Чтение онлайн

— К чему этот спектакль?! Письма направлялись прямиком во дворец вместе с демонами на протяжении последних двух недель!

Дирлих стукнул себя затылком о стену. Я прикрыла рот ладонью, сдерживая поражённый вздох.

— Моя жена была при смерти. Из-за действий её отца во дворце была напряжённая обстановка, не каждого пускали… А я… я был с женой… она нуждалась в уходе…

Дирлих закрыл глаза, морщась и сдерживая слёзы. Мужчины редко позволяют себе плакать. Только когда им очень-очень плохо.

— Была? Сейчас она в порядке? — уточнил отец моего мужа.

— Да, она. только очнулась.

— Тогда ты сумел спасти хотя бы одну из женщин, что тебя любят, — мрачно сказал человек. — Её жизнь стоила жизни твоей матери?

Если бы императорское пламя всё ещё было при мне, то прямо сейчас оно вышло бы из-под контроля. Что бы ни случилось с матерью Дирлиха, а я обязательно выясню об этом во всех подробностях, его отец не имеет права обвинять Дира в её смерти. Тем более если

он даже не знал о том, что его мать умирает. Тем более если он ухаживал за собственной женой.

— Позвольте встречный вопрос: почему вы не явились лично? Ваша давняя злость на сына стоила жизни вашей жены? — я вышла из-за поворота коридора, не стыдясь того факта, что подслушала разговор. Встав рядом с мужем, удивлённым моим появлением, я осторожно взяла его за руку и, поднеся к лицу, ласково поцеловала костяшки, успокаивая.

Его отец оглядел меня с неприкрытой неприязнью: сейчас я меньше всего походила на высокородную аристократку адского двора, болезненно бледная, в испачканных доспехах и с грязными волосами. Однако меня мой вид не смущал, а потому мужчина получил в ответ не менее неприязненный взгляд с моей стороны.

— Полагаю, вы и есть жена моего сына, — сказал отец Дирлиха, соизволив поклониться мне, как представительнице императорского рода демонической империи.

— Несчастлива познакомиться, лорд ашара Кризейл, — кивнула я, не желая вести с ним светские беседы. — И по-прежнему ожидаю от вас ответа.

Мужчина не посмел так же открыто нагрубить мне. Вместо этого человек перевёл взгляд на сына, который притянул меня к себе за талию, не стесняясь моего потрёпанного внешнего вида и выказывая молчаливую поддержку. Дирлих не осаждал меня в присутствии знатного чернокнижника из Талеры.

— Вижу, в вашей семье царит согласие, — хмыкнул лорд ашара Кризейл. — Мой сын нашёл жену себе под стать.

Несмотря на то, что слова мужчины были пропитаны ядом, так как причина нашей свадьбы с Дирлихом всё же была нашёптана сплетниками-демонами сплетникам-людям, я бы желала, чтобы всё было именно так, как он сказал. Тогда и принять однозначное решение насчёт судьбы этого брака оказалось бы проще.

— Не пытайся задеть Изиру, отец, — сказал Дирлих, задвигая меня себе за спину. — Ты не имеешь на это никакого права.

Не ожидая подобной защиты от мужа в столь расстроенном состоянии, я несколько раз удивлённо моргнула, глядя на его широкую спину.

— Это твой ответ? — зло спросил человек. — На поставленный ранее вопрос?

Дирлих дёрнулся, но я, успев справиться с удивлением, положила руку ему на плечо и слегка сжала, предостерегая от резких движений и действий, о которых он потом может пожалеть. Поравнявшись с мужем, я во второй раз напомнила лорду ашара Кризейлу о том, что он должен мне кое-что сказать.

— Моя жена задала вам вопросы, отец, — сквозь зубы произнёс Дирлих, беря меня за руку и переплетая наши пальцы.

Чернокнижник обратил внимание на его жест и одарил сына полным ненависти взглядом:

— Слабак, — после чего развернулся и скрылся за поворотом коридора, из-за которого появилась я.

Мы с мужем остались в коридоре одни. Хотя, не удивлюсь, если не только я сумела подслушать сей примечательный разговор. Я повернулась к Диру и переплела с его пальцами пальцы второй руки. Теперь мы стояли близко, смотрели друг другу в глаза и чувствовали тепло и поддержку друг друга. Прежде чем я успела сказать подавленному мужу, что он ни в чём не виноват, что мы всё узнаем и что это его отец — слабак, а не он, Дирлих притянул меня к себе за руки и коснулся поцелуем макушки.

— Ты бледная, — расцепив пальцы, он подхватил меня на руки. — Зря ты побежала по делам сразу, как проснулась.

Полудемон ногой открыл двери покоев, внёс меня внутрь и уложил на диван. Сам он упал в кресло, внешне устало потирая лицо, а на деле пытаясь скрыть стёкшую по щеке слезу.

Я встала и села на подлокотник кресла, зарываясь пальцами ему в волосы.

— Твой отец — просто жалкий трус, не способный признать свои ошибки, ты ведь это понимаешь?

Дирлих усадил меня с подлокотника себе на колени. Так сидеть было гораздо удобнее и теплее.

— Но он прав.

— И в чём же? — я погладила его по щеке.

— В том, что я слабак. Я не уберёг свою мать. И долгое время не замечал, что происходит с тобой.

Я отвела взгляд, не в силах смотреть в то мгновение в глаза мужу. Сомкнула веки, вспомнив, о чём говорила этим утром с Линаиной.

— Постой! — крикнула я принцессе, хватая её рукой за запястье и пачкая рукав светлосиреневой туники. — Мама сказала, что ты мне всё расскажешь. Учитывая то, что она говорила о моей дальнейшей жизни, полагаю, ты сказала не всё. Да и я всё же услышала кое-что важное, пока спала.

Принцесса осторожно расцепила мои пальцы, промокнула кровь платком и села на стул, передумав вести меня к Соранне прямо сейчас.

— Ты о разводе? — спросила Линаина, беспокойно поглядывая на мои руки. — Ты хочешь стать свободной от брака… ну… после того, что слышала?

Я прикусила губу. Принять решение и серьёзно озвучить его оказалось труднее, чем просто думать о нём и мысленно к нему же себя подготавливать.

— Мне кажется, что я хочу этого, — призналась я, снимая платок-повязку с одной руки и повязывая на другой.

Линаина помолчала, протянула мне чистый платок на смену алому.

— Знаешь, в моём мире разводы стали обычным делом, — сказала она, глядя мне прямо в глаза. — Люди сходятся, расходятся, меняют жён и мужей. Думаю, так происходит, так как люди знают, что в любой момент могут позабыть друг о друге. Брак обесценивается. Дети растут без отцов или матерей. Мне повезло, у меня была хорошая полная семья, но многим людям, которых я когда-то знала, — нет.

Она вздохнула. Лицо её было печально, и принцесса, как мне подумалось, сама того не замечая, начала поглаживать свой пока ещё небольшой живот.