Чтение онлайн

Сенька коршуном набрасывается на сестру и вырывает вещи из её рук. — Вот же паразитка! — задыхаясь, ругается он и, прыгая на одной ноге, торопится надеть трусы, — Ну вот скажи, зачем ты это сделала?

— А ты, зачем на реку без меня ушёл? Нам мама, что сказала сделать, а? Я что, одна, должна всё делать? Я может тоже купаться хочу, — отбрехивается Катька от нападок брата.

Сенька недовольно морщится, — Да сделаю я всё, попозже только. Я собирался после речки воду натаскать.

— Дурак, что ли, совсем. Утром не так жарко было. Надо было сделать, а потом идти купаться. А сейчас придётся в самую жарень воду таскать. Если вода не нагреется, мама всыплет, — с серьёзным видом выговаривает Катька брату.

— Не твоё дело. Когда захочу, тогда и сделаю, не тебе же всыплют — огрызается Сенька, понимая, что сестра, опять, как всегда, права.

Одевшись, он смотрит на Катьку и говорит, — Я тебе это ещё припомню. Обязательно отомщу.

Катька смеётся, — Ой да ладно, испугал. У тебя фантазии не хватит. Жаль мне некогда оглядываться было. Наверное, со стороны это смотрелось просто отпадно, как ты по деревне с голым задом летел.

Сенька замахивается, — У заразы! Прибил бы, да жалко, — и он дёргает сестру за косу.

— Эй ты, чего! Больно же, — вопит Катька и тычет Арсения кулачком в бок.

Брат с сестрой, собрав одежду друзей, идут в сторону речки.

Поравнявшись с пацаном, что ему помог, задержать Катьку, Сенька говорит, — Спасибо брат. А я тебя, что-то раньше здесь не видел. Отдыхать приехали? Меня Арсением зовут.

— Брат, — фыркает Катька, — Не много ли братьев у тебя развелось?

Сенька на её выпад никак не реагирует, ждёт, что ответит на вопрос парнишка.

— Я, Евгений, — отвечает пацан, — Нет, не отдыхать. Мы сюда жить переехали. Вчера только заселились. Вот решил посмотреть, что здесь у вас, да как. Пусто у вас здесь, как-то. Народу совсем нет.

— Так все на речке. Жарко же. Ну что, тогда идём с нами, мы как раз на реку идём. А в каком классе учиться будешь? — поинтересовался Сенька.

— В седьмой перешёл.

— Здорово. Значит, в одном классе с нами будешь. Мы с Катюхой тоже в седьмой перешли. Она, как ты, наверное, уже догадался — моя сестра. Вредная просто жуть.

— Сам ты вредный, — Катя прибавляет шагу и даёт подзатыльник брату.

— Вот видишь, что творит? Знает, что я девчонок не обижаю и распускает руки, — Сенька снова дёргает сестру за косу.

Катька украдкой рассматривала мальчишку. «А новенький-то ничего себе так. Интересный. Я бы даже сказала, довольно симпатичный. Девчонки в классе точно пищать по нему будут. Ха! Но я-то первая с ним познакомилась! Глаза какие у него красивые; ярко-синие с длиннющими ресницами. Ну вот скажите, зачем пацану такие ресницы, а? А он ещё и кудрявый и брови вон какие, изогнутые, словно крылья у птицы».

Евгений был чуть покрепче и повыше Сеньки. Ну и её, само собой, так как Катька была с братом одного роста, только тоньше в кости, что вполне естественно, всё же она девчонка.

С интересом рассматривал своих новых друзей и Женька. Светлые, по цвету похожие на пшеничную солому с небольшой рыжинкой волосы у Сеньки были коротко подстрижены. Лишь над бровями нависал небольшой задорный чубчик. А у Катьки её золотистые волосы были заплетены в длинную до самой талии и довольно толстую косу. В отличие от волос, брови были неожиданно тёмные, словно нарисованные и не пойми какого цвета глаза, то ли серые, то ли зелёные. В плечах Сенька был пошире сестрёнки. Зато у Катьки пухлые губки бантиком, а у Сеньки совсем обычные. В общем, рот как рот, ну и скулы у Сеньки всё же поострее и подбородок потвёрже. Симпатичные ребята и весёлые похоже. Женька хмыкнул, припомнив, как мчался за сестрой Арсений.

За разговором они подошли к реке. Сенька бросил вещи пацанов на траву и крикнул, — Ребят, вылазьте, давайте, мы вам новенького знакомиться привели. С нами в одном классе учиться будет.

— Катька, брысь отседава, дай одеться, — закричал Никитка, их сосед и одноклассник.

— Ой, да что я там у вас не видела, — ехидно пропела девчонка. Но всё же отошла в сторонку и отвернулась. Пацаны с хохотом ломанулись на берег. Минут через пять они все сидели на траве и общались с новеньким.

Настоящее время.

Молодая женщина открыла глаза. Безмятежное выражение по мере пробуждения, стиралось с её лица, словно ластиком. Там во сне, всё было чудесно. В реальности же не было ничего хорошего. Она хотела бы вообще не просыпаться, остаться там, в таком безмятежном и беззаботном прошлом. Потому что настоящее больно ранило, убивало и не давало дышать.

Красивое лицо исказилось в гримасе боли. Между бровей залегла скорбная морщинка, в глазах показались слёзы.

— Зачем мне всё это. Не хочу ничего вспоминать. Я забыть всё хочу, — горько шепчет она.

Но не так-то просто уйти от мыслей и воспоминаний, навеянных сном. Они, вопреки её желанию, лезут и лезут в голову. Женщина полежала ещё немного в кровати, глядя, как лёгкий ветерок треплет шелковую штору на балконном окне. Потом вытерла слёзы с глаз, поднялась и ушла в ванную.

В номер люкс для двоих в санатории в Ялте, она заселилась вчера поздно вечером и ещё нигде не была. Умывшись и почистив зубы, она надела белый сарафан и белые же босоножки на небольшом каблучке. Собрала золотистые волосы, цвета спелой пшеницы в высокий хвост, и прихватив солнцезащитные очки и сумочку, отправилась завтракать. Администратор, показала закреплённый за её номером столик, и женщина присела на краешек стула. Официантка принесла салат из свежих овощей, омлет и круассан.

— Что будете пить, чай или кофе? — спросила она.

— Будьте добры, стакан воды и кофе, — попросила женщина.

В сумочке зазвонил телефон. Она, не глядя достала и поднесла его к уху, — Алло.

— Кать, вы где? Я пришёл домой, а вас нет? Где ты?

— Нет меня. Была и вся вышла, — голос Екатерины был ровный и какой-то безжизненный.

— В смысле вышла? Куда вышла? Кать, не чуди, слышишь! Где вы, где дети? Я хочу их видеть!

— Ковалёв, оставь меня в покое. Хочешь видеть детей, видь. Кто тебе мешает. Мозги включи, если они у тебя ещё есть. Или ты можешь думать только тем местом, что ниже пояса. Всё! Не звони мне больше! — Екатерина отключила телефон и положила в сумочку. На щеках горел нервный румянец. Она вздохнула, выпила стакан воды, посмотрела на нетронутый завтрак и вышла из зала. Оглядевшись в холле, подумала и решила пойти к морю.

Перед зданием посредине небольшой площадки играл струями на солнце фонтан, от него к морю спускалась каскадами асфальтированная дорожка, обрамлённая цветущими розовыми кустами, между которых были установлены скамейки. Екатерина неторопливо шла к морю, губы её были плотно сжаты, а из-под очков, одна за другой скатывались слезинки. Телефонный разговор выбил Екатерину с таким трудом приобретённого равновесия. Пустота в груди ширилась и от этого хотелось кричать во весь голос. Выйдя на пляж, она повернула направо. Туда, где виднелись довольно высокие и крутые скалы. Ей хотелось побыть одной. Посидеть у воды, послушать прибой, крик чаек и не думать. Совсем ни о чём не думать, успокоиться и хоть как-то унять эту невыносимую боль, что разрывала её грудь.