Великолепная западня
Шрифт:
Но нас встретил только голубой "Паккард". Миссис Дрейк невольно воскликнула:
– Господи, если бы вы только знали, как я ненавижу таких!
– Да? Но вы, несмотря на свою ненависть, не помешали ему ударить меня?
– Тогда я не знала его как следует, и потом, я сердилась на вас. Я не знала, можно ли доверять вам, я даже никогда раньше вас не видела.
– А вы познакомились с ним здесь?
– Да. Гарри интересуется световой рекламой. Он обычно живет в Лос-Анджелесе и приехал в Рено, чтобы разойтись с третьей женой. Я встретилась с ним в игорном доме. Он играет по крупной.
– Она сухо рассмеялась.
– Плейбой!
– Это не оригинально, миссис Дрейк.
– Но зато передает суть дела. На второй день моего затворничества в Рено я встретилась с Гарри. Он показался мне подходящим для прогулок, потом он мне разонравился... как только избил вас. Полагаю, что на этот раз мой опыт общения с мужчинами подвел меня.
– Эта машина...!
– Что с ней такое?
Она крепко прикусила нижнюю губу.
– Нет, нет, ничего.
– Вы собирались что-то сказать? Чья это машина?
Она притворилась невинной овечкой.
– Это его, Гарри. Но кому какое дело?
– Мне есть дело.
– Я еду дальше.
Я молча стиснул ей запястье. Фыркнув по-кошачьи, она затормозила, едва не врезавшись в "паккард".
– Спасибо, дорогая. Мне необходимо кое-что сказать Гарри.
Она как-то странно посмотрела на меня.
– Мне не хотелось бы встречаться с этим человеком дважды, но странно, что он оказался тут, в пустыне.
Она замолчала.
– Это может иметь отношение к нашему визиту.
– Не знаю, я...
Я вылез из машины и поддержал дверцу, чтобы она тоже вылезла.
Мы прошли в салун. Музыкальный автомат тихонько наигрывал мотив, в котором я узнал ту самую песенку, которую 25 лет назад я услышал, когда впервые отважился обнять девушку и выйти с ней на паркет танцзала в последнем классе школы. Я не мог поймать такта, и высокий язвительный парень, обладатель старого "кадиллака", хихикал за моей спиной. Тогда я бросил даму и налег на "хайболл" и яблочный пирог. Там еще была красотка, за которой я приударил, Мегги Довер: роскошные каштановые кудри, серые глазки, мордашка лукавой киски. Что с ней теперь? Наверняка замужем и у нее четверо детей, как, в принципе, должно было быть и у меня.
Место было оборудовано ну прямо как на открытке "САЛУН - ЛУПИ ВЗАШЕЙ!!!". Бармен стоял, высоко подняв шейкер, а единственный посетитель, Гарри Ленсон, обнимался с музыкальным автоматом. Нас он сначала не заметил.
Затем он вдруг очнулся и широко улыбнулся:
– Ба, да это же сыщик! Привет, старик!
– и он пошел в нашу сторону, нарочито прямо, словно человек, чувствующий, что выпил лишку. Затем он увидел стоявшую за моей спиной Лорелею.
– Тут и моя душечка-пампушечка, - зачирикал он.
– Какое трогательное свидание старых друзей!
– Ты пьян!
– скривилась она.
– Нет, душечка, нет!
– он погрозил ей пальцем.
– Выпил, каюсь, но напиться не успел.
Механическая рука автомата переменила пластинку. Мелодия лилась, умиротворяя и журча, как ветерок.
Ленсон склонил голову на бок.
– Очень поэтично. Это... как песенка, душечка. Одинок, опечален, грущу один в тиши, а ты ушла от меня... Я очень извиняюсь, что был скотом, моя пампушечка.
Я смотрел на Гарри. Я сюда зашел, чтобы сравнить наш счет и дать ему посмотреть, "как растут маргаритки", но он был навеселе, и вообще лупить его мне расхотелось.
– Куда ты направляешься, Гарри?
– холодно спросила Лорелея.
Он расставил ноги и посмотрел на нее совершенно трезвыми глазами.
– Нет, я никуда не направляюсь, - рассмеялся он.
– У меня тут свидание. Я слегка проигрался и решил развеяться в этом милом заведении.
– Ты мне лжешь, Гарри! Вот уж не думала, что ты способен...
– Он отшатнулся. Она не унималась и осыпала его упреками. Он покраснел, глаза вспыхнули зловещем огоньком.
– Это зависит от тебя, душечка!
Он прошел мимо нее и встретился носом к носу. Кулак попал ему в скулу и он упал головой вперед, расквасив себе нос.
Я присел рядом, а бармен достал с полки новый стакан и стал протирать его грязным полотенцем, что-то насвистывая.
Лорелея смотрела на Гарри. Он спокойно лежал на полу.
– Пошли, миссис. Ваш бывший мальчик через минуту встанет на поиски.
Она и ухом не повела. Потом неожиданно нагнулась, сунула руку ему в карман и вытащила бумажник. Я наблюдал за ней, пока она там копалась.
– Зачем вам это?
– Мне захотелось почувствовать себя воровкой.
– Странно. Что вы ищите?
– Я... я не знаю. Странно, что он тут оказался. Я задумалась и вот...
– Она мягко улыбнулась мне.
– Ну, конечно, какая я глупая! Он просто выехал на прогулку...
– Не думаю.
Я взял бумажник из ее тонких пальцев и присел рядом с ней. Он открыл глаза и уставился на меня. Я нагнулся еще ниже, чтобы засунуть бумажник ему в карман.
– Ты, подонок, здорово дерешься, - прошептал Гарри.
– Мне по штату положено.
– Я не жалуюсь.
Он говорил тихо и я, нагнувшись к его уху, стал шептать. Она была уже у дверей. Присоединившись к ней, я сказал:
– Он это заслужил, по крайней мере, из-за меня.
Она взяла меня под руку и слегка прижалась к ней грудью.
Бармен полировал грязным полотенцем очередной стакан.
13
Теперь вокруг нас была пустыня, уходящая в необъятное великолепие ночи. Ветер, врывающийся в открытое окно машины, нес в себе дыхание ледяных озер в горах.
Она остановила машину на развилке и выключила фары.
– Что дальше... Лорелея?
Она придвинулась ко мне. Я почувствовал ее бедро и ощутил дыхание на своей коже.
– Еще четверть мили или немногим больше... Ты первый раз назвал меня по имени, Дейл.
– Ты знаешь, зачем мы сюда приехали?
– Я... я не уверена. За Бертли, нет?
Я смотрел вперед, стараясь хоть что-нибудь различить в кромешной тьме.
Она рассмеялась.
– Слишком темно.
Она достала зажигалку и два раза безуспешно чиркнула.