Точка невозвращения
Шрифт:
– Когда станет возможно - начинайте переброску курсантов на "Нахимов". На малом реакторе "Бесстрашный" сможет худо-бедно, но добраться до верфи. Впрочем, я обсужу этот вопрос с Адмиралом. Может - это будет лишь временно, но все же боевое судно - защита намного надежнее, чем дрейфующее судно. Что еще?
– Вот список оружия, что есть в трюмах "Зари", но без прямого указа Адмирала или разрешения со станции "Астарт" - я его не могу расконсервировать и выдавать.
– Запросите разрешение на это у Адмирала. Что касается "Астарта" - потом уладим этот вопрос.
– Провизия в глубокой заморозке в количестве...
– Вес и вид пока не уточняйте. Сколько мы сможем протянуть без контакта с цивилизацией?
– Все три корабля протянут не более месяца-полутора. Но без воды - максимум недели две, если снизить ее потребление.
– Кто знает, преподаватели уже на "Астарте"?
– Нет, - сказал подошедший сзади майор Баталов.
– Я летел первым. Остальные готовятся и прибывают следующим рейсом.
– Запросить всех сюда. Обучение начинаем немедленно. Действительным военнослужащим придется также выступать в роли наставников. Курсанты также будут нести вахты, выполнять разную работу, пусть и не наравне с взрослыми, но - хоть будет чем их занять, да и обучение на практике - намного действеннее, чем теоретическая зубрежка.
– Хорошо, я отдам соответствующие приказы, - сказал капитан "Нахимова".
– Также, поскольку "Бесстрашный" нуждается в ремонте, можно оставить на борту минимально необходимую команду. Остальных - откомандировать на борт "Нахимова". Капитан Староверцев, уладите списки и должности.
– Что там с расследованием?
– Установлен примерный маршрут, откуда прибыло судно. Кстати, на счет самого нападавшего судна. По собранным обломкам нам удалось установить, что это списанный и переделанный в пассажирское судно линкор ВКФ, переданный охранке три года назад. Но некоторые схемы и технологии, использованные в нем - говорят о современном техническом оснащении. По поводу торпед - мы нашли семь не взорвавшихся. Технология - значительно опережает современный уровень. Это - их новые секретные разработки.
– Когда закончите сбор и анализ обломков и иных доказательств - доклад мне, моему отцу и службе контрразведки. Новые технологии... могут поставить на карту боеспособность нашего флота. Торпеда приблизилась к нам слишком быстро.
– Есть, - сказал капитан "Бесстрашного", отвечавший за расследование.
– Полные ваши отчеты передать через майора Баталова или моего адъютанта. На этом все. Что-то серьезное еще есть?
– Пока нет, - ответил Староверцев.
Капитан "Бесстрашного" добавил:
– Более полную картину можно будет обрисовать только через десять-двенадцать часов.
Алекс кивнул в знак понимания и покинул мостик, направившись к радиорубке со знакомым связистом, без лишних ушей поговорить с отцом, а после - и с Адмиралом.
Сняв китель и затем, зайдя в рубку, он не увидел среди находившихся там людей Васильева, о ком и поинтересовался.
– А он сейчас в кают-компании. По расписанию - обед. Так что будет через полчаса, не раньше, - ответил парень ненамного старший самого Алекса.
– Вот и сходи за ним, - улыбнулся Суворин.
– И скажи, что его ждет тот парень, который при нем говорил с отцом.
– Но ведь это же...
– сказал молодой и, выбегая, добавил, - слушаюсь, товарищ полковник.
Алекс улыбнулся и накинул китель на плечи.
– А как он узнал, что это именно я был здесь. Ведь в числе присутствовавших тогда связистов - его не было!
– Ну, Васильев молчал, как рыба. Но, остальные, когда смотрели Аттестацию, тебя - узнали. Вот и рассказали, как тому самому парню, которого крутят в прямом эфире, радировал отец, а, появившись после, - он выгнал всех, введя военный код.
– Промашка вышла. Об этом я как-то не подумал.
– Ну, это ничего. Ты еще молодой, хоть и полковник. Но ты-то хоть убрал все сведения и записи, словно тут вообще ничего не происходило. А то есть тут один службист - сволочь, каких поискать: чуть что - за оружие хватается. Он выгонял всех, даже Васильева, а он - парень не робкого десятка. Ну, так вот, очищать то протоколы - он очищал. Но вот видео осталось; зашифрованное, правда. Но все же - смысл тогда выгонять?
– Записи остались?
– спросил Алекс.
– Да, на диске, в архиве. Только зашифрованные.
– Доставай - поколдую. Кстати, как выглядел службист?
– уточнил Алекс, уже зная ответ.
12
Связист застучал по клавиатуре, тем временем второй - достал свой коммуникатор и вывел на его экран - фото того самого службиста, которого по приказу Алекса посадили под арест.
– Вот. Капитан Ряхов. Вот только со вчерашнего вечера его никто не видел. Надеюсь - и не найдется. А то мы все тут боимся, что он пристрелит кого-нибудь.
– Можете спать спокойно. Он под арестом. Помахал разрядником предо мной, - сказал Алекс.
– Ну, что? Есть видео?
– Да, как я и говорил - вот эти зашифрованные файлы.
– Так, подпусти к консоли.
– И когда подошел, открыл список кадетов, находящихся на борту. Найдя Женю, - он набрал ее номер в своем коммуникаторе и, дождавшись, когда она ответит, сказал.
– Женя, это Алекс. Свяжись с отцом - пусть он со мной свяжется. Или приходит в радиорубку третьей палубы вместе с майором Зориным. Запомнила? А сама - поговори с капитаном "Нахимова", если он...
– Он уже мне сказал. Правда, что это мне нужно решать...
– Правда, - пресекая Женино предложение, сказал он.
– Я потом с тобой поговорю.
– Ты когда будешь? Или спать совсем не собираешься?
– Не до того сейчас. Потом высплюсь. Так что, реши эти проблемы и сама ложись спать. Потом будешь за меня отдуваться. До связи, - и сказав, отключился.
Обведя взглядом заинтересованных связистов, он ухмыльнулся и сказал.
– Это мой адъютант. И что с того? Вот сейчас ее отец здесь будет, тогда будет весело всем. И вам, и мне. Если не прекратите интересоваться.
– Он что, того? Контрразведка?
– предположил один из связистов.
– Может быть, - улыбнулся Алекс.
– Но я этого не говорил. Вам все равно с ним и Зориным беседовать придется на счет Ряхова.
Тут, в сопровождении убежавшего за ним молодого связиста, в радиорубку зашел Васильев.
– Вы хотите связаться с отцом?
– Чуть позже. Сейчас подождем пару человек - и лишь тогда.
Ждать долго не пришлось - в почти сразу ставшей очень тесной рубке появились Баталов и Зорин.