Чтение онлайн

Иногда я просто устаю от такой жизни.

Я стою босиком на бетонном полу, на мне нет ничего, кроме повязки, и я ненавижу

эту травму, потому что она тормозит меня. Я хватаю шорты, спрятанные в моем

шкафчике, и надеваю их как можно быстрее, опираясь о стену для поддержки. Когда я

вновь принимаю вертикальное положение, то захлопываю дверцу шкафчика и

направляюсь к соседней комнате.

Я ударяю по другому выключателю, и главный оперативный центр оживает.

Компьютер издает звуковой сигнал и вспыхивает, когда программа загружается; я

пробегаю пальцами по клавиатуре.

Мы используем эти комнаты для моделирования.

Мы управляем технологиями для создания окружающей среды и событий, что

существуют исключительно в разуме человека. Но не только это. Мы также в состоянии

создать целостную структуру, а также управлять отдельными деталями. Звуки, запахи,

ложная уверенность, паранойя. Первоначально программа была разработана для оказания

помощи солдатам в их особых миссиях, но также для помощи со своими страхами,

которые могут возникнуть на поле боя.

Я использую ее в собственных целях.

Я приходил сюда и раньше, еще перед тем, как она прибыла на базу. Это было моим

безопасным пространством; моим единственным побегом от окружающего мира. Мне

только жаль, что я пришел не в униформе. Эти шорты накрахмаленные, в них неудобно, а

полиэстер вызывает зуд и раздражение. Но шорты обработаны специальным химическим

веществом, что реагирует на мою кожу и сенсорные датчики; это помогает чувствовать

меня, испытывать в многократных размерах, не натыкаясь на реальные или физические

барьеры, как это случается в естественной среде. И для того, чтобы процесс проходил

более эффективно, я не должен носить на себе почти ничего. Камеры

гиперчувствительные к температуре тела, и работают лучше, когда контактируют с

синтетическими материалами.

Я надеюсь, что эта деталь будет доработана впредь.

Центральный процессор выдает информацию; я быстро ввожу код доступа, что

позволяет мне просмотреть историю прошлых сеансов. Через плечо я наблюдаю за тем,

как компьютер обрабатывает данные; я смотрю на недавно отремонтированное

двухстороннее зеркало, что ведет в основную камеру. Я все еще не могу поверить, что она

сломала стену из стекла и бетона, и осталась невредимой.

Невероятно.

Машина издает сигнал дважды; я поворачиваюсь назад. Программы, находящиеся в

моем пользовании, загружены и готовы к запуску.

Ее файл в самом верху списка.

Я делаю глубокий вдох, пытаясь избавиться от воспоминаний. Я не жалею, что

позволил ей пройти через этот ужас; я не знаю… но она никогда не позволила бы себе

потерять контроль, а я нашел эффективный метод… чтобы она смогла узнать собственное

тело. В конечно итоге, я действительно считаю, что помог ей, как и собирался сделать. Но

я не хочу, чтобы она тыкала мне в лицо пистолетом, а после выпрыгивала через окно.

Я еще раз вдыхаю, медленно успокаиваясь.

И выбираю тот момент, когда привел ее сюда.

Глава 16

Я нахожусь в главной камере.

Сталкиваюсь лицом к лицу с самим собой.

Это просто моделирование. На мне все та же одежда, те же волосы, и даже покрытие

пола не изменилось. Мне ничего не остается, кроме как создать клона самого себя и

вручить ему пистолет.

Он, не переставая, смотрел на меня.

Один.

Он поднимает голову.

– Готов? – спрашивает он, а затем делает паузу. – Боишься?

Мое сердце начинает учащенно биться.

Он поднимает руку, слегка улыбаясь.

– Не волнуйся, - говорит он. – Все сейчас закончится.

Два.

– Еще немного, и я уйду, - проговаривает он, тыча пистолетом в мой лоб.

Мои ладони потеют. Пульс учащается.

– Все будет в порядке, - лжет он. – Я обещаю.

Три

Выстрел.

Глава 17

– Ты уверен, что не голоден? – интересуется у меня отец, продолжая жевать. – Еда

действительно неплохая.

Я чуть сдвинулся, продолжая сидеть на стуле. Сосредоточил свое внимание на

складках штанов, что на мне.

– Хм? – произносит он. Я на самом деле ощущаю его улыбку.

Я осознаю причину присутствия солдат, которые стоят вдоль стены. Он всегда держит

их настолько близко, чтобы те всегда оставались в конкуренции друг с другом. Их первым

заданием было определить слабое звено среди одиннадцати человек. А самый

убедительный довод – избавиться от цели.

Мой отец находит такие методы забавными.

– Боюсь, что не голоден. Из-за лекарства, - я лгу, - у меня нет аппетита.

Ах, - он вздыхает. Слышу, как он положил столовые принадлежности. – Конечно. Как

неловко.

Я молчу.

– Оставьте нас.

Только два слова, а его люди уже исчезли в мгновение. За ними закрылись двери.

– Посмотри на меня, - проговаривает он.

Я поднимаю взгляд, глаза лишены эмоций. Я ненавижу его лицо. Я терпеть не могу

так долго смотреть на него; мне не нравится быть под влиянием такого бесчувственного,

как он. Его не мучает то, что он делает, или как живет. На самом деле, он пользуется этим.

Он стремится к силе; он думает, будто непобедим.

И, в некотором роде, он прав.

Я пришел к выводу, что самый опасный человек в этом мире тот, кто не чувствует

угрызения совести. Тот, кто никогда не просит прощения и, следовательно, не ищет его.

Потому что, в конце концов, наши эмоции делают нас слабыми, не действия.

Я отворачиваюсь.

– Что ты нашел? – спрашивает он без прелюдий.

В уме тут же всплывает блокнот, лежащий в моем кармане, однако я не двигаюсь. Я не