не сердится, пес уже более уверенно прошел в кабинет, виляя хвостом.

Священник ласково потрепал собаку.

– Сейчас пойдем, Плюч. Дай нам несколько минут, чтобы проститься.

Гости поднялись со своих мест. Надевая свою шляпу, нотариус произнес.

– Я могу принести шкатулку завтра. В какое время вам, ваша святость, удобно с нами встретится?

– В восемь у меня начинается утренняя проповедь. Она длится два часа. После нее милости прошу. Надеюсь, завтра мне станет лучше.

Священник пожаловался, показывая на алтарь.

– Совсем меня простуда замучила! Вот, поставил большую свечу Ксантии-целительнице и на всякий случай тонкую черную свечку злой Астрелии. Может быть, если не Ксантия, то хоть ведьма поможет?

Провожая гостей до выхода, отец Кароль продолжал чихать, кашлять и говорить одновременно:

– Я хорошенько обдумаю все, что вы мне рассказали, месьер Мартиниус. Сразу после прогулки с Плючем сяду и обдумаю. Как раз перед самым вашим приходом я собрался разобрать свою коллекцию марок. Марки очень помогают сохранять спокойствие и уравновешенность. Это как раз то, чего мне в последнее время не хватает!

Уже на пороге, нотариус задал священнику вопрос:

– Скажите, отец Кароль, существуют ли потомки других проклятых Астрелией? Барона, бургомистра? Про стародавнего епископа не спрашиваю. Священство не должно жениться и иметь детей.

Отец Кароль прохрипел, преодолевая мокроту в горле:

– Кроме нас, трех братьев Зудиков, я знаю только одного потомка проклятых. Зато в нем смешалась кровь кренов и баронского рода Арнольди. Настоящий бастард, как называют у нас таких выродков, прости меня Гведикус!

– И кто же этот дважды проклятый?

– Вы напрасно иронизируете, месьер Мартиниус. Его зовут Жасмин Лохматус. Храни вас Гарда-защитница! Было бы лучше, чтобы вы никогда не встретили это чудовище!

После разговора с отцом Каролем, нотариус был рассеян и задумчив. Пробираясь в людской толчее кривых центральных улиц, он несколько раз нечаянно натыкался на встречных прохожих. Извинялся, любезно улыбаясь, но потом опять уходил в свои мысли. Наконец, Мельхиор не выдержал и решительно взял своего патрона под руку.

– О чем вы думаете, доминус?

– Признаться, мне не дают покоя мятное желе и духи с запахом фруктов.

Мельхиор с недоумением посмотрел на нотариуса.

– О чем это вы, доминус?

– Вы не понимаете, мой юный друг? А ведь это, своего рода, антиподы.

– Все равно, не понимаю. Наверное, я слишком глуп.

Нотариус улыбнулся, забавно сморщив нос.

– Хорошо, оставим эту тему. Обратим внимание на нечто более очевидное. Что вы скажете, Мельхиор, по поводу тех двоих бородатых месьеров, которые неотступно идут за нами от самого собора. Мне кажется, я узнаю лесных разбойников.

Мельхиор оглянулся. Действительно, в нескольких шагах позади них, в толпе горожан мелькали, заросшие до самых глаз, знакомые красные рожи. Грабители, счастливо избежавшие в Гвинском лесу длинной сабли гусара!

Несмотря на то, что бандиты не приближались, нотариус и его молодой помощник ускорили свой шаг. Они торопливо прошли улицу Лилий и, поравнявшись с торговым обществом «Микаэль Фунтик и его братья», повернули на улицу Крокусов, за углом перейдя на бег.

– Постойте, доминус, – прошептал, задыхаясь, Мельхиор. – Нам нельзя в «Беличье дупло»! Если мы войдем туда, разбойники узнают, где мы живем!

– Поздно, мой юный, но невнимательный друг, – пропыхтел в ответ Мартиниус, с трудом поспевая за длинноногим помощником. – Утром они ждали возле пансиона и следили за нами до самого собора. Эх, как назло ни одного констебля!

Мельхиору ничего другого не оставалось, как смущенно умолкнуть. Первым взбежав по ступенькам на крыльцо, юноша лихорадочно забарабанил в дверь. Матильда едва успела отскочить в сторону – оба жильца ворвались в прихожую и с грохотом захлопнули за собой дверь.

– С вами все в порядке? – с удивлением спросила хозяйка пансиона тяжело дышащих постояльцев.

– Конечно, уважаемая Матильда, – отозвался нотариус. Он стоял, согнувшись пополам и уперев руки в колени. – Все в высочайшей степени замечательно!

Мельхиор тем временем внимательно осматривал улицу через зарешеченное окошечко.

– Все в порядке, доминус. Разбойников нигде не видно.

– Я так и думал, – сказал Мартиниус, выпрямляясь. – Уф! Давненько мне не приходилось так бегать!

– Во всяком случае, к обеду вы успели, – заметила Матильда. – Прошу в столовую.

Отдышавшись, нотариус с помощником прошли в столовую. В ней перед полным кубком вина сидел печальный ротмистр. Его лихие усы уныло повисли. Завидев нотариуса, Гильбоа грустно произнес:

– Вы оказались совершенно правы, месьер нотариус. Мелодия Дзюйн в Гвинбурге не проживает. Я был в магистрате, искал ее в реестре жителей города, но увы. Единственная в городе дева по фамилии Дзюйн недавно отпраздновала свое восьмидесятилетие, дай Гведикус ей здоровья!

– Вы запомнили адрес этой старушки? – спросил нотариус, устраиваясь за столом.

– Улица Фиалок, дом десять, – равнодушно сказал Гильбоа. – У меня хорошая память на числа.

– Не расстраивайтесь, мой дорогой ротмистр, – улыбнулся Мартиниус. – Я уверен, что ваша прекрасная дама прячется где-то рядом.

Гильбоа с проснувшимся интересом посмотрел на нотариуса.

– Откуда вы знаете?

– Все очень просто. В полиции Мелодия назвала первую пришедшую на ум фамилию. Дзюйн – фамилия редкая. Значит, наша красавица знает эту женщину, скорее всего, живет где-то возле нее.

Ротмистр радостно встрепенулся.

– Вы вернули мне надежду, месьер нотариус! После обеда – на улицу Фиалок! Семь тысяч демонов и кулаки Деуса, да я переверну там каждый дом, клянусь своей саблей! Все же день прошел не зря. Пускай я пока не нашел свою прекрасную деву, зато узнал, где можно купить душистый табак с плантаций острова Гведелупа!

– А где Барабара? – задал вопрос нотариус Матильде, вошедшей с подносом.

– Играет в дворике за домом. Такая бойкая девочка! Я позову ее.

Маленький дворик на задах пансиона был огорожен невысокой стеной, сложенной из валунов. В нем росло несколько диких слив, колючий куст малины и стоял стол с лавками. За стеной извивался узкий Безлюдный переулок.

Матильда поставила перед квартирантами тарелки, белую фаянсовую супницу, положила столовые приборы.

– Сегодня на первое картофельный суп с фрикадельками, на второе пюре с котлетами, на третье кисель из картофельного крахмала и ягод! – с гордостью перечислила хозяйка, наполняя тарелки.