Вол'джин: Тени Орды
Шрифт:
Лицо Тажаня Чжу осталось бесстрастным. Чэнь всегда гадал, сколько же старому монаху лет, но он был уверен, что пандарен был старше сестёр Чиан. Не из-за своего вида, нет. Он мог потягаться с Чэнем и даже Ли Ли в силе духа. Но было что-то еще, что-то, общее для него и для этого монастыря.
Него и всей Пандарии.
Да, неуловимая древность. Великая Черепаха была стара, как и всё, что на ней стояло, но ничто из этого не могло сравниться с монастырём. Чэнь рос среди строений, копировавших архитектуру Пандарии, но были столь же далёки от неё, сколь далёк песочный замок от замка настоящего. Они были красивы, но не одинаковы.
Чэнь, достаточно простояв в уважительном поклоне, выпрямился.
– Что я могу сделать для тебя?
– От твоей племянницы прибыло послание. Она, как ты и велел, посетила хмелеварню и сообщила, что тебя не будет некоторое время. Теперь она движется в храм Белого Тигра, - монах немного склонил голову.
– Я благодарен за это. Могучий дух твоей племянницы... трудно унять. В свой последний визит она...
Чень быстро кивнул:
– Обещаю, это было в последний раз. Я очень рад, что брат Хвон-Кай больше не хромает.
– Он выздоровел, телом и духом, - глаза Тажаня Чжу сузились.
– Хотя о твоей недавней находке этого не скажешь. Тролль пришел в себя, но раны на нем затягиваются медленно.
– Это хорошо. В смысле, не его долгое выздоровление, а возвращение в сознание.
Чэнь попытался отдать метлу Тажаню Чжу, но заколебался:
– Я просто оставлю её у лазарета.
Старший монах поднял лапу:
– Сейчас он спит. Но я желаю поговорить о нём и о том человеке, что ты привёл ранее.
– Конечно, лорд.
Тажань Чжу развернулся и в мгновение ока оказался на обветренной тропе, которую Чэнь не почистил. Монах шагал так грациозно, что его шелковые одежды даже не шелохнулись. Чэнь не заметил ни следа на снегу, а собственная спешка сделала его похожим на громовую ящерицу - грузным и неловким.
Монах спускался вниз, минуя темные и тяжелые двери, мрачные коридоры из резного камня. Камни были объединены в странные фигуры, соединявшие каждую часть и каждый рисунок, вырезанный на них. Несколько раз Чэнь даже сметал с них снег, но чаще он терялся в странных линиях, чем использовал метлу.
Их недолгое путешествие завершилось в большой комнате, освещённой четырьмя лампами. В центре разместилось что-то круглое, покрытое тростниковой циновкой. На нем стоял маленький столик с терракотовым чайником, тремя чашками, веничек, бамбуковый черпак, чайница и маленький чугунный кувшин.
Возле него сидела Ялия Мудрый Шепот, её глаза были закрыты, а лапы покоились на коленях.
Чэнь не смог удержать улыбку, хотя ему пришло в голову, что Тажань Чжу заметил её. Ялия приглянулась ему еще во время первого визита в монастырь, и не только из-за своей красоты. Чэнь заметил в неё некоторую отстранённость от этого места, и её попытки перебороть это. Он запомнил каждое слово из их немного численных случайных разговоров, и ему было интересно, помнила ли их она.
Ялия поднялась и поклонилась, сначала Тажаню Чжу, потом Чэню. Первый поклон был довольно длительным, второй - намного короче, однако Чень отметил это и простоял столько же в ответ. Тажань Чжу указал ему на узкую сторону стола, ближайшую к чугунной тарелочке. Чень и Ялия уселись там, после чего их примеру последовал монах.
– Прости меня. мастер Буйный Портер, за несколько вещей. Во-первых, я хотел бы попросить тебя заварить нам чай.
– Это честь для меня, лорд Тажань Чжу, - Чень взглянул на него.
– Сейчас?
– Если ты способен слушать и работать одновременно.
– Да, лорд.
– И, во-вторых, я хочу извиниться за приглашение сестры Ялии. Мне показалось, что её взгляд будет наиболее поучительным.
Ялия кивнула - Чэнь почувствовал дрожь, увидев её шею - но ничего не ответила, потому Чэнь тоже молчал. Он начал готовить чай и сразу же заметил нечто, к чему он всё еще не привык, даже проведя столько времени в монастыре.
Крышка чугунного кувшина имела узор в виде океанских волн. Терракотовый чайник был похож на корабль, ручка которого была создана в виде якоря. Это было не простым совпадением, но каким-то тайным посланием, о котором Чэнь еще не догадывался.
– Сестра Ялия, скажи, когда корабль стоит в порту, что приковывает его к месту?
Чэнь аккуратно набрал черпаком горячей воды из кувшина и тихо накрыл его крышкой, стараясь не мешать размышлениям Ялии. Он залил её в чайник, после чего мягко добавил мелкий чайный лист из чайницы. Красные птицы и рыбы на черном фоне украшали её крышку, и группа символов располагалась в круге, представляя провинции Пандарии.
Ялия подняла взор, её голос был столь нежным, словно летящие на ветру лепестки цветущего вишнёвого дерева.
– Я бы сказала, лорд, что это вода делает корабль устойчивым. Она - его основа. Причина существования корабля. Без воды, без океана корабль не существовал бы.
– Хорошо, сестра. Значит, ты хочешь сказать, что вода, с которой отождествляют на Шэнь-Цзынь Су монахи Тушуй - это основа, это медитация и созерцание. Как ты сказала, без воды кораблю не было бы смысла для существования.
– Да, лорд.
Чэнь присмотрелся к её лицу, но не нашел неуверенности в только что сказанных словах. Он бы так не смог, он хотел бы, чтобы правильность его слов подтвердили. Но он понял, что Ялия знает о свой правоте. Лорд Тажань Чжу спросил её мнение - потому она не может быть не права.
Немного высунув язык, Чэнь энергично, но мягко, размешал венчиком воду и чай в чашке. Его задачей было не раздавить чай, но смешать его и воду равномерно. Он провёл по краям, собирая массу в центре, потом снова вытеснил её к краю. Он очень старался, превратив два разных компонента в зеленую пену, которая билась о стенки глиняной посудины.
Тажань Чжу указал на чайник:
– Есть и те, конечно же, кто будет доказывать, что устойчивым корабль делает якорь. Без якоря, удерживающего судно на месте, он будет отдан на волю ветра и волн. Зарытый на дне якорь - это то, что спасает корабль, и без него он существовать не будет.
Ялия кивнула:
– Мне кажется, лорд, что вы говорите про путь Хоцзынь. Решительные и резкие. Только такие могут уберечь корабль от беды.
– Очень хорошо, - старый монах взглянул на Чэня, который как раз добавил последний черпак воды в чайник и накрыл его крышкой.
– Ты понял, о чём мы говорили, Чэнь Буйный Портер?
Чэнь кивнул, поглаживая чайник: - Почти.
– Чай, или же разговор?
– Чай. Еще пара минут.
– Чэнь улыбнулся.
– Но вот про эту воду, этот якорь и этот корабль... Я тут подумал немного...