Чтение онлайн

5) Шогам, Тарг. Пешито и LXX (XXVIII:20 и другие и должно быть здесь) берилл, рус. п. Ак. фед., Сим., Вульгата оникс.

6) Йасип, созв. с яспис рус., который в слав. 14-м, а греч. 13. Вульгата berillus.

7) Сапфир = Вульгата и рус. (см. объяснение I:25), слав. 6-й, греч. 5-й.

8) Нофек, Фл., Вульгата и рус. карбункул, LXX должно быть (слав. 5, греч. 4).

9) Баркат, LXХ (3-й) Фл., Вульгата smaragdus, рус. изумруд (по санск. мараката).

Следовательно, из этих отожествлений более или менее достоверны 1, 2, 4, 6, 7 и 9. Manchot (lahibuch t. protest. Theof. 14, 472) из букв камней составляет названия стран, находившихся под властью Ксеркса. — "Все искусно усаженное у тебя в гнездышках и нанизанное, на тебе" — предположительный перевод 8 еврейских слов с не установленным значением, должно быть ювелирных термином; Вульг. видит здесь речь о музыкальных инструментах, а в дальнейших словах: "приготовлено было в день сотворения твоего" видит указание на музыку в день рождения тирского царя. Слав.: "златом наполнил еси сокровища твоя и житницы твоя" (последние — не золотом в собственном смысле, а хлебом, который можно обратить в золото). Оригинально понимание Эвальда: тирский царь был некогда первым из всех людей в раю, так что он имел такое совершенство, как никто другой и носил от первого дня своей жизни 12 драгоценных камней первосвященнического нагрудника как орудие прорицания и пророчества; для получения такого смысла Эвальд одно из евр. слов считает за однозначущее "урим", а другое изменяет в "туммим". — "Приготовлено было в день сотворения твоего". Богатство предназначено тирскому царю (т. е. Тиру вообще), как и участь каждого человека, еще при создании его. Учение о предопределении.

Один из самых загадочных стихов книги. Сравнивая Тирского царя с херувимом, пророк входит в такие подробности ветхозаветного учения о херувимах, которые, очевидно, не сохранились до нас ни в Св. Писании ни в Св. Предании. "Ты (в евр. почему-то женский род; это местоимение неоднократно употреблено в женском роде вместо мужского: Чис. XI:15; Втор. V:24 и др.) был… херувимом". Букв. "ты херувим". "В приложении к тирскому царю эти слова невероятная гипербола и свое истинное значение получают только тогда, когда мы предположим, что позади этого царя пророк созерцал первоначальные совершенства и падение одного из ангелов" (Глаголев А. А. Ветхозав. библейск. учение об Ангелах, 700), LXX, пунктируя иначе (ет вместо ат), имеют: "Ты, (дуплет) с херувимом вчиних тя"; большинство новейших толкователей принимают это чтение, но еврейское сильнее. Тирский царь сопоставляется с херувимом, как носителем высшей полноты тварной жизни (ср. объяснение I:5): Тир представлял собой высшую ступень, до какой могла дойти земная, не только материальная, но и духовная, по крайней мере, умственная жизнь. Следовательно, он на земле тогда был, действительно то, что херувим в мире. — "Помазанным". Херувимы скинии и храма были помазаны вместе с другими священными предметами св. елеем (Исх. XXX:22-33). Может быть, указание на царское помазание, которым царю сообщается особенная высота и полнота духовной жизни, дарованная Богом и Тиру, который этот царь представляет Тот и другой — нечто священное, потому что Бог сообщил им от Своего величия и потому что всякое земное величие священно, пока оно не падает и не оскверняется (Трош.). Но значения помазание не хотят придать евр. мимшах (откуда и "Мессия") Вульг. и все нов; Вульг. — extensus, имея в виду широко распростертые крылья херувимов; Сим. . Действительно, приложение эпитета "помазанный" к херувиму несколько неожиданно. LXX не имеют, как и следующего слова. — "Чтобы осенять". Букв. "осеняющий". Тоже указание на херувимов скинии и храма, осенявших крыльями ковчег. Царь тирский так осенял (Вульг. protegens) свой народ, а Тир — землю. — "Ты был на святой горе Божией". Так называется в Ветхом Завете только Сион. Следовательно, имеются в виду опять херувимы храма, стоявшего на Сионе в широком смысле (Мориа могла рассматриваться как отрог Сиона). По мнению толкователей, Тир, находясь на острове, омываемом морем, стоял как бы на горе моря, которая могла быть названа "святою" и "Божией" за избыток благословения Божия на Тире. — "Ходил среди огнистых камней". Из камней огнистыми скорее всего могут быть названы драгоценные камни за их блеск, так они и называются и в клинообразных надписях (Delitzsch, Wol. d. Par. 118). Речи о них скорее всего можно ждать и здесь в виду предшествующего стиха: как херувимы ходят в огне (I:13), так Тирский царь был окружен и осыпан драгоценными камнями, этим так сказать скрытым, покоящимся огнем. Можно припомнить с Гроцием, что первосвященник пред херувимов являлся в нагруднике из драгоценных камней, и — с Геферником, что в Тирском храме Геркулеса стояла изумрудная колонна. — Новейшие толкователи находят, что идеей храмовых херувимов не покрываются сполна все употребленные здесь пророком сравнения, особенно два последние выражения, и думают, что пророк здесь имеет в виду господствовавшее в тогдашнем языческом мире представление о горе Божией (см. объясн. I:4 "с севера") — индийской Меру и Кайласа, иранской Гараберецайти или Албордш, греч. Олимпе; рай, по языческим представлениям, должен был иметь какую-либо связь с этой горой, если не был прямо тожественным с ней; посему херувим, находясь в раю, был и на этой горе, осеняя и делая ее неприступной. Что касается огнистых камней, то ими, в замен обыкновенных камней, может быть, мыслилась покрытою эта гора, чтобы быть недоступною для смертного, и только огненные херувимы могли свободно ходить между ними. С этими камнями сопоставляют также стрелы грома или удары молнии, которыми по индийским представлениям, охраняется жилище богов (почему место, пораженное молнией, считалось священным. См. Эв.) или огнедышащие горы (Гитц.). Все эти параллели могут быть приняты православным толкователем только постольку, поскольку в языческих религиях сохранились отголоски истинной. Бертолет предлагает читать вместо "помазанный и осеняющий" — "находился в доверчивом общении с херувимами", а Кречмар вместо "камни огня", абней еш — "сыны Божии" — беней ел.: "Тирский царь ходил между сынами Божиими, ангелами".

"Совершен" слав. точнее: "непорочен". Как к Тирскому царю, так и олицетворяемому им языческому Тиру не приложима вполне такая похвала. Образ херувима или первобытного человека здесь, как и в предшествующем стихе, заслоняет пред взором пророка сравниваемый предмет. Отсюда и выражение "со дня создания твоего", которое по отношению к Тирскому царю может означать разве день вступления его на престол. — "Беззакония", какого, говорит 18 ст.: главным образом гордости, желания сравняться с Богом.

"Внутреннее", т. е. сердце; слав. "сокровища". — "Неправды", букв. насилия, обмана. Не обманешь, не продашь. С этого началось нравственное падение Тира. "Низвергнул" — евр. халал, осквернять: из божественной сферы Тирский царь, священная особа, попал в мирскую. LXX придают слову другое его значение — ранить: "уязвлен еси от горы Божия"; нечистому не безвредно было пребывание на огнистой горе. — "Изгнал тебя Херувим". LXX сочли последнее подлежащим ("и сведе тя херувим") в виду Быт. III:24.

"Погубил мудрость". Неразумная политика по отношению к Навуходоносору. — "Повергну на землю" — свергну с престола или св. горы. — "На позоре" предполож. перевод евр. . .; слав. "во обличение".

"Святилища" едва ли разумеются языческие, напр., храм Мелькарта, а, должно быть, состояние невинности и чистоты, святость горы Божией, причем мн. ч. — pluralis majestatis. — "Огонь", "пепел" — указание на сожжение города, причем образ Тирского царя сменяется образом олицетворяемого города, что естественно при окончании речи. Иные видят здесь указание на феникса (мифологическое извращение идеи херувима) с его самосожжением.

= XXVII:36. Рефрен плача над Тиром.

Сидон — город, древнейший Тира (Быт. X:19), названный уже в Тель-Амарнской надписи (Цидуна, в др. надп. Сидину, корень "охотиться", "ловля" (т. е. рыбная), издревле находился под гегемонией более могущественного Тира; так, по-видимому, было и при Иезекииле (XXXVII:8); но при этом он чувствовал за собою известную самостоятельность (в Иер. XXV:22 и др. Сидонские цари называются подле Тирских). Судьба его в Ветхом Завете всегда связывается с Судьбою Тира (Иер. XLVII:4; Ис. XXIII; Ин. III:4; Зах. IX:2). После не совсем удачной, но все же ослабившей Тир 13-летней осады его Навуходоносором С. заступает его место: он был большим и могущественным городом, когда его разрушил Артаксеркс III Ох в 351 году. После он был восстановлен и теперь представляет цветущий город (Саида). — Известно только одно столкновение его с Израилем в Суд. X:12, но из него была Иезавель. Пророчество на него Иезекииля, сообразно его значению, гораздо короче пророчества против Тира.

Не указывается вина Сидона по краткости, а только намекается на нее в ст. 24. — "Прославлюсь" в каре Сидона за нечестие и за грех ст. 24 (см. там). — "Среди тебя", который до сих пор презирал Меня. — "И узнают, что Я Господь" в смысле XXV:5. — "И явлю в нем святость Мою" — тоже, что "прославлюсь": слава Божия есть Его святость (Ис. VI:3), проявляющаяся в каре и уничтожении нечестия.

"Язву и кровопролитие", см. V:7; первые следствия осады. — "Пожирающим его отовсюду". Слав. "в тебе и окрест тебе" (окрестные поселения).

"Терном" (Чис. ХХХIII:35). Иезавель. "Более всех соседей". Евр.. ми, "от" допускает и просто разделительный смысл: Сидон среди других соседей зложелательствовал Израилю; слав. "от".

Речи против ближайших соседей — язычников, имеющих быть устраненными для блага Израильского царства, естественно заключаются мессианским предсказанием Израилю, главным образом духовному. — "Построят домы, насадят виноградники" ср. Ис. LXV:21.

XXIX-XXXII главы заключают в себе 7 речей на Египет, который был тоже соседом Израиля, хотя в смысле более отдаленном, так сказать, идеальном (ср. XLVII:19 и XLVIII:28, где южной границей будущей св. земли называется река Египетская), но соседом зато самым значительным, могущественным и наиболее повредившим и вредящим Израилю, почему пророчество на него гораздо обширнее прочих и даже пророчества на Тир (последний обращает на себя пророческий взор Иезекииля не столько из-за значения его для судьбы Израиля, сколько из-за тогдашнего блеска его и того обнаружения славы Божией, которое дало его падение, следовательно, так сказать по минутной важности события). Египет издавна вредил Израилю (XVI:26; XX:23), не переставал вредить и при Иезекииле (XXIX:6-7, 16): падение Иудейского царства ближайшей причиной имело обманчивую надежду на помощь Египта (союз с ним Седекии); эта надежда не исчезла окончательно и по разрушении Иерусалима (бегство оставшихся в Иудее жителей в Египет после убийства Годолии: 4 Цар. XXV:23 и др.). Ненадежность Египта в качестве союзника, неверность его союзу, погубившая Иуду, и есть главный грех Египта, за который Иезекииль предрекает ему гибель. К этому греху присоединяется высокомерие Египта, претензии на мировое владычество, назначенное Богом Халдее и оспаривание которого у нее посему погубит Египет. Пророчества падают на то критическое для Египта время, когда вавилонское и египетское войска двинулись друг против друга, для чего Навуходоносор снял на время осаду Иерусалима, и когда египтяне, после небольшой неудачи, удалились и ждали нового нападения халдеев по завоевании Иерусалима: даты пророчеств обнимают время от 7 месяца перед разрушением Иерусалима до 1 1/2 года после него. Пророчество состоит из угрозы фараону (XXIX гл.), Египту (XXX), притчи об Египте и гибели его (XXXI) и плача над ним (XXXII; в пророчестве на Тир притча — сравнение его с кораблем — соединена с плачем). О Египте есть пророчество также у Исаии (XVIII, ХIX и XXXI гл.), Иеремии (XLVI гл.) и Иоиля (III,19).

Декабрь — январь 587 г., должно быть, когда войско египетское двинулось на выручку Иерусалима от осаждавших его халдеев, которые действительно сняли на время осаду (Иер. XXXVII:5); это могло возбудить большие надежды и послужило ближайшим поводом к пророчеству, параллельному след. Иер. XXXVII:6 и д. Греч. не в 10 году, а в 12 (слав. — 10), должно быть, из желания сохранить хронологически порядок пророчеств, см. XXVI:1. Но Иезекииль явно располагает здесь пророчества в географическом порядке ср. ст. 17 и XXX:1. День в греч. и слав. 1-й, а не 12.