Чтение онлайн

Опять же, в поезде и бытовые условия можно организовать значительно более комфортные. А значит, время патрулирования можно будет увеличить. Время межремонтного обслуживания у железнодорожного подвижного состава тоже будет побольше, чем у колёсного транспортёра, не говоря уже о гусеничном. Даже если тепловоз вышел из строя, вместо него легко прицепить другой, а если выйдет из строя двигатель колёсного транспортёра, пусковая установка, считай, потеряна.

– Разумно, - кивнул Надирадзе.
– К тому же и грузоподъемность у поезда побольше, значит, можно разместить более тяжёлую ракету, а то и не одну. А второй вариант?

– Воздушный старт, - ответил Хрущёв, удовлетворённо отметив вспыхнувшие огоньки интереса в глазах Бартини.
– Да, Роберт Людвигович, именно за этим я вас и пригласил.

– Вы хотите запускать ракету массой в 50 тонн с тяжёлого самолёта, как аэробаллистическую?
– спросил Бартини.

– Американцы такую систему предварительно прорабатывают, - Хрущёв слукавил, забежав вперёд - в 1954 году такая система и для американцев была ещё фантастикой.
– Предполагается сбрасывать ракету с тяжёлого транспортного самолёта, летящего на высоте 10-12 тысяч метров. После сброса ракета разворачивается в положение, близкое к вертикальному, стабилизирующим парашютом, запускает двигатели и стартует.

– Красиво, - одобрил Бартини.
– Но самолёта такой грузоподъемности у американцев пока нет. У нас - тоже.

– Нет - так будет, - пожал плечами Хрущёв.
– Необходимость в таком тяжёлом транспортнике есть, и большая. К тому же есть и ещё одна задумка. Используя такой воздушный старт, можно более дёшево запускать искусственные спутники Земли. Да, Роберт Людвигович. Туда. В космос. А спутники нам будут очень нужны. Это и связь, и разведка, и раннее предупреждение о ракетном нападении, и слежение за авианосными группировками, и метеорология, и ещё куча всяких разных возможностей. Тут смысл в том, чтобы заменить тяжёлым, но многоразовым скоростным самолётом одноразовую первую ступень ракеты - самую мощную и дорогую.

– Это-то понятно...
– кивнул Бартини.

Хрущёв понял, что идея воздушного старта уже захватила авиаконструктора.

– Ну как, Роберт Людвигович, возьмётесь?

– Посчитать надо, Никита Сергеевич, - ответил Бартини.
– Идея, безусловно, революционная. Но сложная.

– А вы не торопитесь, - ответил Хрущёв.
– Давайте, товарищи, соберёмся через неделю или дней через десять, и вы мне расскажете, что насчитали и придумали? Да, и ещё, Роберт Людвигович, вы ведь гидросамолётами занимаетесь?

– Да, Никита Сергеич, занимаюсь. Как раз сейчас работаю над проектом сверхзвукового гидросамолёта-бомбардировщика среднего радиуса действия, под условным индексом А-55. Собирался представить его в будущем году. Такой самолёт сможет дозаправляться с кораблей или подводных лодок в любой точке Мирового океана.

– Так, так... Интересно, - задумался Хрущёв.
– А увеличить дальность тысяч хотя бы до 10-12 можете?

– Теоретически - да, но это будет уже другой самолёт, большей размерности и грузоподъёмности, иначе не поднять потребный запас топлива, ответил Бартини.

– Роберт Людвигович, я вас прошу - пересчитайте ваш проект на увеличенную дальность, - попросил Хрущёв.
– Видите ли, у нас сейчас нет самолёта, который может достать до США и вернуться на базу. Туполев над такой машиной работает, но у него будет дозвуковой самолёт. Прорывать ПВО на такой машине почти невозможно. А если вы сделаете сверхзвуковую летающую лодку, она сможет решать и ударные и разведывательные задачи.

– Хорошо, Никита Сергеич, сделаю, - кивнул Бартини.

– Вот и спасибо.
– улыбнулся Хрущёв.
– Роберт Людвигович, обратитесь к моему помощнику Григорию Трофимовичу Шуйскому, он позаботится о вашем комфортном размещении в Москве. [20]

18. Легче воздуха

Встреча состоялась лишь через 10 дней - слишком уж Хрущёв был занят целинными делами. Наконец он сумел выкроить пару часов в своём плотном расписании и попросил Шуйского вызвать на совещание Надирадзе и Бартини.

– Да они уже два дня как сообщили, что готовы к совещанию, - ответил Григорий Трофимович.
– Бартини просит вашего согласия привести на разговор ещё двух специалистов, которые могут помочь.

– Конечно, пусть приводит, - ответил Хрущёв.

Кого именно собрался привести Бартини, Никита Сергеевич даже не спросил. "Специалист" - для него было достаточно.

Они встретились на следующий день. Шуйский пригласил в кабинет Хрущёва Надирадзе и Бартини.

– Здравствуйте, товарищи, - Хрущёв, гостеприимный и приветливый, поднялся навстречу.
– Роберт Людвигович, а вы же собирались привести ещё двух человек?

– Да, Никита Сергеевич, они ждут в приёмной, - ответил Бартини.
– Они - авиационные специалисты, к ракетам отношения не имеют. Не знаю, соответствуют ли они уровню секретности. Я планировал позвать их позже, когда Александр Давидович доложится по своей тематике.

– Будь по-вашему, - согласился Хрущёв.
– Ну, Александр Давидович, рассказывайте.

Надирадзе уже успел сделать предварительные расчёты и теперь докладывал уверенно. По его прикидкам выходило, что твёрдотопливная МБР будет иметь массу примерно 40-42 тонны при дальности около 10000 км и забрасываемой массе головной части в 1 тонну. [21]

Но Александр Давидович честно предупредил, что ракет такого класса он ещё не строил, и считает правильным вначале отработать закладываемые в конструкцию МБР технические решения на более простой и дешёвой ракете меньшей дальности

– Ну, что ж, разумно, - одобрил Хрущёв.
– Начните с чего попроще, но, по возможности, параллельно ведите и разработку МБР. Пусть лучше разработка движется медленно, чем вообще не движется. А что у вас, Роберт Людвигович? Чем порадуете?

Бартини открыл тонкую картонную папку, достал стопку из нескольких листов бумаги и ватмана.

– По моему мнению, Никита Сергеевич, - сказал он, - поставленная вами задача распадается на две независимые составляющие. Поясню.

Для запуска космического аппарата за пределы атмосферы на круговую околоземную орбиту мы хотим заменить его наиболее тяжёлую и дорогостоящую первую ступень скоростным высотным самолётом. При этом вторая и третья ступени могут получиться более лёгкими, за счет старта с большой высоты и на большой скорости. Так?

– Точно, - кивнул Хрущёв.

– А для боевого патрулирования с баллистической ракетой будет необходим аппарат не столь скоростной, но обладающий большой грузоподъемностью и продолжительностью полёта, при этом высотность большого значения не имеет, так как стрелять ему придётся стандартной боевой ракетой, имеющей, как уже сказал Александр Давидович, дальность около десяти тысяч километров.

– Вы хотите сказать, что придётся делать два разных самолёта?
– уточнил Хрущёв.