Чтение онлайн

Они иногда переезжали. Этого Нестор очень не любил, потому что это сильно мешало его размышлениям на всякие умные темы. Почему, думал он, земля вечно голодная, а небо – вечно сытое? Вот на земле сколько ни работай, а она все равно требует сил. Профессор на даче с Дашкой сажал разную культурную траву, а ее съедали всякие жучки и улитки, а ненужная снова росла, и все приходилось вновь и вновь тянуть из земли! Бесконечная суета и глупость, думал Нестор, наблюдая, как Наташа по весне разбила маленький огород, а солдатики с грядок повытаскивали еще совсем молодую редиску. А вот трава, которую так любил Нестор, опять себе поросла ему на радость. Сныть! Очень сытное слово, думал Нестор.

Однажды, когда рыжий вернулся на батарею из очередной самоволки, он вдруг почувствовал врага. Где-то далеко, на подходе к городу, загудели моторы. Он прекрасно помнил их характерный гул, за которым последовала та самая молния, которая чуть его не убила. О! Теперь он понял, какая связь между гудением в небе и чудовищем. Надо было срочно предупредить всех и спрятаться самому! Шерсть на спине у него вздыбилась, глаза от страха округлились, обрубок хвоста метался из стороны в сторону. Что делать, что делать? Надо что-то делать! Гул нарастал.

– Ну что ты вертишься, – окрикнул его Туман. – Иди у печки поспи!

Какая тут печка! Нестор-Василий метнулся в домик, завертелся юлой у ног сидящего за столом командира, прыгнул ему на колени, прижал уши и издал сдавленный вой, похожий на гул самолетов. Потом закашлял: «Ке-ке-ке-ке!»

– Да иди ты, – скинул его на пол капитан, – опять в лесу тухлятины обожрался?!

Кот бросился под топчан.

И в этот момент в землянку вбежал боец: «Товарищ капитан, воздух!»

Иванов, как ужаленный, выскочил наружу: «Проглядели, сукины дети! Я вам покажу на посту спать! К орудиям! Прицел… поправка… Огонь!» Заговорили, захлебываясь огнем, зенитки. Нестор забился в самый дальний угол и, как тогда, в начале войны, трясся от ужаса. Долгая память не отпускала.

Но вот гул затих, и командир буквально ввалился в землянку. «Чуть не пропустили гадов, елки-моталки, спят на посту, расстрелять мало!»

– Товарищ капитан, вас, – робко подал трубку связной.

– Да, товарищ третий, слушаю! – Капитан вытянулся в струнку. – Да, виноваты… Да, понесем наказание… Да, личную ответственность!

Нестор вылез из-под топчана, оглянулся с презрением на Иванова и, подняв трубой остаток хвоста, важно вышел из землянки.

И тут до капитана дошло.

– Поди ты… – присвистнул он. – Васька, Васька, Васька, поди-ка сюда! Кс-кс-кс! Ты их, растудыт твою дивизию, слышишь, издалека что ли?! Да ты слухач! – догадался он с опозданием.

– Мяу! – отозвался Нестор и важно сел у печки.

На следующий день в воздухе снова раздался гул самолетов. Командир сел напротив и пристально посмотрел на разомлевшего кота. Но тот даже ухом не повел на своем теплом местечке.

– Оглох, что ли, твой слухач? – усмехнулась Наташка.

– Да нет, что-то не то… – Дмитрий внимательно следил за рыжим. – Тихо! Слышишь… Натах, – это же наши. Точно! Ах ты, рыжая портянка, чует своих!

Иванов подскочил на табурете и хлопнул себя по колену. Кот со страху бросился под кровать.

– Так у тебя тут свой разведчик! – захохотала жена.

– Слухач. – Дмитрий был серьезен. Он вышел на свежий воздух, закурил и проводил взглядом самолеты. – Наши. Летят на Ленинград.

Ленинград! И такая вдруг тоска обрушилась на Нестора! Просторы питерских проспектов, туманы, зависшие над свинцовой рекой, свой дом с половичком, что связала старуха перед смертью ему, Нестору. Он вдруг вспомнил, как она, тогда еще совсем не старая, принесла его морозным днем и положила на подушку маленькой Дашке. Рождество тогда было, и свечи настоящие горели на настоящих елках, и радостно пахло пирогами, и ему налили в блюдечко молока. А потом вышел профессор в больших тапках и взял его в руки.

– Ишь ты, какие глаза-то смышленые. Вот-вот заговорит…

– Ну, деда! – внучка пыталась вырвать котенка из рук профессора. – Ты еще скажи, что он наблюдает за нами, а потом все запишет и отправит кому надо…

– Напишет, говоришь? – Дед еще выше поднял рыжий пушистый комочек к своим подслеповатым глазам. – А может, и напишет, летописец… Как ты назвала его?

– Васька.

– Васька? Хм… Будет Нестор! – сказал как отрезал. Дашка даже капризничать не стала.

Так и стал он Нестором. Только, видно, след первого имени все же остался, раз его тут, у зенитчиков под Ленинградом, стали звать Васька-Лис.

Командир вышел на крыльцо, погладил Нестора по спине.

– Ну, спасибо… боец Василий!

Так и повелось: задолго до атаки, когда небо было еще чистым и ничего не предвещало налет, Нестор начинал чувствовать неприятеля и вертелся у орудий, истошно вопя. Зенитчики были наготове и достойно встречали врага.

А потом кота и собаку официально поставили на довольствие: служба.

Только солдаты всё шутили: «Эй, герои, куда медали будем прикалывать? Аль на хвост вешать?»

Однажды ранним утром Нестора нестерпимо потянуло в чащу леса. Что это было? Он все равно ходил на охоту, хотя кормили его исправно. Рыжий отрастил себе гладкую длинную шерсть, которая красиво переливалась на летнем солнышке.

– Лягушек захотел? – улыбнулся Туман.

– А ты знаешь, если бы тогда в блокаду лягушки были, сколько бы котов сберегли… – с горькой усмешкой ответил кот.

– Ну, во-первых, блокада – она и сейчас блокада. Вот зимой, да… Только где зимой лягушек взять?

– И не только кошек – сколько б людей сберегли. От голода умерла мама Сашки. Как он? С кем? – Пес положил голову на лапы и всхлипнул. Со стороны казалось, что Туман икнул. – А потом лягушки – они, ты думаешь, не хотят жить? – продолжил он, подняв уши.

– А ты исправляешься, лягушек пожалел. А тогда Тирана чуть не уби… – Нестор насторожился. – Что? Что это? Слы-ши-шшь?

– Айда в лес! – Пес перемахнул через лежащего на траве кота и скрылся за густыми елками.

Кот последовал за ним:

– Ты чего? Тоже на лягушек потянуло?

Туман улыбнулся, озорно высунув язык. «Тихо ты!» – одними глазами скомандовал Нестор.

Они пошли тихо, мягко ступая на сухие еловые ветви. Невдалеке от них раздался странный хруст и такой яркий терпкий звериный запах… Но незнакомый. Волк? Лиса? Медведь? Пахло сильно – зверь, видать, был большой. «Значит, медведь», – решил Нестор, который на Дашкиных коленях насмотрелся сказок про Мишку-медведя и Машеньку…

Он на всякий случай ближе прижался к собаке. В этот момент совсем рядом как хрустнет! Нестор от страха подскочил и вцепился в спину Туману, тот рванулся вперед и напоролся на мохнатое, упругое, массивное, долгоногое. Не сразу кот и пес подняли глаза: перед ними стоял… олень! И не просто олень, а взнузданный! С наездником! А еще между рогов у него устойчивую позицию занимал пулемет. Вот это да! Кот свалился со спины друга.