Чтение онлайн

Поскольку понимает нас, людей,

Как мой ботинок или даже хуже.

Мы все, конечно, для него больны

Душой, но, веря в нашу излечимость,

Взирает он на нас со стороны,

Подчеркивая личную значимость.

Интеллигент! Гигант, едрёна мать!

– Послушайте, нельзя же так, ребята,

Рубить с плеча. Должны мы понимать

Позицию Ясира Арафата!

* Кацин бриют нофши – офицер душевного здоровья – новая (по-моему, весьма сомнительная) должность в Армии Обороны Израиля.

"И΄д блайбд аи΄д!"* –

у нас, евреев, есть

Забавная такая поговорка.

Вадим Рувиныч, мой нью-йоркский тесть,

На днях письмо прислал мне из Нью-Йорка.

В нью-йоркских джунглях у него свои

Заботы, переполненные мукой,

Свои кровопролитные бои

С судьбой-злодейкой и "Наяной"**-сукой.

Плачь или смейся, смейся или плачь,

Пей с горя водку или же касторку, –

Рувиныч, первокласснейший скрипач,

Почти без дела ходит по Нью-Йорку.

Но где б он ни был в каждый данный час:

В бегах, во сне, в "Наяне" или в ванне –

Его куда волнительней, чем нас,

Волнует положение в Ливане.

Он в телевизор сутками глядел,

Он все газеты с возгласом победным

Прочел, и про извивы наших дел

Он знает столько, что куда нам, бедным.

Политик страстный, он в своем уме

Всё взвесил: благородство и злодейство

И пишет мне решительно в письме

От имени всемирного еврейства:

"Всё ясно! Хватит в небесах витать!

Пора итог последний подытожить:

Нам с Арафатом не о чём болтать –

Его возможно только уничтожить!"

* Ид блайбд аид! /идиш/ – Еврей остается евреем!

** "Наяна" – американская организация, занимающаяся абсорбцией новых иммигрантов, нечто вроде израильской "Мисрад клита".

Вадим Рувиныч, тронуло меня

Послание Ваше, мне оно – как ласка,

Когда вокруг такая чертовня,

Такая брань, такая свистопляска.

Когда нежданно спелись против нас

Восток и Запад в свой дуэт бездарный,

Как праведен Ваш вопиющий глас,

И как мы Вам за это благодарны!

Ах, нам бы эти Ваши словеса

От Вашего услышать президента...

Но нет, скорее рухнут небеса,

Чем мы дождемся этого момента.

Когда весь мир спешит на нас нажать,

Как нам одним возможно с ним бороться? –

И Арафата нам уничтожать,

Вадим Рувиныч, все же не придётся. 

Поскольку, видно, Бегин и Шарон

Решили твердо, хоть, увы, невольно:

Пусть уберутся из Ливана вон

Ясир и шайка – этого довольно.

Уйдет от нас убийца и палач –

Возрадуйтесь, сиятельные лица!

Вадим Рувиныч, смейся или плачь,

Плачь или смейся – надобно смириться.

Вы скажете, нахмурясь: "Ну и ну!",

Всплакнете, верно... Но по зову чести

Возьмите скрипку, шахматы, жену

И приезжайте: будем плакать вместе.

Снаряды рядом разрываются,

И ощущаю не впервой,

Как панибратски улыбается

Смерть над моею головой.

Но вот забавная история:

Давно поняв, что смерти нет,

Не вижу в ней беды и горя я

И улыбаюсь ей в ответ.

И вы, пожалуйста, поверьте мне,

Друзья, родители, жена:

Тому, кто верует в бессмертие,

Смерть совершенно не страшна!

Всегда такой оперативный,

Магад* наш нынче поражённо

Смущен: в посланьи коллективном

Ему пожаловались жёны

На то, что шлют домой открытки

Его солдаты слишком мало,

А женам это хуже пытки –

Они ему грозят скандалом.

И вот дословно текст приказа:

"Солдат! Хоть ты здесь не бездельник,

Но ты жене писать обязан

Открытку каждый понедельник!"

.......................................................

Жена! Нет дня, чтобы охотно

Тебе письма я не отправил,

За исключением Субботы

Во исполненье древних правил.

Но завтра я, прости, ни фразы

Не напишу тебе, родная:

Я идиотские приказы

По мере сил не выполняю. 

15 августа 1982, воскресенье

* Магад – командир батальона.

Еще появятся поэмы,

Полотна, музыка, кино

О том, какие были все мы

Герои-праведники, но

Случалось, скажем без бравады,

И нам напуганно дрожать,

А были те, что были рады

Хоть на войну от жён сбежать...

А я тоскую, я тоскую

По молодой моей жене.

Ну, где еще найдешь такую,

В какой стране и стороне?

Хоть по всему ищите свету,

Хоть с фонарем средь бела дня –

Ни у кого на свете нету

Такой жены, как у меня!