Чтение онлайн

– Я нижайше прошу у вас прощения, но я не смогу подать вам руки, – после ее слов дядю передернуло.

Он медленно выпрямился и сердито воззрился на меня, ожидая объяснений.

– Его светлость тут ни причем, – заметив его взгляд, сказала она. – Я полностью обездвижена после битвы. Только голова немного двигается, – и в подтверждении своих слов женщина повернула голову вправо-влево.

– Не знал, – снова поклонился граф ей и сел на диванчик.

Я последовал его примеру.

– Могу ли я поинтересоваться, чем вызван интерес к моей незначительной персоне? – спросила Волкика у дяди.

Ее нежный голос журчал и услаждал слух мужчин. Что-то раньше я не замечал в нем таких ноток. Как она принизила свои достоинства! Кто незначительная фигура? Она? Да теперь все в Аландаре знали, что Волкика – потомок магур.

– Знаете ли, нелегко вот так начать, – граф де Лагарди замялся, что было несвойственно его натуре. Что это тогда? Игра? – Ваши подопечные подписали договор с Аландаром…

– Ах, вы об этом! – с искренней радостью воскликнула Волкика. – Они мне уже рассказали о нем.

От ее слов дядю перекосило, но она этого словно не заметила.

– Я полностью поддерживаю ваше желание вывести их как можно скорее в свет, – и столько воодушевления отразилось на ее лице.

Кика, ты что творишь? Этот вопрос едва не сорвался с моих губ, но я вовремя взял себя в руки и принял невозмутимый вид.

– Что? – переспросил граф де Лагарди.

Похоже не только меня обескуражили слова женщины.

– Я уже отругала детей за то, что они медлили с этим. Давно пора создать собственные семьи, – она еще договорить не успела, как в дверь что-то стукнуло.

Послышалась возня. Снова стук. На этот раз более размеренный и уверенный.

– Чай, ваша светлость, – войдя в кабинет, объявил дворецкий.

– Благодарю, Саймус, – и отпустил слугу, когда тот налил горячий напиток в чашки.

Дядя хотел оказать любезность и подать чашку чая Волкике, но застыл в замешательстве, потому что не знал, что делать. Она не могла двигаться. Граф откинулся на спинку диванчика и сделал несколько глотков чая, но напиток обжигал, поэтому де Лагарди отставил блюдце с чашкой и оценивающим взглядом окинул фигуру Волкики.

– Прибыл я сюда не для разговора о судьбе детей, – попытался он вернуть себе главенствующую роль в разговоре.

Только сдается мне, графу ее не получить назад. Кика что-то задумала. Я надеялся, что она поделится со мной своими размышлениями.

– Я прибыл сюда, чтобы помочь вам определиться со своей судьбой, – де Лагарди улыбнулся.

– Как любезно с вашей стороны, – все в таком же радостном настроении ответила ему Волкика. – Что вы предлагаете?

– По сути, то же самое, что и вашим детям, – он заметно занервничал, не зная, как на эту новость отреагирует моя гостья.

– Ох, я с превеликим удовольствием вышла бы замуж, – слишком уж веселым был ее голос, когда она это сообщала. – Но кому нужна неподвижная калека?

Хорошо, что я еще не успел сделать глоток чая, а то непременно поперхнулся бы. Метафора «бревно в постели» обрела вполне конкретное воплощение. Это Волкика еще не знала об извращенным вкусах графа, который предпочитал полное подчинение женщины в спальне, где мог творить с ней все, что угодно. Знавал я еще парочку таких великовозрастных аристократов со схожими увлечениями. Один из них осенью женился в восьмой раз, на молоденькой дебютантке. Если до замужества девушка была похожа на нежный цветок, то к концу зимы потеряла половину былой красоты. Жестокость убивала прекрасное.

Де Лагарди не нашел, что ответить. В принципе ему и не дали ответить, потому что Волкика продолжила:

– Семью создают для того, чтобы продолжить род, – тут впервые за этот разговор в ее голосе проклюнулись настоящие эмоции. – Я же бесплодна.

– Что за чушь? – не выдержал дядя и вскричал. – С чего вы это взяли?

– Клеймо смертника, – спокойно пояснила она. – Я думала, что это всем известно, – открыто и спокойно произнесла Волкика.

Однако терпение графа дало трещину. Он вскочил, зло сверкнул сначала на нее, потом на меня, а затем вылетел из комнаты. Поклонившись, я оставил гостью в своем кабинете, чтобы последовать за ушлым родственником, и застал его спешно одевающимся.

– Ты мне за это заплатишь, – пригрозил он напоследок и хлопнул входной дверью.

Посмотрим, кто и что из нас заплатит!

Я вернулся к женщине, сидевшей в той же позе, что и когда оставил ее. Точно, она ж парализована. Ненадолго. Главное узнать у нее, пойдет ли за мной.

– Мне жаль, что я стала камнем раздора между вами и графом, ваша светлость, – первой нарушила тишину Волкика.

– Оставьте это, – отмахнулся я от нее и подошел к окну.

Карета дяди завернула за угол.

– Вы знаете, кто был главнокомандующим магур в Последней Битве? – настолько тихо спросила она, что сперва показалось, что я ослышался.

Твердый взгляд и плотно сжатые губы Волчицы подсказали, что нет. Потомок магур и вправду произнесла это.

С тех пор как произошло объединение миров, магуры ничего не записывали. Свою историю они передавали из уст в уста. Смельчаки слагали песни и баллады, рассказывая их по тавернам за деньги. Мало кто верил их стихам, но именно так крылатый народ разносил новости о своих.

И вот сейчас Волчица спросила меня о том, кто руководил, кто возглавил магур на то, чтобы разорвать свой мир на Нити и ими сшить остатки других миров. Она хотела знать наверняка, потомок ли я магур или просто притворялся. Вот только не ведала Волкика одной правды.

– Волег Вольский, – ответил я ей.

Глаза женщины расширились от удивления, как и мои. Её, потому что она не думала, что я и правда магур. Мои же – до меня только сейчас дошло, чьим потомком была Волчица. И как её семье удалось выжить?

Волкика нервно сглотнула.

– У Волега была дочь. Она самой последней покинула наш родной мир перед тем, как его разорвали, – глухо пояснила смертница.

Все, кто разрывал мир, погибли. И его дочь это видела. Вот, что скрывалось за её словами. Откровение за откровение.

– Тебя не смущает фамилия Стратилат? – поинтересовался я у неё.

– Стратилат. Стра-ате-эг, – прошептала она и раскрыла в изумлении рот.

– Моя семья участвовала в разработке этого плана, – мы – магуры. Нам нечего скрывать друг от друга. – Всевидящая нам помогала…