Чтение онлайн

— А если бы окно разбил? — построжилась я, соблюдая традиционный ритуал рода для чужаков: не показывать эмоций.

— А тогда мы бы убежали! — бесхитростно сообщил Мрынька.

— Ш-ш, ты, дурошлеп! — осадили его друзья. — Она ж осердится.

Вздохнув, я подняла грязный мяч и, перегнувшись через перила, бросила его вниз. Схватив добычу, мальчишки радостно загалдели и убежали. Только один не убежал сразу — он держал что-то в кулаке.

— Тетенька Ворон, возьмите! — он подкинул вверх свёрток.

Я поймала его, развернула. Внутри оказались две конфеты.

— Это за мяч! — крикнул мальчишка и умчался догонять друзей.

На сердце стало окончательно тепло, будто солнышко пригрело. Улыбаясь, я рассеянно отложила конфеты на стол, вспомнила, что точно такие же конфеты видела у покойной Лады. Значит, и ей тоже доводилось общаться с этими же мальчишками.

С теплыми мыслями я вернулась к уборке.

Ни усталости, ни боли, ни страха… Даже пыль стала казаться волшебной.

Сначала я формально вытирала пыль только снизу, на уровне роста, теперь же, на кураже, вознамерилась протереть все. Стеллажи доходили до потолка. Сполоснув тряпку, я забралась наверх по полкам и бодро принялась за дело. Один из старых ящиков над самым потолком стоял неровно, некрасиво выпирая вперед.

Не порядок…

Я потянулась к нему, дернула за деревянную ручку, намереваясь задвинуть ящик поглубже. Но он как не заметил толчка, даже не пошевелился.

Тщетно подергав за ручку, я обозлилась, отложила тряпку и обеими руками рванула ящик на себя. Это помогло. Недовольно скрипнув, тяжелый короб резко отлип от насиженного за годы места, дернулся вперед и завис, опасно балансируя одной половиной в воздухе. Как я не тужилась, назад ящик я сдвинуть не смогла.

— Да чтоб тебя!

Я оказалась в довольно неудобном положении: высоко над полом, одна нога на одной стороне стеллажа, вторая — на другой, обе руки на ящике. Поставить ящик назад не могу — сил не хватает. Отпустить не могу — упадет, рассыплется вдребезги, не соберу. Обернуться птицей и спуститься могу — но тогда придется отпускать ящик, а он упадет и рассыплется.

— …а дракон с фамильными ценностями, еще жив, — вслух тоскливо произнесла я, поминая недавний разговор с Анием.

Переведя дыхания, снова попыталась задвинуть ящик назад. Древние документы с угрожающим шелестом ходили ходуном.

Никакого результата, только устала.

— Старь дурная! — в сердцах выругалась.

Думая, что делать, застыла. Несколько минут я просто стояла на месте, как дура, когда, наконец, стукнула дверь: кто-то вошел в бюро.

— Кто там? — обрадовавшись, крикнула я, предполагая, что вернулся один из вестников. — Я в подсобке! Помогите!

Мужчина залетел на стеллажи уже через несколько секунд.

— Как мне повезло, что… — С улыбкой оглянувшись, я обнаружила за собой Рейтора. Вздрогнув от неожиданности, я чуть не потеряла равновесие.

— Осторожно, — он придержал меня одной рукой. Затем подхватил короб за дно.

— Отпускайте.

Я едва отцепила от ручки затекшие пальцы.

Как? Рейтор получил два письма, я точно помнила. Одна доставка рядом, а вторая — на день пути. Когда успел? Он не улетал? Караулил? Что-то забыл?

— Куда его?

— Если можно, задвинь… те, — помня, что на работе больше никаких личных дел, я тоже «завыкала».

Короб только беспомощно скрипнул: мужчина задвинул его обратно на полку за одно движение. Я осторожно спустилась вниз, Рейтор просто спрыгнул.

— Целы, миса? — вежливо уточнил он. Загораживая дверь, Рейтор заслонял и свет, так что я едва могла разглядеть очертания его лица. Мои губы же неудержимо улыбались. Я надеялась, что Рейтор особо не видит.

— Да… Спасибо.

Смущенно потерла кисти рук, точно не зная, как себя вести.

— Захотела выровнять ящик, а он — ни в какую…

— Очень хорошо, — негромко прокомментировал Рейтор, потянувшись к двери. В луче света я видела его сосредоточенный профиль, взъерошенные волосы. Проследила, как Рейтор остро глянул наружу и аккуратно закрыл дверь в подсобку. Изнутри.

Сердце и так стучало быстро, теперь и вовсе затрепыхалось.

Подсобка погрузилась в темноту. Я невольно вжалась спиной в перекладину. Неторопливо приблизившись, Рейтор встал вплотную, как и тогда, в общем доме. Отступать было некуда. Мужская рука оперлась на стеллаж рядом с моей головой.

— Поймал.

В голове каруселью завертелись пять слов: пришла ночь, пришли и разбойники…

Неужели подкараулил?

Рейтор выше. В темноте его силуэт нависает надо мной, как стена, но я не ощущаю страха. На языке острой специей покалывает предвкушение, огненные искры азарта щекочут подушечки пальцев, возбуждение уже игриво вьется внизу живота.

Мысли о работе и вероятной расплате от Ания выносит вон как сухие ветки. Они остались снаружи, как и разум, как и остальной мир. Кажется, что я снова в общем доме на посиделках. Игра продолжается… Мы играем оба, Рейтор знает правила, как и я. Нужды говорить нет, и он молчит, я слышу только дыхание. Рейтор втягивает воздух через нос, воздух с шумом проходит по мужскому горлу, вздымается и опускается грудь. Каждая клеточка моего тела вибрирует от напряжения.

В тишине Рейтор говорит негромко и ровно то, что нужно:

— Выкуп или плен?

Слова горячими осколками разлетаются по раковине уха. Почему-то он не требует выкуп с прошлого раза, я не успеваю думать о причинах. Не задумываясь, отвечаю тем же шепотом:

— Плен.

На посиделках я говорила «выкуп», теперь меняю ответ. Может я не хочу откупаться или желаю потянуть, не готова к выкупу, а может «выкуп» уже говорила… Не знаю, какая из причин толкнула язык на этот раз. Мне кажется, что Рейтор улыбнулся. Я и сама немного улыбаюсь — не от смешливости: губы не совсем понимают, что им делать, и складываются то в лихорадочную улыбку, то в серьезную линию, то немного дрожат.

Мой выбор Рейтор никак не комментирует. Просто молча нащупывает мои пальцы. Медленно сжимает, растирая подушечкой пальца центр ладони, и резко убирает руки. Слышен шорох… Затем его руки возвращаются. Я не сразу понимаю, что он избавился от перчаток.

Почему-то это действие приводит меня в восторг. Я сжимаю его большой палец, он обхватывает мою ладонь в ответ. Не ощущаю на пальцах следов от шрамов. Его руки теплые, сухие, чуть шершавые. Я чувствую нажим — не сильный, но ощутимый.

Запястье Рейтор сжимает чуть сильнее. Медленно ощупывая руку, поднимается по рукавам платья наверх. Стискивает локти, плечи — крепко, одновременно. Он уже рядом с грудью, боязно… Ощущение, воздух потрескивает от напряжения. Сердце дергает, ускоряя ритм, и Рейтор останавливается.

— Ч-ч-ч-ч… — слышу успокаивающее рядом с виском.

Он аккуратно гладит мои плечи. Быстро расстегивает куртку, затем возвращается к ладоням и кладет их на свои бока, привлекая меня к себе.

Обвиваю стройный пояс, чувствую жар тела через рубашку. Запах кожи, шумное дыхание около шеи… Рейтор гладит мою спину, неторопливо, мягко прижимая к себе, будто уговаривая расслабиться. Он демонстрирует, что не собирается накидываться, стоит спокойно — и это действительно успокаивает. Немного осмелев, я тоже трогаю. По бокам, вверх по спине… Мои руки гораздо ниже, чем его. Я смущаюсь, когда касаюсь твердых мужских бедер.