Чтение онлайн

А почему Андрей выбрал заурядную Светлану? Он даже женился на ней. Близкое окружение было крайне удивлено его поступком. Во-первых, она ему чем-то напоминала маму, Светлана показалась ему такой же доброй и отзывчивой, а во-вторых Андрей вел жизнь далеко неправедную. Он проводил много времени, но не в аудиториях или в библиотеках, а в барах и в ночных клубах, разбил не одну машину, подаренную родителями, учился из рук вон плохо, грубил преподавателям, прогуливал занятия, игнорировал не только зачеты, но и обязательные экзамены. Отцу стоило немало усилий, чтобы оставить своего сынка в институте, руководство которого не первый раз безуспешно пыталось исключить из студенческих рядовэтого прожженного, наглого барчука. Когда Андрей разбил очередную машину после грандиозной попойки, родительскому терпению пришел конец. Они перестали оплачивать аренду квартиры и Андрею пришлось переселиться в студенческое общежитие. Вот тут он и познал что такое самостоятельная жизнь, как это ходить по продуктовым магазинам, готовить себе еду, перебиваться от стипендии до стипендии. Он иногда по привычке заходил в комнату к бывшей подруге, на ее надутый вид он просто хотел плевать, просто он скучал по маминым пирожкам , а Светлана их так вкусно готовила. Тем не менее ему приходилось самому ухаживать за собой, не сидеть же голодным, но это утомляло его, в особенности уборка, казалось каким-то недостойным занятием. Андрей предложил Светлане жить вместе, в одной комнате, как муж и жена, так поступали их многие сокурсники, но Светлана не разделяла современную идею гражданского брака. Вот он и женился на Светлане.

Наташа, теперь уже бывшая подруга Светланы, страшно страдала, но Андрея этомало волновало. Он – настоящий эгоист по натуре, не замечал ни чужих страданий, ни обид. Он понимал, принимал близко к сердцу только свои невзгоды. Жизнь для Наташи разделилась на «до» и «после». Их расставание прошло до банальности просто. Андрей ничего не объясняя как-то заявился на студенческую вечеринку с другой девушкой и целовался с ней весь вечер, игнорируя все провокации Натальи. Она пыталась с ним разобраться, как-то объясниться, но ничего у нее не получилось. Андрей произнес только одну фразу: « Извини Наташа, но я тебя разлюбил». Для Наташи эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Больше он к ней не подошел, не уделил и минуты. Наташа ходила по институту потерянная, разве что не в слезах. Андрей своим вероломным поступком нанес сокрушительный удар по ее самолюбию, жизнь без любимого казалась ей пресной и невозможной. Ей не хотелось жить без него, без его любви. Она не знала, что будет дальше. Все ее представление о любви, о жизни, о мужчинах, о себе самой заметно пошатнулись. Она же считала себя верхом совершенства. Значит она не такая исключительная, значит не самая лучшая, есть кто-то лучше, краше нее?! Честно говоря Наташа до конца не осознала что произошло, у нее в голове не укладывалось, как Андрей мог бросить ее, мог отказаться от нее, она же не сомневалась в своей исключительной неотразимости. Ей всегда казалось, что бросают и используют этих невзрачных, полных, тупых дурех, готовых на все, ради того, чтобы мужчина обратил на них свое внимание – в общем тех, кто этого заслуживает. Но как он посмел бросить ее, Наташу Теньковскую, такую безупречную красавицу, такую умницу? И ради кого он оставил ее, ради этой бесцветной, заурядной Светки, этой серой мыши, не умеющей толком одеваться, не умеющей подать себя, на ее Наташин взгляд слишком толстоватой и простоватой. Кто-то считал Светку умницей, но она-то Наташа знает, чего стоят ее отличные оценки, что за ними скрывается – старание, аккуратность и голое трудолюбие, и все, больше ничего, никакого полета мысли, никакого таланта. Добропорядочность и надежность, которые всем своим существом излучала Светлана, Наталья как достоинства и положительные черты не определяла.

Неосознанной ошибкой Наташи было то, что в потенциальных женихах Наташа иска-ла не только деньги, но и другие качества, такие как молодость, привлекательную внешность, наличие характера и чувства юмора, поэтому она особо не обращала на пристальные взгляды, (на нее смотрели ,любовались все от мала до велика ),не замечала знаков внимания, которые ей, молоденькой, хорошенькой студентке, оказывали пожилые преподаватели и далеко не бедные, почтенного возраста профессора. Если бы ей нужны были только деньги и благосостояние, то они у нее давно бы имелись. Так не бывает, чтобы и молодость, и внешность, да еще и деньги. Если три выше перечисленных признака присутствуют в одном «флаконе», то приручить такого молодого человека очень сложно, об него можно и зубки поломать. Он сам выбирает женщин, а не женщины определяются с выбором. Наташе бы искать тех, кто богат деньгами, но беден в других отношениях. Но по молодости, она не могла разглядеть таких мужчин, которые бы сдували с нее пылинки, ценили бы ее молодость, поскольку изначально она была настроена их игнорировать. По неопыт-ности Наташа до конца не понимала, чего же она хочет больше – денег или любви.

Институтские пять лет пробежали очень быстро, кажется совсем недавно сегодняш-ние выпускники волновались на вступительных экзаменах, а сегодня они получают дипломы. Брак Светланы и Андрея продлился недолго, не прошло и года как они развелись, объснив родителям развод нестыковкой характеров. А на самом деле Света как не старалась, не выдержала частых измен молодого мужа, устала от его лени и эгоизма, устала от постоянных разборок со случайными подружками Андрея. Неискушенная Светлана не могла и предположить, что Андрей никогда не довольствовался интимными отношениями с одной женщиной и начнет ей изменять через каких-то пару месяцев после начала совместной жизни. Светлана облегчено вздохнула, у нее словно гора с плеч свалилась, когда они развелись и стали жить порознь. На ближайшее будущее она зареклась выходить замуж, кроме замужества в жизни полно других приятных вещей. Но с Наташей они так и не помирились.

Все шло своим чередом.Светлана Ивашова защитила диплом и вернулась в родной Медногорск, к родителям. Не стала обустраиваться в краевом центре и ее бывшая подруга Наталья Теньковская. Конечно Наташе очень хотелось жить в большом городе, сверкающим неонывыми огнями рекламы, где так много светских развле-чений, всяких соблазнов в виде дорогих магазинов с яркими модными тряпками, роскошных ресторанов, ночных клубов, где жизнь кипит, бурлит, не то что, в этой деревне под названием Медногорск. Там же все друг друга знают в лицо, осведом-лены о каждом твоем шаге, и главное хорошие женихи все уже давным давно разобраны, в этом захолустье просто невозможно жить. Наташа продолжала меч-тать о богатом муже, об огромной, великолепной, роскошно обставленной квартире, где она великосветская красавица принимала бы высокопоставленных гостей, ждала бы красавца и богача мужа. За двумя детьми присматривала бы няня, пока Наташа будет выполнять свои светские обязанности. В гараже у них бы стоял бентли послед- ней модели, ну на крайней случай мерседес, а еще там всякие ауди, лексусы. В ма-шинах Наташа не особо разбиралась, просто ей нравились большие, черные и блес-тящие автомобили. Отдыхали бы они где-нибудь на Лазурном берегу или во французских Альпах, например в нашумевшем Куршавеле. Наташа могла мечтать часами, но все это были несбыточные мечты, которые как мираж в пустыне исчезали при малейшем дуновении жестокой реальности. Реальный и богатый муж находился находился где-то за невидимым обычному глазу горизонтом, высокооплачиваемой работы не предполагалось и соответственно средств на аренду хотя -бы одноком-натной квартиры не было, не говоря уже, про развлечения и красивую одежду. А в общежитии Наташа больше жить не хотела, одно дело студентка, можно не спать всю ночь, куролесить, есть что попало, делить одну комнату в пятнадцать метров еще с тремя, четырьмя девушками, и совсем другое – дипломированный специалист.

Помочь финансово тоже было некому. Наташу воспитывала одинокая мать, в нас-тоящий момент – пенсионерка. Институтские годы еле вытянули, мать затянула потуже пояс и не позволила себе за последние пять лет ничего лишнего. Переби-валась с картошки, выращенной на собственном огороде, и квашенной капусты, опять же со своего огорода. Наташе чтобы устроиться на вакантное место с прилич-ным доходом, нужны были связи. Просто так, такие места за красивые глазки не предлагают. Нужно, чтобы кто-то позаботился, позвонил и поговорил, замолвил слово. Нужна была протекция, а Наташа не обзавелась связями. В нашем мире все строится по принципу – ты мне, я тебе. За оказанную услугу, за устройство на доход-ное место Наташа могла предложить только себя с высшим образованием, свою красоту и молодость. Но она уже обожглась один раз и теперь как в русской посло-вице, обжегшись на молоке, дула на воду.

Для молодежи, отучившейся в институтах краевого центра, возвращение домой впровинциальный Медногорск, не означало крушение несбывшихся надежд, падение сверху вниз, не являлось крахом, скорее это напоминало возвращение к истокам, к началу пути наверх, недаром же говорят, что дома и стены помогают. Медногорск был невелик и вытянут в длину – десять коротких улиц пересекали пять длинных. Обойти весь городок можно было часа за два. Сверху, с высоты птичьего полета,он напоминал площадку с аккуратно расчерченными квадратами, которую со всех четырех сторон вплотную обступал густой лес. И все же несмотря на географическую неприметность в виде маленькой точки на карте огромной страны, Медногорск выделялся среди подобных обычных, российских городков. Внешне он являл собой самую настоящую российскую провинцию – разбитые дороги, повсюду вечно неис-требимый русский мусор, грязные полупьяные бомжи со сворами бродячих собак, копающихся в мусорных баках, непобедимый алкоголизм.

Население городка составляло не более тридцати тысяч человек. Все жители зналидруг друга в лицо, и даже если кто-то с кем-то был не знаком, то все равно где-то пересекался, где-то встречался, может в больнице, а может быть в центральном универмаге.

Вся особенность Медногорска, и это также являлось основой его существования, заключалась в том, что в десяти километрах от него располагался Медногорский нефтеперерабатывающий завод – МНПЗ. Саму нефть добывали по российским меркам недалеко, в пятидесяти километрах от самого завода. Сырье для перера-ботки привозили в цистернах, по железной дороге. Вся жизнь городка вращалась вокруг этого промышленного предприятия. Треть населения трудилась на произ-водстве высокодоходного топлива. Городской бюджет в основном формировался из налоговых поступлений от МНПЗ, все детские учреждения сады, школы, и пред- ставить не могли, чтобы они делали, если бы завод не спонсировал их деятель-ность. Всем известно, как дорого стоит провести, например школьную олимпиаду или общегородские соревнования, или построить бассейн в детском саду. Все жители города ощущали поддержку и влияние этого предприятия. Средняя зарплата по городу значительно превышала этот показатель в других российских регионах. Кроме МНПЗ в Медногорске существовали ( именно существовали) и другие предприятия, рубероидный завод, небольшое машиносторительное предприятие по производству котлов, влачившее жалкое существование в силу ошибок в менедж- менте и тотальном воровстве руководителей завода, и другие, например жилклммун-контора, учебные заведения и больницы.

Именно на МНПЗ и рассчитывала устроиться практично-деловая Наталья Тень-ковская. Платили там хорошо и про задержки по зарплате там узнавали только по телевизору. Работать на МНПЗ считалось престижно. Сказать кому – то в продукто- вом магазине, поликлинике или на рынке, что ты работаешь на МНПЗ ( раз ты сумел проникнуть в ряды этой организации, значит у тебя такие связи, либо ты обладаешь какими-то уникальными знаниями, либо остро нужной для завода в настоящий момент профессией) и ты мгновенно вырастаешь в глазах собеседника, оценка тебя окружающими, твой рейтинг моментально подскакивает до небес.

Когда-то на заводе трудилась и старшая Теньковская, мама Наташи. Отработав положенный вредный стаж, достаточный для льготного выхода на пенсию в 45 лет, она перешла в среднюю школу, вначале техничкой, мыла полы в классах и коридо- рах, а потом когда освободилось место, гардеробщицей. Пенсию старшая Теньков- ская получала неплохую, плюс школьная зарплата и им с дочерью вполне могло бы хватить на скромную жизнь без деликатесов.

Почти сразу по приезду в родной город, Наталья Теньковская, не теряя ни часа, ни дня, она еще успеет выспаться и наотдыхаться, бросилась на завод и начала энергично, упорно, настойчиво посещать отдел кадров, бомбордировать звонками руководителей подразделений – начальников цехов, производств, лабораторий. Но молодая женщина, да еще с сугубо мужской профессией инженера – энергетика, только что закончившая институт, по мнению заводских старожилов ничего пока из себя не представляющая, « их же там в институтах сейчас ничему не учат», никого как специалист не интересовала, а ее назойливость, в особенности когда она перед ними разворачивала свою синию корочку с вкладышем, где добрую половину сос- тавляли пятерки, да еще тыкала ею в нос, поближе к глазам, вызывала лишь легкую ироническую насмешку у них на губах. Мужчина – специалист в этот момент оцени-вающе оглядывал ее с ног до головы, а если на ее звонок на проходную выходила женщина, то она больше с завистью, чем с презрением, отворачивалась – как могла эта «ничейная сыкушка» отнять ее драгоценное время.

Те советские времена, когда на завод принимали молодежь, только, только со сту -денческой скамьи, давно ушли, так давно, что об этом уже никто не вспоминал, никто не возмущался и воспринимал новые порядки как должное. В настоящее время всех интересовали хорошо подготовленные профессионалы, а в отделах кадров так и отвечали всем страждущим, желающим устроиться на предприятие: завод – не учебный комбинат, у нас востребованы высоквалифицированные, хорошо подготов-ленные кадры, и с опытом работы. И не понятно было – где же бывшему студенту набраться производственного опыта. Ответами такого рода обычно удостаивались простые люди, не имеющие протекции, за них несчастных некому было замолвить слово, не было у них так называемого блата. Дело в том, что МНПЗ – это не какая-то фабрика по пошиву женских халатов, а предприятие с приличными заработками и ввиду эпохального значения перерабатываемого сырья и повсеместной коммер-циизации общества, был не просто заражен вирусом клановости, семейственности и кумовства, он был серьезно болен этой социально – значимой болезнью. Поэтому двери завода открывались только для родственников и знакомых высокопоставлен-ных, ответственных работников. Блатным многое прощалось, отсутствие профес-сионализма и нарушение трудовой дисциплины, а низкие интеллектуальные спо- собности и преданность руководству, ставились выше других качеств, и являлись серьезной заявкой на занятие ответственной должности.