Чтение онлайн

— Именно поэтому вы, молодой человек, устроили на "Фенрире" настоящую бойню со всеми вытекающими! Так!? — Василий Иванович не спрашивал, а констатировал всем уже понятный факт.

— Что-то здесь не так… — подумал Арнак, заметив, что во время всего разговора адмирал не переставал дергаться на своем симбиотическом кресле так, как будто это был допотопный электрический стул.

— Точно! — кивнул Джек — кстати, когда я их убивал, мысль о дальнейшей судьбе меня совершенно не беспокоила! Сказать по правде, я даже впал в некое подобие дикого боевого угара, поэтому-то я и испепелил остатки команды, запершиеся от меня в бомбовом отсеке! Только после того, как в моей голове порядком прояснилось, я начал думать, как остаться в живых! Вот и надумал… Эту систему мы должны были использовать, как перевалочную базу для прыжка к Солнцу, поэтому я расправился с командой еще до того, как мы здесь очутились! А как только "Фенрир" вышел из парапространства, я разнес двигательную установку, а потом и парапространственный конвертер вместе с навигационной системой, лишив корабль возможности двигаться прежним курсом. Кстати, идея была настолько безумная, что предусмотреть такое развитие событий никто, к счастью, не смог… Поэтому, я и сижу сейчас перед вами…

— Ваш рассказ, юноша, мне очень понравился! — вставил Нечипоренко — но все вышесказанное не объясняет того важного нюанса, из-за которого и начался весь этот разговор — вы остались живы несмотря на летальную дозу облучения и не изжарились под действием радиации в беззащитной анабиотической капсуле! — главврач задумчиво покосился на Смирнова.

— Плесень! — ответил Джек — мой отец этого тоже не предусмотрел! Одним из многочисленных полезных свойств симбиотических плесневых грибков является то, что они поглощают радиацию в совершенно противоестественных количествах!

— Я это знаю! — сказал Петр Владимирович, не сводя с Редстоуна своих пронзительных глаз — но несмотря на их помощь вы, юноша, официально мертвы! Точнее, согласно данным, которые я вижу сейчас на экране — он показал на висящий перед ним голографический монитор — вы являетесь крайне радиоактивным трупом сына республиканского президента! — он, в отличие от своего приятеля-адмирала, находился в состоянии абсолютного покоя, лишь изредка прерываемого незначительными колебаниями век.

— Позвольте не согласиться! — улыбнулся Джек — я пока еще жив и в ближайшее время умирать не собираюсь… А что до моего радиоактивного заражения… Так все просто! — он почесал затылок и продолжил — перед нашей миссией, от которой, как вы уже знаете, я не мог отказаться… — Редстоун грустно усмехнулся — я как следует заправился всеми возможными и невозможными антирадийными препаратами и радиационными протекторами, — Джек посмотрел на окружающих — я знал, что нас ждет… Точнее, я знал, что мы будем перевозить двадцать бомб "Рагнарок" в корабле "САН" с радоновым реактором и отражающим радиацию внутренним слоем обшивки! В таких условиях любой конструктивный дефект антирадийного контура, мог привести к летальному исходу! Я же не знал, — он снова усмехнулся, слегка поерзав на кушетке — что дефект у контура действительно будет и совсем даже не конструктивный! Так вот, я решил обезопасить себя на всякий несчастный случай! Все просто… Кстати, вы, наверное, заметили, что моя капсула до краев была наполнена биосохраняющим раствором?

— Да! — согласился Нечипоренко — и что с того?

— Причина заключается в том, что я мазохизмом не страдаю и уж точно им не наслаждаюсь! — усмехнулся Джек, продолжая ерзать на кушетке своими накаченными ягодицами — поэтому-то купаться в радиоактивной ванне, причем, аж тысячу лет, в мои планы совсем не входило! — злорадная усмешка, имела наглость, не сходить с его лица во время всего этого разговора — так вот, я вскрыл остальные двенадцать капсул с помощью своего лучемета! Инструментов-то, у меня не было! — пояснил Редстоун, заметив новый вопрос на лице адмирала Смирнова — собрал неповрежденные ячейки с органическими симбионтами и медботами и вылил их в свою капсулу! Вот так! После чего переоделся в анабиотический комбинезон и нырнул в свое джакузи! — Джек задумчиво посмотрел в потолок — Слава Богу, что по какому-то недоразумению или, возможно, по счастливому для меня стечению обстоятельств, капсула была в полном порядке. Если не считать отсутствия системы защиты от излучений… Так вот, наноботы и микромашины вылечили мои раны, а потом вместе с симбионтами благополучно поддерживали мою жизнедеятельность, восстанавливая, повреждаемые излучением, клетки и ткани, а также дружно выводили избытки радиации наружу, где с ней расправлялись плесневые грибки. Правда, так как плесени нужно было поглощать еще и внешнее излучение, она не всегда справлялась со своей работой на все сто! Вот так, постепенно, в течение тысячи лет, я и набрал ту дозу, от которой сейчас свечусь! — "радиоактивный светлячок" вымучено усмехнулся — но, так как перед сном я накушался нужных препаратов, которые во время анабиоза из организма не выводятся, я, назло вам, Петр Владимирович — он многозначительно посмотрел на медика — остался в живых… — сидеть в одной и той же позе оказалось для него тяжело даже на продвинутой симбиотической кушетке, поэтому Джек "стек" с нее на пол и облокотился на кровать руками, продолжая сохранять на лице все тоже нагловато-безразличное выражение.

— Скорее назло всем законам биологической, физической и химической природы, а также банальному здравому смыслу! — пробормотал Нечипоренко — если верить вашему рассказу и моим данным, под воздействием ударной дозы высокотоксичных антирадинов, анабиотического комплекса и невероятной удаче, вы стали прямо каким-то радиоактивным супергероем из древнего комикса! Слава Богу, что у нас недавно прошли годы, посвященные векам, когда существовала эта странная форма графической литературы, а иначе мне было бы вас не с кем сравнить! И это еще мягко сказано, так как аналогов вашей радиоактивной выносливости в истории еще просто не было! Кстати, литературы и ее различных рисованных модификаций это тоже касается!

— Вы же понимаете, молодой человек, — добавил основной участник этого разговора — что вам на слово пока верить никто не собирается… — Смирнов многозначительно прищурился и добавил — поэтому, мы обязательно проверим все оставшиеся на "Фенрире" капсулы….

— Если бы вы сразу бросились мне на шею, — перебил его Редстоун, повернув голову вправо и хрустнув шейным отделом своего позвоночника — я бы начал сомневаться в правильности сделанного мною выбора! Честно говоря, мне бы очень не хотелось жить в государстве, в котором сыну военного преступника галактического масштаба начинают верить сразу и до конца своих дней!

— Это вы, юноша, в точку попали! — задумчиво произнес Василий Иванович — Петь, что предлагаешь сделать с нашим радиоактивным другом? — обратился он к Нечипоренко.

— Ты знаешь мое отношение к Звездной Республике! — ответил Петр Владимирович — но, я прежде всего врач, а потом уже гражданин! Поэтому в вопросах спасения жизни человека мне плевать даже на то, что передо мною сидит сын трагически-знаменитого президента Редстоуна, повинного в геноциде стольких народов…

— Похвальное замечание! — выдал Смирнов, хлопнув приятеля по плечу — но, ты так и не ответил на мой вопрос!

— Во-первых, я сейчас помещу его в специальный отсек, где над ним поработают наши микроскопические друзья! То есть, они сначала его побреют, причем, всего и напрочь, удалив до основания его радиоактивную волосатость. Потом наноботы покроют тело нашего пациента специальной мембраной, которая полностью блокирует выделяемую его организмом радиацию. Эта мембрана пронизана нанотрубками, внутри которых постоянно циркулирует направленный гравитонный поток, блокирующий испускаемую телом лучевого больного радиацию. Для поддержания работы данной системы, господину Редстоуну придется постоянно носить на свободном от часов запястье, специальный браслет, содержащий гравитрон или гравитонный реактор, преобразующий Общее Гравитационное Поле Вселенной в энергию и необходимые нам альфа-гравитоны…

— М-да… — пробормотал Джек — я почему-то вспомнил трагедию, которая произошла на Земле в двадцатом веке от Рождества Христова… Когда наши предки не смогли удержать в клетке атомную обезьяну, и она им за это очень жестоко отомстила! По-моему, это место называлось Чарнобуль или как-то так… Так вот, на месте взорвавшей атомной электростанции был построен саркофаг, необходимый для сдерживания радиации. Смешно, но сейчас я сам начинаю чувствовать себя таким саркофагом…

— Надеюсь, — усмехнулся Василий Иванович — что живущая в вас атомная обезьяна не выскочит и не наваляет нам всем по голове своей ядерной дубиной!

— Всему свое время! — рассмеялся Редстоун.

— Мне нравится ваше присутствие духа! — улыбнулся Нечипоренко — не каждый человек так легко смирился бы с такими серьезными ограничениями! Думаю, вы понимаете, что под внешней поверхностью тела подразумевается и желудочно-кишечный тракт, и бронхолегочная система!

— Сер! — обратился к врачу перспективный обитатель "переносного саркофага" — если вы жаждете увидеть слезы отчаяния в моих глазах, то я вас очень сильно разочарую! В моих глазах вы увидите только слезы радости, что я наконец здесь! И что у меня появился шанс постараться хотя бы частично компенсировать вам те злодеяния, которые успел совершить мой отец…

— Я ему верю… — прошептала Стирра на ухо Торону, вытирая текущие по ее лицу слезы.

— Кстати, хочу добавить еще кое-что! — с воодушевлением в голосе произнес Джек — перед полетом, я не только наглотался различных препаратов, но и прекрасно изучил вопрос обширного радиационного заражения! Поэтому, я хорошо знаю, что вы подразумевали под словом "ограничения"… Если мне не изменяет память, вы имеете в виду ультратонкую мембрану, которой покроете меня с ног до головы, включая все то, что многие считают внутренней средой организма и что вы уже так грамотно озвучили! Так вот, этот "барьер" лишит меня очень многих удовольствий! И первое, от чего вы меня почти полностью избавите, называется чувством вкуса и обоняния; во-вторых, тактильные ощущения будут снижены настолько, что прикосновение к девушке не доставит мне хоть сколько-нибудь приятных впечатлений… Кстати, доктор, упомянув дыхательную и пищеварительную системы, вы забыли еще одну, самую приятную, из нее тоже кое-что периодически вытекает…