Чтение онлайн

Талгат в молодости посещал Исландию и спускался в ледяную пещеру под ледником Ватнайёкюдль. Пещера была создана талой водой, по стенам и потолку лёд образовал исключительной красоты фестоны, и туристы, посещавшие национальный парк Скафтафетль, часами гуляли по пещере, не спеша выбираться обратно.

Пещера в Ергаках, конечно, была меньше и не столь красива, как в Исландии, но и она производила впечатление. А главное, Костя в её северной части нашёл ход, через который вода уходила из пещеры по мере таяния льда, и ход этот вывел его к основанию расселины, в километре от устья первой пещеры. По этой расселине легко можно было выбраться к перевалу и дождаться вертолёта.

Волков тоже побывал в гроте, нашёл следы обработки пола и стен, остатки кладки и сделал вывод, что грот использовали предки местных жителей задолго до образования государства российского.

– Странно, – заметил Роберт Салтанович, сопровождавший Волкова, – потолок ледяной, а в пещере тепло. И сырости мало.

Сергей Николаевич тоже отметил эти особенности подземелья, но обсуждать их не стал. Открытие пещеры позволяло им отступить в случае появления боевиков, и это было главным последствием находки.

Не дождавшись возвращения Саблина, Волков собрал короткое совещание, но решать какие-то глобальные проблемы в отсутствие главного распорядителя не захотели. Для принятия решения нужен был он сам.

К вечеру Костя доложил, что заметил некое движение в распадке под скалами, где он сидел в засаде.

Волков поднялся к нему с биноклем, с полчаса наблюдал за горами и пришёл к выводу, что ищейки Владык вскоре обнаружат убежище беглецов.

– Надо отступать, – сказал Костя. – Или устроить засаду и всех перестрелять.

– Стрельба соберёт сюда всех остальных Охотников, – буркнул Сергей Николаевич. – Да и нельзя нам убивать этих ребят.

– Им нас можно, а нам их нет?

– Они закодированы, в каждом программа сидит.

– Нам от этого не легче.

– Это верно, – согласился полковник.

– Так что будем делать?

Волков несколько минут обшаривал биноклем горы и группы скал, сказал твёрдо:

– Отходим, стрельбу откроем только в том случае, если они начнут первыми.

В шесть часов все собрались в пещере, выслушали предложение Волкова перебазироваться в грот с ледяной крышей.

– Может, отобьёмся? – неуверенно сказал Харитоныч, поглаживая ложе своего «Винтореза». – Их всего пятеро.

– Если начнём стрелять, явятся остальные. Шума лучше не поднимать.

– Данияр Тимофеевич просил не начинать без него активных действий, – сказал Талгат с показным безразличием.

Валерия с благодарностью посмотрела на араба, который вовсе не обязан был им помогать, рискуя жизнью. Но помогал.

– А если он так и будет… спать? – хмыкнул Роберт Салтанович.

– Данияр Тимофеевич обещал вернуться, а свои обещания он выполняет.

Волков оглядел смутно белеющие в полумраке лица присутствующих.

– Решение принято. Сидим тихо и наблюдаем.

Однако отсидеться не удалось. Тувинские казаки, которых все по-прежнему называли егерями, были тёртыми калачами и в горах ориентировались не хуже, чем на равнине. Двое из них вышли на гребень распадка, заметили блеск окуляров бинокля, который неосторожно повернул Валентин, и открыли огонь из карабинов, разбив бинокль и ранив Роберта Салтановича в плечо.

Харитоныч открыл ответный огонь и снял обоих казаков двумя выстрелами.

– Теперь уходим! – скомандовал Волков, выслушав доклад Валентина, смущённого своим непрофессионализмом.

– Мы-то уйдём, – проворчал Пётр Фомич, – а с ними как?

Валерия, бинтующая плечо Царя Салтана, быстро проговорила:

– Я помогу.

– Мужиков и без вас хватит, но мы не успеем.

– Я перенесу каждого.

Пётр Фомич в сомнении посмотрел на Волкова.

– Она справится, – усмехнулся полковник. – Салтан, Харитоныч, к расселине! Не высовывайтесь, заметите кого, выстрелите вверх для острастки. Пётр Фомич, Талгат, Костя, Валя, берите меркабу, несите в грот.

Валерия легла рядом с мужем, закрыла глаза.

Все, не двигаясь, смотрели, что она делает.

С минуту было слышно только неровное дыхание мужчин, Валерия дышала тихо, потом зашевелился Прохор, встал, глянул на Валерию, наклонился над ней, взял из руки эргион.

– Идёмте.

Роберт Салтанович, всего лишь раз присутствовавший при обмене телами, громко сглотнул.

– Мать честная!

– Идёмте, – повторил Прохор. – Костя, я вернусь с тобой, держи эргион.

Молодой человек взял модуль.

– Двинулись, – бросил Волков.

Мужчины подняли меркабу, Валентин включил фонарь, и все трое зашагали к колодцу. Прохор двинулся за ними, не слишком уверенно переставляя ноги. Его телом сейчас руководила Валерия, почти не имевшая опыта управления чужим мужским телом.

Харитоныч суеверно сплюнул через плечо, молча вернулся к устью пещеры.

Роберт Салтанович проводил процессию осоловелым взглядом, очнулся от прикосновения Сергея Николаевича и поспешил за снайпером.

Процедура перебазирования заняла час.

Валерия с Валентином вернулась к спутникам после того как «перенесла» мужа, продолжавшего спать глубоким сном числопутешественника.

К этому времени Харитонычу пришлось израсходовать ещё три пули, и казаки, разъярённые сопротивлением беглецов, открыли по расселине ураганный огонь из карабинов и автоматов, не давая никому высунуться из укрытия.

– Их как минимум восемь человек, – сказал Волков, посчитав выстрелы и определив, откуда ведётся стрельба.

– Значит, подошла ещё одна группа, – сказал Роберт Салтанович. – Четверых мы завалили, а егерей было пятеро.

– Жаль, я гранат не догадался взять.

– Зачем?

– Взорвали бы вход.

– Не нужны гранаты, – заявила вдруг возбуждённая, с горящими глазами Валерия.

Мужчины оглянулись на неё.

– Я попробую обрушить свод.

– Это как? – не понял царь Салтан.

– Все уходим в колодец, – скомандовал Волков. – Валя, за Харитонычем.

Через пару минут вся группа собралась у колодца.

В пещеру то и дело прилетали снаружи звуки выстрелов и в самой пещере начинали скакать как мячики, отражаясь от стен и усиливаясь.