Чтение онлайн

Рейтор остановился так внезапно, будто на полном ходу врезался в стену.

— Да…

Отвернувшись, он быстро надел перчатки. Глядя на его спину, я уже ругала себя за замечание. Может что-то неладное с его руками, а я, дура, не подумала…

— Извини… У тебя что-то с руками? Я не хотела…

— Да, что-то с руками. Нет, ты не виновата, не за что извиняться, — все еще стоя ко мне спиной, Рейтор застегивал куртку. — Это я забылся. Ты права, не стоит рисковать.

Он повернулся ко мне собранным, сосредоточенным. Помог спуститься со стола, поправил платье — все уже без улыбки. Глянул на дверь и мотнул головой.

— Гости.

Следующим движением Рейтор ловко перемахнул через стойку. Вошедший через несколько секунд старый Дандиг застал в бюро абсолютную тишину. Рейтор стоял у стены, я напряженно пялилась на стол. Рейтор жестом пропустил Дандига вперед. Нервно заполнив преступно помятую и влажную книгу учета, я выдала новое отправление. Все молчали. На пыльный подол платья было страшно смотреть — им будто протерли все полки в подсобке. Никто из мужчин не проронил ни слова. Дандиг по своему обыкновению даже не моргал. Сложив руки на груди, Рейтор темно смотрел на нежные головки вчерашних подснежников.

— У меня сложный полет сегодня. Длинный, — произнес он сразу, как только Дандиг вышел.

Я поднялась, с надеждой всматриваясь в мужское лицо. Стойка разделяла нас как стена. Будто и не было подсобки — Рейтор казался далеким, недоступным… Даже больше — недосягаемым.

— Почему сложный? — я нахмурилась, судорожно вспоминая его отправление, листнула книгу. — А куда доставка? Каннап… Что там?

— Просто сложный. Будешь меня ждать?

Сосредоточенный, серьезный… Я отметила резко протрезвевший взгляд. Нет, не показалось, что-то не так. Он не просто так сменил тон, как будто начав взвешивать слова. Я ждала, что он поцелует меня еще раз, но Рейтор уже не приближался. Мужские глаза, недавно веселые и искрящиеся, казались матовыми. Все смешинки пропали так же внезапно, как появились.

— Уже улетаешь? — глупо спросила я, пусть ответ был очевиден. Он ведь только что гладил по щеке, только что улыбался… Это из-за меня? Из-за того, что я не захотела здесь?

— Да. Ты дождешься?

Я чувствовала, что ответ Рейтору отчего-то важен.

— Конечно, я буду тебя ждать…

Долгий взгляд глаза в глаза. Его — серьезный, испытующий. Мой — вопросительный, испуганный.

Вдруг подтянувшись через стойку, Рейтор протянул ко мне руку, притягивая к себе. По коже мазнула шершавая ткань его перчатки.

— Ты так прекрасна, фадийская принцесса…

В полдень в бюро ввалились сразу три вестника.

Самый большой — Норд — озабоченно тряс головой, а двое других — Гулен и Взицик — были подозрительно веселы. Умиротворяющая тишина, которая царила в бюро, мигом вылетела наружу.

— Миса, тут это… Проблема, — хохотнул, обращаясь ко мне Взицик.

— Серьезная проблема, — серьезно кивнул Гулен.

Норд тоже кивнул, но как-то боком. Поспешно спрятав свои остроумные ответы Рейтору под солидной массой книги учета, я поднялась.

— Какая проблема?

— У Норда нелегальный пассажир, — сообщил Гулен.

— Какой пассажир?!

— Незафиксированный, — скорбно сказал Гулен, и они вместе с Взициком согнулись от смеха.

Я ничего не поняла. Печальный Норд снова потряс головой. Тряс он ею как-то странно — только в одну сторону.

— С утра чувствовал, как будто шевелится что-то… Шуршит. Думал, полетаю — пройдет, а оно… забегало.

— Оформлять надо, — серьезно сказал Гулен. — Миса, пиши.

Я машинально нащупала карандаш.

— Вестника второго класса Норда используют как средство передвижения, — начал диктовать Гулен. — То ли муха, то ли паук, то ли таракан…

— Паук, — несчастно произнес Норд. — Я перед сном паука видел.

— Или во сне? — заинтересовался Взицик.

— Перед сном.

— А после?

— Так, стоп! — я отодвинула карандаш. — Я поняла, у Норда насекомое в ухе. От меня вы что хотите?

— Как что? Разумей, миса, — рассудительно заговорил Гулен. — Наш коллега получил травму. Со слухом беда, значит, доставлять посылки не может… По правилам, с травмой работа запрещена.

— Так.

— По правилам, его обязаны отстранить от работы и выделить сопровождающих, чтобы проводить к лекарю! — вывел Взицик.

Лица Гулена и Взицика были честными, как мутные стекла. А у меня на столе лежали три отправления, рассчитанные как раз на них. Я почуяла подвох и заодно проблему. А не собрались ли Гулен и Взицик устроить себе полдня отдыха? Отпусти их, что скажет Аний? И кто будет работать?

— А где травма? — я сощурила глаза.

— В ухе! — дружно сказали Гулен и Взицик.

Мы все посмотрели на левое ухо Норда. Ухо печально клонилось к полу.

— Нет, так не годится. Я вас никуда не отпускаю, — соображая, решила я. — Не вижу травмы.

— Сейчас увидите, — пообещал Гулен и незамедлительно вытащил из-за ботинка длинное шило. — Я и так предлагал его убить.

Норд отшатнулся.

— Не тебя! — успокоил Гулен. — Да не бойся ты, я даже мозг не задену. Просто придавлю. А потом вытащу тело. Не твое! Пассажира.

Шило зловеще блеснуло. Прикрыв ухо ладонью и продолжая трясти головой, Норд застонал.

— Шиш тебе, не дам! Я сам уже ковырял. И пальцем, и веткой. Думал, помрет, когда обернусь, но полетал — чувствую, шевелится! Мочи нет, как шуршит.

— Если не помер от оборота, значит маленький, — рассудительно заметил Взицик.

— Да хоть и большой. От шила притихнет, — пообещал Гулен, аккуратно пододвигаясь к Норду.

Я поняла одно: если позволить Гулену сунуть шило в ухо Норду, травма однозначно будет.

— Стойте, бэр Гулен, бэр Взицик! — Поспешно сказала я. — Не надо шило. Я знаю, что делать. Мы его утопим.

— Не надо, — попросил Норд.

— Не вас, — успокоила я, и взяла кувшин с водой. — Положите правое ухо на стойку. Мне мама так делала…

Лила я как могла аккуратно, но через несколько минут стойка все равно была мокрой, как и Норд.

— Теперь наклоняйтесь левым ухом вниз, — я направила его. — А ухо возьмите за раковину и растяните в обе стороны.

Норд обреченно лег на стойку потерпевшим ухом и замер. Мы втроем встали над ним, ожидая появления пассажира. Гулен держал шило. Я обнимала кувшин. Взицик задумчиво держал собственный подбородок.