Чтение онлайн

– А сколько тебе лет?
– подключился, тоже притворяющийся спящим, Скайси.

– И, в самом деле, сколько? У тебя ведь не заметно будет седины... Впрочем, зуб даю, что тебе еще нет и ста.

– Ты бы зубами не разбрасывался, - усмехнулся междуморец, - Услуги Целителя знаешь, сколько стоят?

– Но ты же сам можешь исцелить!

– Я - могу, а ты - нет. А расце-е-енки...

– Что? Не поможешь другу бесплатно?

– Я бы помог, но ты ведь знаешь, что устроили мне Тхолинские Целители, когда я в их городе уж не помню кого, бесплатно исцелил. Они даже пообещали нанять боевого Мастера, чтобы тот отрезал мне что-нибудь жизненно важное, лучше всего голову, если я еще кого-нибудь исцелю задаром.

– Ага... Помню... Они меня уговаривали с тобой покончить, предлагали целых тридцать пламеней.
– Скайси присвистнул - целое состояние.
– Любому Целителю известно, что предупредить легче, чем лечить, вот они и хотели предупредить твое бесстыдное бесплатное целительство во вред их славной гильдии.

– Вот как? А я и не знал...

– Так что придется тебе исцелить меня из благодарности.

– Ты, Адонаш, как я вижу, спать не хочешь, может, будешь первым караулить? Или ты, Скайси?

В ответ - тишина...

Гипок

1188 год со дня основания Города Семи Огней. Завалонская долина. Западный лес.

– Может, переместимся?
– снова заныл Скайси и хлюпнул носом. Вид у него был довольно жалким: дождь, не прекращающийся уж большую часть дня, намочил его серый балахон, и тот лип к щуплому телу, капюшон совершенно не спасал. Косичка размокла, зеленая краска (гораздо менее стойкая, чем оранжевая или желтая, используемые для покраски ранее) растеклась по лицу, делая его зеленовато-призрачным. Испачкались зеленью и одежда Скайси, и его пегой мерин по имени Вершок, выло ступавший, хлюпая по грязи и лужам. Адонаш осклабился, обгоняя его на ладной серой кобыле:

– Не хнычь, Скайси! Нечего теперь хныкать, раз решил с нами идти!

– А я не хнычу... Просто неразумно как-то - мокнуть под дождем, когда мы вмиг могли бы оказаться в теплом сухом месте. Отчего тебе, Джай, нас не переместить?

– Не люблю я этого. Появляешься среди людей - они пугаются. Кричат: "Призрак!
– мол, - колдун! Смарг недобитый!" - отшучивался Джай.
– А если еще ты с этакой зеленой пикой перед добрыми людьми возникнешь из неоткуда, так они нас палками забьют.

– Кстати, зачем ты этот свой хвостик крысиный красишь в зеленый?
– Адонаш не испытывал никакого дискомфорта из-за дождя, несмотря на то, что по лицу и плечам, по крупу лошади бежали веселые и не очень теплые струйки воды.
– С желтым, сожри меня эфф, тебе было лучше!

– Такова клятва, - пробурчал зеленый мокрый монах - ну жаба жабой! Сколько ж он краски намостил на эту свою косичку?

– Клятва?
– Адонаш поднял бровь.

– Обычай такой. Каждый монах, прежде чем начать полноценное свое служение должен бродить по свету, постигая истины. Мы окрашиваем волосы в оранжевый, и ходим так, пока не получаем откровение об огне.

– Об огне...
– эхом повторил Адонаш, кивая с понимающим видом.

– Да. И тогда можно окрашивать волосы в желтый, пока не получить откровение о радости. А когда получишь - в зеленый, чтобы познать природу жизни всякого творения.

– Так, стало быть, откровение об огне и о радости ты уже получил?
– спросил Джай, чтоб отвлечься: он был не в восторге от холодных потоков, хлещущих из разверзшегося неба. Но, в конце концов, он сам этот дождь и вызвал.

– Да, получил...
– кивнул монах.

– И что ж это за откровения?

– Я не могу говорить, пока не обрету все семь откровений.

– То есть, пока радуга не кончится?

– Радуга бесконечна...
– возвел Скайси очи горе, будто отыскивая в небе намек на эту самую радугу и окончание дождя.
– Но ты прав, Джай. После зеленого - голубой - откровение о небе, потом синий - откровение о мудрости, фиолетовый - о прошлом и настоящем, и красный - о крови.

– Но ведь красный должен быть первым, разве нет?

– Радуга бесконечна...
– протянул Скайси, и тут же выражение божественного вдохновения на его просветленном зеленом лице сменилось сморщенной умоляющей миной.
– Ну, пожалуйста, Джай! Ну, давай переместимся!

– Чуть позже, - холодно ответил Джай и отвернулся. Если Скайси желает тепла, уюта и сытости, то ему не следовало связываться с ним.

Адонаш тоже, видимо, об этом подумав, ухмылялся, насмешливо разглядывая зеленого монаха.

Лес густел, а тропа сужалась, скоро ее вообще не станет. Джай спешился, хлопнул легонько вороного Ветра по шее, тот мотанул головой - походило на одобряющий кивок. Адонаш тоже слез с коня, внимательно осмотрелся вокруг, проверил привычным жестом, легко ли выходят мечи из ножен.

– Думаешь, он близко?
– спросил Мастер тихо, но монах услышал даже сквозь шум дождя и ветра и тут же потребовал ответа:

– Кто близко?

– Кто надо!
– сердито буркнул Адонаш, добавляя вполголоса: - Вот же - ушастый, сожги его кивел!

– Останься тут, а то кивелу некого будет сжигать.

– Ты хочешь, чтобы я его охранял?

– Да.
– Джай сделал осторожный шаг в сторону зарослей кустарника.

– Я пойду с тобой!

– Нет, Адонаш.

– Дернул же смарг этого монаха за нами увязаться!

Джай не ответил, не стал объяснять, что в любом случае не взял бы с собой в чащу Адонаша. Это его - Джая дело. Одному проще.

Дождь усилился, переходя в ливень. Его стопы в промокших насквозь сапогах полностью утопали в воде.

Как раз такую погоду эта тварь и любит. Обычно он просыпается позже, когда деревья сбрасывают листья, а проливные дожди, вызванные не желанием Мастера Облаков, а природными особенностями здешнего климата, накрывают весь округ на целый месяц. Он вылезет из норы, скрытой под корнями какого-нибудь громадного дуба и направится, волоча по лужам скользкое тело, в ближайшую деревню за человеческими кровью и плотью... Гипок - наследие Штамейсмара. Древний давно спит, а его творения расползлись по всему востоку Астамисаса...

Джай внимательно осматривал особо крупные и раскидистые деревья: то, под которым гипок спал весь этот год, раньше других начнет сбрасывать листья, а на его коре появятся синеватого оттенка бесформенные наросты.

Вполне возможно, что тварь еще не проснулась, а тот след, что он видел три дня назад, оставили лесорубы, войлоком волочившие поваленное дерево... Но нет! Он уже две недели обильно заливает этот участок, словно поле с рисом, не мог гипок такого проспать! Джай старался аккуратно выбирать место, куда поставить ногу, но, по-видимому, не достаточно тщательно, так как сапог булькнул в яму, провалившись по самое колено и набрав полное голенище воды. Он выругался, присел на скользкий поваленный ствол, стягивая обувь...