Чтение онлайн

***

Ингвар долго смотрел вслед удаляющейся фигурке. Хлоя вызывала в нем противоречивые чувства. Оставляя ее в замке, он решил вновь обмануть судьбу, создать иллюзию простой жизни, посмотреть, всколыхнет ли это хоть что-то в его заледеневшей душе.

Хлоя не знала, кто он такой и это давало Ингвару крохотный шанс попробовать быть обычным. Увы, даже присутствие девушки не сдерживало рвущую наружу силу. Она бурлила внутри, рвалась на свободу, не желая быть заключенной в хрупком человеческом теле.

В такие моменты Ингвар волей неволей задумывался, что произойдет, если он окончательно потеряет контроль. Стихия вырвется и заморозит его самого? Или изменит, превратив в северный ветер, летающий повсюду и безжалостно ворующий даже крохи тепла.

Визит охранников вызвал у него вспышку раздражения. Не имея понятия, к кому вломились, они пытались угрожать и дерзить. Шум выводил из себя и Ингвар позволил силе плеснуться через край.

Присутствие Хлои оказалось неприятным сюрпризом, посвящать ее в свои тайны так скоро Ингвар не собирался.

Впрочем, девушка с готовностью включилась в игру, старательно делая вид, будто все в порядке вещей. И даже не подозревала, как сильно в этот момент напоминала крохотного белоснежного зайчонка, пытающегося спрятаться от парящего в небе хищников орла.

Только вот, если шерсть и сливалась со снегом, черные бусинки глаза пылали двумя углями.

Сейчас в широко раскрытых глазах Хлои плескался страх. Он покалывал кожу и горчил на губах, заставляя испытать что-то, похожее на жалость.

Ингвар мог бы успокоить девушку, заверить, что не собирается причинять вреда, но вместо этого предпочел напугать еще сильнее. Словно проверяя на прочность, пытаясь узнать, сколько еще выдержит хрупкая девушка, прежде чем в панике убежит прочь.

Выдержки у тихой аристократки в итоге оказалось больше, чем у многих опытных воинов. Она ни разу не дрогнула, не позволила слабости взять вверх, даже села в сани и не выскочила из них на полпути.

Хлоя подошла к стражникам, что-то сказала и ей открыли ворота. Подождав несколько минут, мужчина щелкнул пальцами, отпуская вихри на свободу, а потом неторопливо зашагал следом.

***

Стоило оказаться в городе, как на меня обрушилась праздничная суета. До Солвейна оставалось всего две недели и люди не желали упустить ни единой минуты. Дыхание приближающегося праздника ощущалось буквально во всем. Дома были украшены гирляндами, некоторые уже повесили на дверь ящичек для пожеланий. Торговцы продавали множество украшений, подарков, сладостей. Сам воздух был пропитан веселой суетой.

Меня так и подмывало отправиться на рынок, примерить нарядные платья и расшитые платки, рассмотреть игрушки, вновь переносясь в беззаботное детство, когда искренне веришь в праздник, ждешь подарков от духов и ничего не способно омрачить настроения.

– Не подскажете, где лавка торговца украшениями? – обратилась я к шедшей мимо паре.

Получив адрес вместе с поздравлением, свернула в переулок. Благодаря советам лавка нашлась довольно быстро. К празднику многие спешили приобрести подарки, так что я заняла очередь и начала рассматривать содержимое витрин.

А посмотреть было на что! Кольца в виде цветов, снежинок, крыльев, тонкие и толстые браслеты, сережки с изумрудами и рубинами, я ходила от витрины к витрине и восхищенно качала головой.

Наверное, со стороны это выглядело странно. Все же я была дочерью герцога и лавка мелкого торговца не должна была вызывать столь бурных чувств, но в пансионе нам не разрешали носить украшения. Мне даже помолвочное кольцо не отдали, а все фамильные украшения дожидались дома и вряд ли я когда-то смогу их надеть.

– Девушка, что желаете? – должно быть, я выглядела настолько жалко и потрепанно, что торговец не назвал меня ни леди, ни даже госпожой.

– Вы покупаете украшения? – я откинула волосы с уха, демонстрируя сережку.

– Можно взглянуть поближе? – мужчина протянул руку, и я вложила в ладонь украшение.

Ему понадобилось пара минут, чтобы рассмотреть сережки через увеличительное стекло, после чего он вынес вердикт.

– Достаточно неплохие изделия. Возьму за пять золотых.

– Сколько? Они стоят никак не меньше пятидесяти! – ахнула я.

Мое возмущение можно было понять. Рассматривая украшения, я заодно изучила и цены, прикинув, что за свои выручу не меньше двадцати золотых.

– Вы посмотрите, какая огранка камней, у вас ни в одних серьгах таких чистых изумрудов нет!

– Может быть, – не став вступать в спор, покорно кивнул ювелир. – Только вот за такую сумму никто не купит сережки, я не хочу работать себе в убыток.

У меня вырвался тоскливый вздох. Конечно, можно было обойти другие лавки, только вот внутренний голос подсказывал, что результат не изменится.

Я в последний раз взглянула на украшения, пытаясь сохранить сережки в памяти. Выполненные в виде веточек с изумрудными листьями, они принадлежали еще маме и служили напоминанием о ней.

– Восемь золотых, – сжалился торговец. – Выше цены не найдете.

– Давайте, – решилась я.

И, получив деньги, поскорее вышла на улицу, опасаясь, что в противном случае точно передумаю и потребую вернуть украшения.

«В конце концов, это всего лишь сережки», – смахивая выступившие слезы, попыталась успокоить себя я.

Только вот внутри продолжало противно ныть, словно я лишилась кусочка души.

Ноги сами принесли меня на площадь. Не зная города, я интуитивно пошла туда, где собралось больше всего людей, и откуда доносилась громкая музыка и голоса.

Оказалось, что я попала почти к самому началу кукольного представления. Столпившиеся вокруг дети с горящими глазами смотрели на сцену, взрослые реагировали более сдержанно. Не удержавшись, я подошла поближе.

– И создали боги духов разных, чтоб за природой они следить помогали да в людских делах участие принимали, – объявил сказочник и на кукольной сцене показались разноцветные куклы.

– Летние духи самые добрые и шебутные. Они и дорогу к вкусным ягодам укажут, и сон с подсказкой пошлют, – на помосте закружилась куколки в желтых и красных платьях. – Осенние и весенние духи работой увлеченные, помогают природе как ко сну подготовиться, так и проснуться.

Куколок стало больше. Некоторые платья выглядели выцветшими, за свои выступления артисты явно получали немного, но дети не замечали подобных мелочей, восторженно хлопая в ладоши.

– Но сказ сегодня о снежных духах пойдет. Созданиях страшных, диких, коварных. Кто уважение проявит, тому на окнах в узорах ледяных весть славную предскажут, а кто дурное задумает, вовсе с пути собьют, заморозят, – голос рассказчика стал ниже.