Чтение онлайн

Я предположил, что мы делаем все не так осторожно, поэтому рано утром мы

собрались осмотреть территорию, рассмотреть: есть ли кто-то подозрительный среди

гражданских, или какие-то странные места. Я даже не удивлюсь, если Кент, Кишимото и

все остальные тайно живут среди людей. В конце концов, они должны иметь какой-то

источник продовольствия, воды, то, что связывало бы их с обществом, потому что я

сильно сомневаюсь, что под землей они могут что-то вырастить. Но, конечно же, все это

лишь предположения. Они могут иметь человека, который мог бы вырастить еду из

воздуха.

Я быстро оборачиваюсь к своим людям; приказываю им разойтись и оставаться

незамеченными. Их работа заключается в наблюдении всего, а после предоставлении мне

результатов.

Когда они ушли, я остался, чтобы осмотреться вокруг и побыть наедине со своими

мыслями.

Боже, она казалась такой реальной в моем сне.

Я закрываю глаза, провожу рукой по лицу, задерживая пальцы на губах. Я чувствовал

ее. Я действительно мог чувствовать ее. Даже одна мысль об этом заставляет мое сердце

ускоренно биться. Я не знаю, что мне делать, если такие напряженные сны о ней будут

продолжаться. Я просто не буду работоспособен…вообще.

Я глубоко вдыхаю, чтобы успокоиться и сосредоточиться. Я позволяю себе

осматриваться вокруг, без напряжения, отвлекаясь лишь на детей, бегающих вокруг. Они

кажутся такими энергичными и беззаботными. Странно, но оттого, что они смогли найти

счастье в этой жизни, мне становится грустно. Они понятия не имеют, что пропустили;

каков был мир до них.

Что-то вьется у моих ног.

Я слышу странное, затрудненное дыхание с отдышкой; оборачиваюсь.

Это собака.

Усталый и голодный пес, настолько тонкий и худой, что его вот-вот снесет ветром. Но

он смотрит на меня. Без страха. Его рот открыт. Язык повиснут набок.

Мне хочется рассмеяться вслух.

Я осматриваюсь вокруг, прежде чем протягиваю руки к собаке. Мне не стоит давать

отцу больше поводов для собственной кастрации, и я не доверяю своим солдатам, чтобы

разглашать им такого рода вещи.

Я просто хотел бы поиграть с псом.

Я уже слышу то, о чем говорил мне мой отец.

Я несу скулящее существо к одному из недавно освободившихся жилых помещений…

Я только что видел, как все три семьи уходили на работу. Пес, кажется, достаточно умен,

чтобы понять, что сейчас не повод для лая.

Я снимаю перчатки и достаю из кармана слоеное пирожное, которое захватил еще

утром за завтраком, так как не смог нормально поесть. И хотя я понятия не имею, что едят

собаки, в любом случае предлагаю ему это лакомство.

Пес ест чуть ли не с моей рукой.

Он съедает лакомство за два укуса, а затем облизывает мне пальцы, прыгает, чуть ли

не до груди, и проваливается в тепло, идущее из-под моего открытого плаща. Я не могу

контролировать легкий порыв смеха, срывающийся с моих губ; да и не хочу. Я так долго

не смеялся. Я не могу помочь, но удивляюсь силе такого маленького, скромного

животного, что у меня в руках; они так легко ломают нашу защиту.

Я провожу рукой по потертому меху, чувствуя выступающие ребра с разных сторон.

Но пса, кажется, не заботит его истощенное состояние, по крайней мере, не сейчас. Он

виляет хвостом и продолжает тянуть меня за плащ, смотря в глаза. Я начинаю жалеть, что

не взял больше еды в карман этим утром.

Что-то щелкает.

Я слышу вздох.

Оборачиваюсь.

Вскакиваю, насторожено ищу причину звука. Кажется, кто-то рядом. Кто-то видел

меня. Кто-то…

Гражданский. Она тут же бросается прочь, прижимая тело к соседнему блоку.

– Эй! – кричу я. – Ты там…

Она останавливается. Оглядывается.

Я почти падаю.

Джульетта.

Она смотрит на меня. Она на самом деле здесь, смотрит на меня, широко раскрыв

глаза и паникуя. Мои ноги делаются свинцовыми. Я прирос к земле, не имея возможности

сказать хоть слово. Я даже не знаю с чего начать. Так много мне хочется рассказать ей,

так много, как никогда не рассказывал, и я счастлив, видеть ее снова… Боже, мне стало

легче…

Она исчезла.

Я оглядываюсь вокруг, словно безумный. Удивлен, как еще не потерял чувство

реальности. Мои глаза останавливаются на собаке, которая все еще сидит на земле, глядя

на меня, а я ошеломлен тем, что сейчас произошло. Я оглядываюсь назад, на то место, где

видел ее, но ничего не вижу.

Ничего.

Я пробегаю рукой по волосам, трепля их, потому что я смущен, испуган, ужасно зол

на себя, отчего хочется вырвать их.

Что же со мной творится.