Чтение онлайн

Когда же ее стали впервые называть Красной? Тот же А. А. Старк, посетивший Поляну первый раз еще а 1871 году и заставший на ней поселение женатых солдат, а также лишь одну из двух гигантских пихт, еще не жаловался на "осквернение" имени Романовска; но когда он пришел сюда через одиннадцать лет, в 1882 году, его верноподданническому негодованию не было пределов. К этому времени на Поляне уже обосновались греки

*Датировано по старому стилю.

переселенцы из Ставропольщины. Старк извергает громы и молнии на греков - и за то, что они срубили вековую пихту, украшавшую всю Поляну, "чтобы надрать из нее драни для своих жалких избушек", и в особенности за то, что они не стали применять названия "Романовск". Старк клокочет:

"...великая честь, выпавшая на долю этого селения, честь именоваться фамилией своих государей, у него отобрана! И кем же? Какими-то ободранными полутурками-полугреками, самовольно здесь поселившимися и самовольно же переименовавшими это историческое название в Красную Поляну. И под этим, ничего не. говорящим нашему самосознанию именем местность слывет и ныне".

Ворчливый Старк раздражен, что и после высочайшего утверждения города Романовска в 1898 году "иноземцы продолжают торжествовать, и даже правительственные почта и телеграф именуются Красная Поляна. Удивительно!"

Происходило это потому, что в черте не возникшего еще города Романовска продолжал существовать поселок Красная Поляна, зарегистрированный во всех официальных инстанциях.

Мертворожденный "Романовск" так и не привился, а "ничего не говорившее" уху Старка название "Красная Поляна" прижилось прочно, произносится ласково, с любовью всеми жителями поселка, и радостно знать, что такое название всегда будет неотрывно от этого замечательного места.

Старк негодовал не только по поводу восстановления старочеркесских названий населенных пунктов ("Даховск обратился в Сочи, Святодуховск в Адлер... Просто позор!"). Он писал:

"Каждый топограф, землемер и турист силятся разыскать точные, по их мнению, названия рек и гор. Зачем и ради какой славы? И вот к чему эти розыски приводят: каждая гора и река имеют помногу диких названий и ни одного русского. Нугай-Гус * моряков обратился в Шугус, а на последних изданиях пятиверстки появилось новое название Чугуш, а некоторые черкесские пастухи

*Нугай-Гус морских карт - это, видимо, искаженное название соседней с Чугушом вершины Ногай-Кушх ("ногайские пастбища". На более поздних картах это название искажено еще забавнее: получилось "гора Нагой Кошки"),

называют его еще Абаго, Тыбга и Дзитаку*, а следовало бы ее назвать горой Александра II, а другую - горой Михаила, а третью - горой святых Константина и Елены" **.

Ехать дальше, как говорится, некуда! Какое счастье, что "топографы, землемеры и туристы", обруганные Старком, все же "силились разыскать точные названия" и что краснополянские горы обошлись без императорских, великокняжеских и святых имен!

Огромной эпопеей развернулась передо мной борьба за Западный Кавказ.

Более полувека лилась здесь кровь. Более полувека свободолюбивые горцы пытались отстоять свою независимость - и не отстояли. Но их поражение было вместе с тем и поражением нескольких соседних и дальних держав- любителей "воевать чужими руками", использовавших борьбу горцев в своих корыстных целях.

Россия овладела Кавказом. Конечно, это было завоевание, и завоевателем оказалась страна с деспотическим самодержавным строем. Но в то же время, хоть и дорогой ценой, горы были избавлены от угрозы завоевания турками и персами, от перспектив прямого или косвенного порабощения державами Запада.

То, что власть над Кавказом оказалась в единых руках, хоть это и были жандармские руки поработителя, уже тогда помогало преодолению политической и хозяйственной раздробленности горских народов.

Россия и в то глухое время обладала более высокой культурой, чем Турция и Персия. Общение с этой культурой поднимало и материальную и духовную жизнь народов Кавказа. Русские принесли сюда не только гнет, но и свет - слово Пушкина и Лермонтова, Толстого и Горького, свет большой науки.

Русь пришла на Кавказ капиталистическая, жаждущая сырья, ищущая рынков для растущей промышленности.

* Абаго, Тыбга, Дзитаку - все это существующие и ныне названия больших соседних с Чугушом вершин. Старк напрасно относит их к Чугушу.

** День 21 мая по старому стилю - день молебствия на поляне Кбаадэ совпал с церковным праздником святых Константина и Елены.

Горцы, с их патриархальной замкнутостью, стоявшие в стороне от мирового хозяйства, оказались, по словам Ленина, в стране нефтепромышленников, торговцев вином, фабрикантов пшеницы и табака.

Россия поработила Кавказ, но Россия же позднее помогла Кавказу и избавиться от капитализма, шагнуть, обгоняя огромные этапы истории, на столетия вперед и перейти от недавней родово-племенной старины к передовому общественному строю.

Факты, с которыми я знакомился в библиотеке, изучая историю Красной Поляны, почему-то не упоминались ни в одном путеводителе, не встречались мне и в других новых книгах о побережье. Возможно, что черноморским краеведам и не все это было известно. А разве не интересно людям, знакомящимся с Красной Поляной, представить себе, какие драматические события разворачивались здесь не в таком уж далеком прошлом?

Ведь именно вокруг Поляны концентрически сужалось кольцо всех этих событий, начиная с бедствий Береговой линии и похода Торнау и кончая встречей на ней четырех армий. Начало одного из важнейших этапов многолетней войны и ее завершение связаны с именем Красной Поляны.

Я углублялся в материалы, и у меня в голове складывались все новые и новые планы моих будущих бесед с туристами. Я пойду на Псеашхо и расскажу им, что это - путь Торнау, что здесь проходил Мало-Лабинский отряд на поляну Кбаадэ. Что долина Псоу - место последнего сопротивления горцев Шатилову, а имя Чугуш - предмет монархических возмущений Старка. И все горы вокруг арена эпических событий прошлого...

Сначала я изучал пространство Западного Кавказа. Теперь он предстал передо мной еще в одном измерении - во времени - и стал еще ближе, понятнее. Разве не более дорогими становятся все эти лучезарные пляжи Черноморья, все кручи, леса, реки, когда знаешь его прошлое? Не только для меня. И другие посетители этого края, познав минувшее, будут лишь сильнее ценить и любить его землю.

Пройти все тропы - в чащах, в глубях лет, Всю высь и даль запомнить и обрамить. Срастись с землей, понять в ней каждый след и ощутить, и чтить как свой обет: Я сам-земли родной глаза и память.

ПРИРУЧЕНИЕ ХРЕБТА АЧИШХО

ПЕРВЫЕ ОСЕЧКИ

СОЧИ на этот раз оживленнее: леса строек, рытвины и котлованы, спрямляется береговое шоссе, создается комфортабельная автострада. И снова автобус в Поляну - но теперь я гляжу на весь путь по-хозяйски: знаю названия селений - Первинка, Молдовка, Казачий Брод. Знаю, что не случайно шоссе забирает левее на водораздельный кряж: это объезд нижнего ущелья Мзымты Ахштырской теснины. Вон она, эта дикая поперечная расселина в первой от моря продольной горной гряде. А жаль, что шоссе прошло не по ней - туристы увидели бы уголок, по красоте мало уступающий Ахцу!