Чтение онлайн

Босс поперхнулся, врезал себе кулаком по груди. Он частенько так делал, может быть, стоит попросить Татьянну дать ему лекарство от изжоги.

Хелена рассмеялась красивым звонким смехом, который очень ей шёл. Эви задумалась, заметил ли босс, как хороша кузина. От этой мысли разболелась голова.

– Кузина, ты всё такая же потешная.

– Заключение под стражу очень меня потешает, – резко отозвалась Эви, выразительно поглядев на решётку, а затем на ключи, висящие на крючке у двери.

Хелена проследила за её взглядом, кивнула, сняла ключи. Эви и Злодей напряглись, выжидая, когда отворится дверь камеры.

– Перед тем как я окажу вам услугу, может быть, расскажешь, что ты делаешь в деревне Сердца… – она усмехнулась, – преступница?

Злодей помрачнел, но Эви подпрыгнула, хлопнула в ладоши.

– Сэр, листовки про меня распространяются! Просто прелесть!

– Мы по-разному понимаем это слово, – буркнул он, потирая виски.

Эви пожала плечами и решила, что лучше всего в сложившейся ситуации будет говорить прямо.

– Хелена, мы ищем мою маму, и мне кажется, что ты недавно встречала её, судя по твоему загнанному виду.

Хелена вздрогнула.

«Попалась!»

– Да. – Она и не пыталась скрывать. – Тётя Нура какое-то время жила здесь.

«Но больше её здесь нет», – подразумевалось в той части, которую Хелена опустила. Это умолчание исчерпало последние остатки терпения и доброты Эви.

– Хелена, я, конечно, очень скучала по нашей переписке, но хватит любезностей. Выкладывай.

– Она провела тут несколько месяцев. Года два или три назад. – Хелена выглядела испуганной. – Я сама только переехала сюда после того, как папа женился снова, когда появилась она.

Эви даже не знала, что дядя Вэйл снова женился.

– А кто его новая жена?

– Мачеха милая, только скучноватая. Кажется, ровно то, что нужно отцу. Просто не хотелось мешать им строить новую жизнь, а мне говорили, что деревня Сердца полна возможностей для активных предприимчивых людей. – Хелена фыркнула, будто это была шутка.

Злодей, который до сих пор не мешал Эви вести беседу, вмешался – тихо, но твёрдо.

– Я так понимаю, ты больше не разделяешь это мнение.

Хелена сверкнула глазами:

– Я работаю с людьми, которым нужно украсть человека, чтобы понять, как это сыграть. Сам как думаешь?

Он цокнул языком, будто соглашаясь, и отошёл назад, оставляя разговор Эви.

– Мама говорила, куда направляется? Или почему вообще приехала к тебе? – с растущим отчаянием спросила Эви.

Хелена покачала головой, из-под маски безразличия почти проглянуло сочувствие.

– Наверное, решила, что ко мне приехать безопаснее, чем к отцу. Он любит сестру, но ты знаешь не хуже меня, что он отправил бы её прямиком к дяде Гриффину. – Тёплый взгляд устремился вдаль, брови нахмурились, будто она пыталась что-то припомнить. – Вроде бы она расспрашивала о звёздах. О том, чему меня учил отец. Если она и говорила, то только об этом. Эви, она была как привидение. Малоприятно. А когда она всё-таки заговаривала, несла какую-то ерунду про то, что хочет исчезнуть. Стать никем. Чтобы её поглотила полночь. Я решила, что она сошла с ума.

Эви сумела до определённой степени отстраниться, пока пыталась найти маму. Но она видела, помнила тот потерянный взгляд Нуры. Он стал частью Эви задолго до того, как она подросла и поняла, что он означает. Она видела, как мама истаивает, превращается из яркой красивой женщины, которая была центром её детства, в тень себя прежней, а потом она и вовсе исчезла.

Эви досталось от мамы многое: длинные пальцы, кудрявые волосы, форма губ – но она не ожидала, что ей достанется ещё и мамино умение скрывать боль. Как и мама, Эви боялась, что однажды… однажды тоже сломается. Какая трагическая наследственность: видеть, как в тебе взрастают материнские изъяны, знать о них, но не знать, как их остановить.

– Наверное, всё дело в вине за убийство Гидеона, – сказала Хелена, вырывая Эви из спирали мыслей.

У неё защипало глаза.

– Он не умер.

Это удивило кузину, но не слишком.

– Замечательно! Он должен мне денег.

– Уймись, – сказал Хелене Злодей, но смотрел он на Эви, она чувствовала его взгляд.

Хелена рассмеялась и качнула ключи на пальце.

– Интересно, неужели слухи про жестокое, разрушительное колдовство Злодея все преувеличивали, раз тебя останавливают простые ржавые прутья?

Злодей не ответил, лишь бросил на неё сердитый взгляд и сделал шажок к Эви.

– Выпусти нас, и я с радостью тебе покажу.

Хелена усмехнулась и кинула ключи через всю комнату – они громко упали на столик у двери.

– К сожалению, не могу.

Эви в ярости схватилась за решётку.

– Хелена, мы же родня! В самом деле, ты же не дашь своему боссу продать нас королю?

Хелена цыкнула языком и поплыла к двери. Подол платья развевался за её спиной.

– Какая ты глупышка. Думаешь, эти клоуны способны чем-нибудь рулить? Разве что собственной плачевной карьерой, которая летит под откос.

Хелена лучезарно улыбнулась и вбила последний гвоздь в метафорические гробы Эви и Злодея.

– Театр на Пустыре – это моё заведение, я тут босс.

– У тебя такая семейка, что моя выглядит уже вполне сносно, – процедил Злодей, когда Хелена ушла, хлопнув дверью.

Эви без особого выражения посмотрела на него, а потом с интересом спросила:

– Как там Малькольм? От него давно ничего не слышно.

– Пока я был в плену, от него пришло письмо: говорит, надеется, что меня не казнят.

Эви вскинула брови.

– Ну, это многообещающе. – И добавила мягче: – А Артур? От него что-нибудь слышно с тех пор, как он вернулся домой?

– Он тоже прислал письмо. Очень своевременно. Кажется, в наших семьях беда с перепиской.

Обычно Эви прикладывала все усилия, чтобы не давить, но сейчас ей слегка казалось, что Злодею именно это и нужно. «Мечтай».

– Что там говорилось, Тристан? – Она легонько коснулась его локтя.

И в самом деле, Злодей слегка расслабился при звуке собственного имени.

– Не знаю. Я смял его и бросил в ящик. Вряд ли когда-нибудь открою.

Упрекнуть его за это было бы легче лёгкого. Но Тристану не хватало только лекции о том, как справляться со смешанными чувствами. Эви и со своими-то справлялась едва-едва.

– Если когда-нибудь захочется его открыть, я буду рядом. Не нужно читать вслух, ничего такого. Но если захочется не быть в одиночестве… Я буду с вами.

Он отошёл, вращая рукой, словно потянул мышцу от лёгкого прикосновения Эви.