Чтение онлайн

— Само собой! Не ты одна умеешь хранить тайны.

Моди отвела детей в свободную комнату, где стоял

самогонный аппарат, и показала тайник за стенной панелью.

— Вот здесь я прятала огненную воду, пока патрульные не стали крышевать меня. Думаю, для двух малюток места хватит, плюс у меня полно излишков еды, ну и сладостей. Пусть лакомятся сколько влезет.

Стелла и Джинджер уже не выглядели столь испуганными. Моди угостила их конфетами, достав парочку из кармана. Девочки, моментально проглотив сладости, посмотрели на нее с надеждой.

— Ой батюшки, да вы же голодные! — засуетилась Моди и принесла с кухни еще конфет. — Патрульные вас не кормили, что ли?

— Вряд ли. По себе знаю, — ответила за девочек Майра.

В этот момент Стелла закачалась, но сестра вовремя

подхватила ее.

— Где же мои манеры! — воскликнула Моди и быстро отвела девочек к дивану. — Отдыхайте, дорогие! Ну и достал ось же вам…

Когда близняшки улеглись, Майра отвела Моди в сторонку и тихо сказала:

— Они ранены. Ссадины, сломанные ребра… и это, мне кажется, еще не самое страшное, — добавила она, постучав себя пальцем по лбу. — Пейдж отправилась к матери просить помощи, — продолжила Майра. — Главный врач Вандер скоро заглянет — осмотрит двойняшек, принесет лекарства и бинты.

— Ты ей доверяешь? — прищурилась Моди.

Большинство изгоев демосу не доверяло, и это было взаимно. К тому же мама Пейдж занимала не самый низкий пост, и это лишь усилило подозрения Моди.

Майра кивнула:

— Я верю Пейдж, а ее мать в ужасе от того, что творит отец Флавий. Это противоречит ее убеждениям, ведь она посвятила жизнь помощи людям.

— Это противоречит всем нашим убеждениям, — фыркнула Моди. И подозрительно уставилась на Майру, которую знала еще с раннего детства. — Ты ведь не все сказала, да?

Увидев колебания девушки, Моди уперла руки в бока:

— Даже не думай лгать мне, милая. Я уже поняла, что ты рассказала лишь часть истории.

— Ты права. Я… ухожу… далеко, — призналась Майра. — Возиус, Пейдж, Рикард и Калеб со мной. Уплываем сегодня же, но я надеюсь, что еще вернемся…

Майра не стала посвящать ее во все детали — решила, что и так наболтала лишнего. Втягивать Моди в еще большие неприятности не хотелось. Впрочем, торговка не сильно удивилась.

— Ты про особый проект своего папы?

Майра медленно кивнула. Моди — было видно — расстроилась, но не стала выпытывать больше ничего и просто крепко обняла девушку. Майра же, сморгнув слезы, посмотрела на мирно спящих близнецов.

— Позаботишься о них?

— Как о родных, — срывающимся голосом пообещала Моди. — Оспа унесла моих Квентина и Берту — им тогда было примерно столько же лет, сколько и этим.

— Спасибо. Я знала, что на тебя можно положиться.

Майре хотелось остаться в этой уютной и безопасной

квартирке Моди, однако время уходило. Бежать предстояло до наступления утра, под покровом темноты. Моди заметила перемену в лице Майры.

— Да пребудет с тобой Оракул! — Сказала она, вкладывая Майре в ладонь мешочек с конфетами. — На дорожку. Знаю, этого мало, но…

— Не мало! Ты столько для нас сделала, — заверила торговку Майра. Потом спрятала мешочек в карман и направилась к решетке вентиляции. Последний раз обернулась. — Прощай… — сказала Майра, но Моди ее, как всегда, поправила:

— Не прощай, а до скорого.

— До скорого, — ответила Майра, всем сердцем надеясь, что еще встретится с ней.

Квартиру Моди Майра покинула каких–то полчаса назад, но казалось, что прошла вечность. По щеке медленно скатилась одинокая слезинка. Проведя в трубах чуть менее тридцати минут, ребята наконец добрались до Восьмого сектора. Один за другим выползли из вентиляционной шахты и, подсвечивая себе фонариками, двинулись к дальнему концу сектора, отгороженному брезентовой ширмой. Предупреждение на табличке гласило:

Майра улыбнулась: все–таки отец ловко придумал. Почувствовав азарт, она отогнула полог и впервые увидела субмарину. Невероятно! Заученные наизусть чертежи будто ожили! Майра жадно вглядывалась в каждую деталь аппарата. Это был просто шедевр инженерии, подвиг: вытянутый цилиндр, который сужался с обоих концов, выпуклый фонарь над кокпитом [18] , сзади — плавники–стабилизаторы и лопасти руля, по бортам — панели, за которыми скрывались балластные баки. Субмарина висела на тросе мобильного крана, и ее можно было опустить в один из шлюзов.

Собранная из разномастных деталей, лодка тем не менее была должным образом сварена и герметична. Возиус провел рукой по гладкой обшивке.

— Это просто… невероятно, — прошептал он и посмотрел на сестру. В их глазах читались одни и те же мысли — о папе.

Как ни хотелось Майре еще полюбоваться творением Джоны, она понимала: время уходит. Тогда она забралась наверх по металлическим скобам на корпусе, открыла люк и залезла внутрь. Посветила кругом фонариком: в кабине и правда могли разместиться только пятеро, и то с трудом. В задней части салона она разглядела обещанные припасы и снаряжение: рюкзаки, одеяла, куртки, ботинки, еду, воду. Передавая наверх одежду и обувь, Майра пояснила:

— Вода на такой глубине ледяная. Как только окажемся в открытом море, в кабине станет очень, очень холодно.

Когда она протянула куртку Калебу, тот подался ближе.

— В таком случае я сяду рядом с тобой, — шепнул он, и его дыхание защекотало Майре ухо. — В тесноте–то теплее.

Майра закатила глаза: даже такие обстоятельства не могли помешать Калебу заигрывать.

— Этой чести удостоится Возиус, — ответила Майра. — Он мой старший помощник.

Возиус счастливо улыбнулся. Ребята натянули куртки и сменили хлипкие сандалии на ботинки, которые отец, должно быть, наворовал в Инженерной. Рикард по–прежнему был одет в черную форму патрульного, и на поясе у него висело две дубинки. Одну он протянул Калебу и, увидев его кислую мину, добавил:

— Эй, это так, на всякий случай.

— Надеюсь, этот случай не настанет, — мрачно произнес Калеб. — Никогда не учился драться.

Дубинку он, однако, за пояс заткнул. Когда все переоделись, Майра осмотрела кран.

— Его надо подвести к шлюзу. Третий вроде ближе остальных. Калеб и Рикард, может, откроете его? Пейдж подсобит мне с краном, а Возиус будет нас направлять.

Майра подошла к приборной панели позади крана. Изучив ее, нажала кнопку питания, и мотор, зарычав, ожил. Субмарина вздрогнула, покачнувшись на толстом тросе. Пейдж, нахмурив лоб, смотрела на приборную панель так, словно перед ней была нерешаемая математическая задача.