Чтение онлайн

Неприятие динамических процессов эмпирической действительности, обусловленных во многом, с позиции религии, проявлением в земной жизни стихий хаоса, неизбежно сопряжено с желанием утвердить новый, а точнее забытый старый, отвечающий божественной гармонии, порядок. Теократическая структура социальных связей бросает вызов привычному образу жизни людей, адекватно отвечающему внешним условиям социальной среды. Теократия пытается прервать кажущиеся ей "порочным кругом" эволюционные изменения в обществе и восстановить свои "утраченные вечные истины". Установление теократической власти, отрицающей ранее существовавшие социальные связи и институты, может сопровождаться крайним радикализмом и революционностью. Навязываемые религиозно- политической властью нормы настолько сильно расходятся с принятыми в обществе стандартами мышления и поведения, что буквально взрывают реформируемую социокультурную среду. Достаточно вспомнить глубину и масштаб последствий таких исторических событий, как реформа Эхнатона в Древнем Египте, Моисейская теократия в Израиле, "Папская революция" в Западной Европе, Шиитская революция в Иране, чтобы убедиться в кардинальности и новизне теократических преобразований.

Радикализм теократического сознания стимулируется также религиозной эсхатологией. Исход истории, познаваемый не на основе рациональных доводов, а при помощи веры, должен завершиться прекращением времени и установлением царства божьего. Теократия воспринимает "конец света" активно, направляя социальные взаимодействия на реализацию религиозно- правовых предписаний. Только в царстве божьем, в соответствии с теистической парадигмой, прекратятся несовершенства мира и найдет разрешение проблема человеческого спасения.

Как любое другое общественно-историческое событие, возникновение теократических государств имеет под собой объективные экономические, политические, социально- психологические и этнорелигиозные причины. Стечение необходимых для кардинального переустройства общества обстоятельств, соединенное с благоприятствующими тому субъективными, случайностными факторами может способствовать образованию теократических обществ в любое время. Теократия — не исторический реликт и анахронизм. Она — явление современного этапа человеческого развития и потенциальная возможность будущих структур социальных взаимодействий.

Соответствующая космологическим представлениям вселенская иерархия бытия, отражается в теократическом государстве в форме отношений строгой субординации как между индивидами, так и между социальными группами: кастами, варнами, профессиональными корпорациями и т. д. Социальная стратификация обусловливает кастовость теократического общества. Религиозные догматы, закрепляя кастовый строй, обосновывают это божественной справедливостью, которая, с точки зрения религиозного сознания, заключается в исполнении представителем каждой группы долга, определяемого его социальным положением. Пирамидальная структура социальных связей являлась неотъемлемым атрибутом государств Древнего Востока, доколумбовой Америки, феодальной Европы. На принципах жесткой иерархии построена организация власти современных теократий — Саудовской Аравии, Ирана и др. Наивысшее место в иерархической структуре теократического государства принадлежит лицам, которые, с позиций религии, выполняют функции, аналогичные божественным. Верхние этажи социальной стратификации в политическом боговластии занимают его лидеры: воплощенные в людей боги, пророки, военно- религиозные вожди, духовно- политические главы государств, религиозные авторитеты.

Иерархия, как принцип организации религиозных, в том числе и религиозно- политических структур, в той или иной степени проявляется во всех теократических государствах. Иерархизм религиозного мировосприятия обусловливает, в первую очередь, характер устройства религиозных структур: церквей, деноминаций, сект и т. д. В Кодексе Канонического Права Римской католической церкви закреплено: "Основополагающим принципом, имеющим силу в области церковной власти, является принцип иерархии" 9. Иерархическая упорядоченность теократического государства отражается в его нормативно-ценностной системе. С точки зрения религиозного мировосприятия, главенствующее место в космосоциальном универсуме принадлежит божественному абсолюту. Бог объединяет разрозненные элементы эмпирической реальности, давая им истинное бытие. При таком понимании связей между структурами вселенского целого человек мыслится его элементарной частицей. Данный аспект теистической парадигмы приобретает в теократии доминирующее значение, оставляя в тени иные комплексы взаимоотношений бога и человека. Оторванное от общерелигиозного смысла одностороннее видение космосоциальной упорядоченности логически приводит к приоритету публичного над частным, коллективного над индивидуальным, государственного над личностным. В большей степени в теократических государствах защищены права коллективов, государства, чем права и свободы личности. Человек может рассчитывать на обеспечение своих интересов лишь в том случае, когда он выступает в качестве представителя какой-либо группы: религиозной, кастовой, профессиональной и т. д. Доминирование в теократии интересов государства, стремящегося любыми способами упрочить и распространить свою власть в обществе, свидетельствует об этатистском типе теократической модели власти. Основополагающие принципы этатизма — государственный интерес, забота государства о самосохранении и увеличении собственной мощи 10, являются одними из приоритетных направлений деятельности теократического государства.

Теоцентризм в религиозном мировосприятии коррелирует в теократии с централизацией государственной власти. Жизнь в политическом боговластии "замыкается" на его лидере. Он — центр и цель общественного организма. Теократический лидер может быть одновременно верховным жрецом, военачальником, судьей и правителем. В силу занимаемого положения личные качества главы теократического государства могут превозноситься до божественной высоты. Обожествление власти правителя — неизменный признак теократии, узел ее социальных связей. Решения божественных наместников или их заместителей наделяются высшим смыслом и выполняются практически беспрекословно. Так, принимаемые Римским папой политические решения, имеют в Ватикане высшую юридическую силу и подлежат неукоснительному исполнению всеми организациями, должностными лицами и гражданами. Это относится и к его религиозным полномочиям. В соответствии с каноном 331 Кодекса Канонического Права он является "главой Коллегии Епископов, Наместником Христа и Пастырем всей Церкви на сей земле; поэтому в силу своего служения он пользуется в Церкви верховной, полной, непосредственной и универсальной ординарной властью, которую он всегда может свободно осуществлять" 11. Ординарность папской власти означает ее неприкосновенность, обусловленную божественным характером. Верховенство подчеркивает ее высшую силу по отношению к другим властям. Признак полноты власти указывает на то, что она достаточна для выполнения своей главной цели — спасения человеческих душ, а также и на компетенцию, включающую в себя вопросы религиозного, организационного и управленческого свойства. Непосредственность власти Папы определяется, во-первых, ее прямым действием, не нуждающимся в каком-либо посредничестве, во-вторых, возможностью верующих обращаться непосредственно к Папе, минуя соответствующего епископа. Вселенскость папской власти характеризуется ее распространением на всех католиков мира 12.

Распространение теократической власти не только по политическим, но и по религиозным критериям — существенный фактор ее устойчивости и стабильности. Из данного свойства теократической власти вытекает еще одно следствие: если политическая власть теократического государства охватывает его территорию, то религиозное влияние не ограничивается пространственной обособленностью государства. Применительно к этому можно говорить о таком признаке теократического государства как "беспограничность". Данное свойство теократической власти логически вытекает из концепции суверенитета бога, в соответствии с которой абсолютная божественная власть для выполнения божественных функций делегируется теократическому государству. Одной из главных целей религиозной деятельности последнего является обращение людей в истинную веру и установление строгого религиозно- правового порядка. Теократическое государство начинает действовать в "земном мире" с позиций носителя абсолютной политической и религиозной власти. О "беспограничности" теократии можно вести речь лишь в теоретическом смысле слова. На практике она, конечно же, ограничена суверенитетом других государств. Однако желание осуществить теократический идеал вселенского государства верующих без национальных границ иногда получает реальное воплощение в действительности, что следует рассматривать как грубое нарушение норм международного права. Теократические ценности могут потенциально провоцировать вмешательства во внутренние дела государств, а также военные интервенции и террористические акты в отношении независимых субъектов международной политики. Это еще раз подтверждает исходный тезис об аномичности теократической идеи и возможности возникновения на этой почве деформаций политического и правового сознания.

Считается, что теократическая власть, санкционированная самим богом, обладает особым божественным даром — благодатью (харизмой), именуемой в некоторых случаях царственностью. Законным теократическим правителем во многих государствах древности мог считаться лишь тот, кто имел царственность. Она, как правило, не связывалась конкретно с носителем власти, а принадлежала царскому роду (Египет) или городу (Месопотамия) и как исключение — личности. Сегодня отголоски древнего представления находят свое отражение в порядке замещения поста главы государства Ирана. Правом на власть обладают лишь потомки одного из праведных халифов — Али, так как с точки зрения шиизма — господствующей религии Ирана, власть над мусульманской общиной сохраняется в роду Али, который получил ее от самого пророка Мухаммеда, зятем которого он являлся.

Вследствие особой важности функций, выполняемых главой теократического государства, к нему предъявляются повышенные требования. Особо тщательный подход к кандидатуре религиозно-политического лидера прослеживается во многих теократических учениях. Теократические идеологи самое пристальное внимание обращали на его умственные, морально-психологические и физические качества. Ал-Маварди, например, считал, что халиф должен обладать благоразумием, высокой нравственной репутацией, познаниями в области теологии, неповрежденными органами слуха, зрения, речи, здоровым телом, смелостью и бесстрашием для защиты ислама и ведения войны против неверных 13. В русской политической мысли вопрос о личных качествах правителя был впервые поставлен именно в связи с осознанием глубинных религиозных корней политической власти. По мнению Иосифа Волоцкого, рассматривающего государственную власть как божественное установление, высокое предназначение власти может реализоваться лишь в том случае, если ее носитель способен обуздать личные страсти, направив деятельность всего государства на достижение общего блага. Он считал, что не может являться Божьим слугой царь, страдающий такими пороками, как неверие, хула, гнев, сребролюбие, лукавство, гордость 14.

При формировании властных структур современных теократических государств учитываются многие стороны личности кандидатов. В политическом боговластии практически исключена возможность занятия высших должностей неподготовленными и необразованными людьми, поскольку эти должности, как правило, формируются из авторитетных представителей духовенства, что предполагает наличие у кандидатов высоких профессиональных качеств. В соответствии с Конституцией Ирана все ключевые посты в государстве должны занимать факихи — знатоки мусульманского права. Чтобы стать факихом, нужно обладать многими достоинствами, среди которых: глубокое знание норм ислама, высокий духовный и интеллектуальный уровень, ведение благочестивого образа жизни, воздержанность, безупречная нравственная репутация и др. 15 К кандидату на пост лидера Иранского государства предъявляются Конституционные требования компетентности в деле вынесения фетв (официальных суждений) по различным вопросам мусульманского государственного права, справедливости, набожности, правильности мировоззрения 16.

Характеристика теократического государства не может обойтись без рассмотрения особенностей индивидуального сознания участников религиозно- политических отношений. Прежде чем реализоваться в поведенческих актах, религиозные идеологические модели должны быть осознаны человеком, стать частью его внутренней, психической жизни. Воздействуя на волю и сознание человека, добиваясь от него должного поведения, религиозно- правовые предписания, по сути, создают особого человека — Homo teokratikus (человека теократического). Homo teokratikus — это психологический тип личности, усвоившей и реализующей на практике поведенческие образцы, нормы и ценности теократического общества. Жизнедеятельность человека теократического не только соответствует образцам религиозно-правовой регламентации, но и является необходимой основой существования политического боговластия. Homo teokratikus выступает результатом и гарантом теократической структуры отношений. Причем, это самая реальная и прочная основа теократии. Восприняв теократические образцы взаимодействия как единственно истинные, теократический человек на протяжении всей своей жизни стремится к установлению в общении именно таких типов поведения. В теократическом государстве может кардинальным образом измениться его политическая и правовая системы, могут подвергнуться качественным преобразованиям форма правления и политический режим, что государство, собственно, уже и не будет теократическим. Однако, если при этом не изменится сознание людей, населяющих данное государство, их теократическое мышление, то говорить о трансформации теократического государства в какое-либо другое, по крайней мере, преждевременно. Теократический тип личности — вот, что лежит в основе религиозно- политических властеотношений.