Чтение онлайн

– Как поется в старой песне нонов: «Кто привык за победу бороться, с нами вместе пускай запоет. Кто весел – тот смеется, кто хочет – тот добьется, кто ищет – тот всегда найдет!» – отвечает мне мой немолодой собеседник. Уголки его губ в этот момент едва трогает улыбка. – Мы очень надеемся, что получится, иначе мы бы вас сюда не пригласили. У нас, каров, тоже есть ученые, и они разработали средство, которое сможет наши миры защитить. Но придется договариваться с карликовыми эльфийками, – видя мое непонимание, которое, судя по всему, «написано» у меня на лице «крупными буквами», мужчина делает пояснение для меня и только после этого продолжает свой рассказ: – Карликовые эльфийки – это волшебный народ, который может нас привести в пещеры, местонахождение коих одному ему известны, в которых находятся очень полезные для нас камни. Камень называется архителлус. Представьте себе мячик для настольного тенниса, который сделан из пластилина и который немного помяли, вот такая у него необычная форма. Но в отличие от пластилина этот камень тверже гранита. Расцветка у него еще более футуристическая, чем форма – он перламутрового цвета с вкраплениями темно-фиолетового, темно-коричневого и ослепительного белого цветов. Выглядит еще более удивительно, чем я рассказываю, поверьте! Именно этот камень после различных заклинаний и волшебной обработки может создать некие волшебные силы, которое, не буду утомлять вас научно-волшебными подробностями, остановит действие, или, как говорят военные, поражающие факторы того самого пепельного взрыва, которым нам угрожают репти. Выбрали вас, потому что вы нона, а карликовые эльфийки терпеть не могут нас, каров, потому что вы женщина, а эльфийки на доверяют мужчинам, поскольку от них, по их мнению, все зло в этом мире, и потому что у вас удален аппендицит. У каров не удаляют аппендицит, а специальным заклинанием его нейтрализуют в раннем детстве, так что у нас воспалением аппендицита никто не страдает, но остается отросток. Он сам по себе безвреден, но в тех местах, где живут эльфийки, существуют опасные чары, которые поражают тело человека, кара или нона, не важно, именно через этот самый уцелевший отросток. Вам это не грозит. Все это действие займет, как ни странно, совсем немного времени, несколько дней. Мы покажем вам красоту нашего, волшебного мира. Один день на визит к эльфийкам и, в случае их положительного решения, на которое мы все очень надеемся, еще один на испытания нашего устройства, о котором я только что вам рассказал. Мы дали ему название Щит Прометея. Он и является нашей целью, которая от нас пока что ускользает. Ускользающая цель. Вот, судите сами, ничего ужасного, страшного, аморального или постыдного мы вам совершать, разумеется, на предлагаем.

В этом месте своего рассказа седовласый мужчина снимает со своего лица волшебные чудо-очки, чем еще раз повергает меня в легкий шок, устало, как мне кажется, закрывает глаза, пару секунд массирует большим и указательным пальцами левой руки переносицу и водружает очки на место. Еще один легкий шок. Который уже за сегодня?

– Пожалуй, достаточно для первой встречи, – говорит Роланд Тибальтович немного, по-моему, грустно и смотрит мне прямо в глаза. – Элеонора Александровна, мы очень просим вас оказать нам содействие и спасти и наш, и ваш, кстати, тоже, миры. Наверное, у вас много вопросов после моего рассказа. Прошу, задавайте, что вас интересует?

Вопросов у меня действительно много, но вырывается только один, самый, наверное, естественный:

– Вы действительно думаете, что я смогу это сделать?

– Именно так мы и думаем, – отвечает мужчина с серебристыми от седины длинными волосами, не отрывая от меня проницательного взгляда. – Иначе, как я уже сказал, мы бы к вам не обратились.

Из приемов психологической борьбы знаю, что как только начнешь колебаться, то в ответ тебя начнут немедленно психологически «додавиливать», «дожимать», поэтому – либо «да», либо твердо «нет».

Но, как ни странно, я говорю:

– Мне надо подумать, – уже готовая резко произнести: «Не давите на меня!» – чтобы попытаться сразу пресечь любые попытки подобного давления.

К моему величайшему изумлению слышу ответ:

– Пожалуйста, пожалуйста, мы встретимся завтра в это же время, – говорит мне Роланд Тибальтович. – Это очень серьезное решение, и его действительно нужно хорошо обдумать, и все как можно тщательнее проанализировать. Очень надеемся, что вы все же пойдете нам навстречу. Решать, разумеется, вам. Согласитесь хотя бы на встречу с нами. Пейте ваш кофе.

– Хорошо, я с вами встречусь, – говорю я в ответ, пожимая плечами как можно более безразличнее.

– Спасибо, – отвечает мой собеседник с коротким изящным кивком головы.

Подношу к губам чашку с кофе, который уже покинула чудо-ложка, и думаю, что кофе уже остыл, но, к моему удивлению, он оказывается горячим, как будто его только что налили. Что, чашка с подогревом? Или ложка? Или и то, и другое сразу? Впрочем, после того, что я уже увидела и услышала, это – сущие пустяки.

Быстренько допиваю кофе, который кажется мне самым прекрасным кофе на свете, ставлю чашку на блюдце и мысленно собираюсь уйти. Мне надо все это взвесить и обдумать. Роланд Тибальтович, по-видимому, понял мои мысли.

– Ну что ж, благодарю вас от лица Правительства волшебства, чародейства и колдовства Российской Федерации за согласие принять участие в этой встрече, – он встает на ноги, и за ним встают все присутствующие, в том числе, и я. – Прошу отнестись со всей серьезностью к его предложению, которое я, только что, вам озвучил.

Еще один изящный жест Роланда Тибальтовича рукой, и вся посуда, и мебель, на которой мы беседовали и пили кофе, исчезает совершенно бесшумно и бесследно, что меня, подмечаю я, уже не особенно удивляет. Наверное, сама способность удивляться как-то притупилась во мне.

– Вот, собственно, и все, что я хотел вам рассказать на первой встрече, – говорит он мне с коротким элегантным поклоном головы. – Еще раз благодарю вас за уделенное время и внимание нашим скромным персонам. Вас проводят обратно до супермаркета. Девушки будут вас ждать завтра на том же месте, где встретили сегодня, в то же время. Всего вам доброго!

– Всего доброго, – глухо повторяет блондин, он же – Виталий Елисеевич.

Я обмениваюсь рукопожатиями с мужчинами. Мне показалось, или на самом деле блондин чуть дольше задержал мою руку в своей, по сравнению с Роландом Тибальтовичем. Нет, пожалуй, все-таки показалось.

– Проводите, пожалуйста, нашу гостью, – говорит девушкам, глядя на них по очереди, немолодой маг, или, как он сам себя называет – кар. Я, наверное, никогда не привыкну к этим терминам.

– Да, конечно, – едва ли не хором отвечают обе.

«Похоже, что с дисциплиной здесь все в порядке», – отмечаю про себя я и направляюсь вместе с девчонками к выходу, оставляя мужчин одних. Обратный путь, как всегда, кажется короче.

Пристальным взглядом своих, таких невероятно выглядящих на кошачьей морде, человеческих глаз провожает меня Баюн, снова сидящий на резном столбе своими усищами к нам.

Оказавшись уже в торговом зале супермаркета, я пытаюсь прийти в себя и оглядываюсь по сторонам. Девушки, прежде чем исчезнуть за полками с молочными продуктами, напоминают мне о покупках, ради которых я сюда, собственно, и пришла и, с улыбками на лицах просят на путать архителлус с архитеутисом – гигантским кальмаром.

Распрощавшись с ними, я делаю покупки и иду домой, погруженная в свои мысли. Дома мою и убираю клубнику и йогурты в холодильник, переодеваюсь в свои любимые спортивные топик и шорты из одного комплекта, распаковываю чипсоны, открываю газировку и влезаю в сеть с целью хоть что-то разузнать относительно сегодняшних событий. Облазила все и вся, но, увы, ничего, каким-либо образом проливающего свет на моих новых знакомых и крайне необычный рассказ одного из них, я не нашла. Ничего, совершенно, кроме общеизвестных фактов, подавляющее большинство из которых я и так знала. Голяк, да и только! Очнулась только тогда, когда провизия, которую я поглощала, сидя за компиком, подошла к концу.

За окном уже начинает темнеть, и дневной столичный зной сменяется столь долгожданной прохладой. Супер! Значит, сегодняшняя ночь не будет душной. На экране моего девайса только СМС-ка от предков, на которую я отвечаю пожеланием им хорошего отдыха. Включаю телек и щелкаю кнопками на пульте, переключая с программы на программу, пока не останавливаюсь на каком-то сериальчике, смотря который, ужинаю бутерами и йогуртом, не переставая при этом раздумывать над произошедшими со мной сегодня событиями. С трудом сдерживаюсь, чтобы не позвонить подружкам и все это им не рассказать. Останавливает только боязнь быть поднятой на смех и прослыть сумасшедшей. Подумают еще, что накурилась, а я этой гадости никогда не употребляла и употреблять не собираюсь. Ну, зачем мне такая репутация?!