Чтение онлайн

– Мне нужно что-нибудь знать о них?

– У ГУПИ четыре отряда, - начал объяснять Неман.
– Два действующих и два запасных. В каждом отряде по три оперативника. Тот отряд, который нас особенно не любит, и с которым тебе придется общаться, возглавляет товарищ по кличке Гамбург пятидесяти пяти лет от роду. Двое с ним - Шакал и Кузя.

– Мощные погоняла, - усмехнулся я.

– Вот скепсис лучше отодвинуть, - покачал головой Ас.
– Гамбург и Шакал, до того как попасть к ГУПИ, всю жизнь где-то бегали и кого-то отстреливали: то “духов”, то “чеков”, то негров. Только Гамбург делал это за Родину и начал еще с Афгана, а Шакал - из нездорового удовольствия от акта лишения жизни, но начал только с первой чеченской. Кузя вообще уголовник со стажем. Из своих сорока лет двадцать провел, глядя на небо в клеточку. Сейчас бы там и сидел, если бы его услуги не понадобились ГУПИ. Он парень не гордый, на Родину ему плевать, как и на тех, кто ему приказывает. Для него главное - достойная оплата труда.

– Веселая компания.
– Я начал жалеть, что согласился.
– И кто из них самый страшный?

– В каком смысле?

– От кого мне лучше держаться подальше?

– От Шакала, наверное, - пожал плечами Неман.

– Это из-за его кликухи?

– Ты только при нем про его “кликуху” не упоминай, - предупредил Ас.
– Он как-то к чекам в плен попал. Они его пытали долго, пальцы отрезали. Так он умудрился соблазнить женщину, которая ему еду носила, и однажды ночью с ее помощью из зиндана сбежал. Весь аул положил голыми руками. Даже детей, стариков и женщин. После этого он свое прозвище и получил.

– Гордится им, сволочь, - прошипел Неман.

– Ну, хоть главный у них староват для резких движений, - вздохнул я с облегчением.

Поперхнувшись, Вал заржал как лошадь:

– Это Гамбург староват?

– Так может быть, я все-таки не один пойду?
– взглянул я на Аса умоляюще.
– Давайте со мной еще Виктор отправится. Он тоже вашими идеями не заражен.

– О! Это хорошая идея!
– зловеще обрадовался Вал.
– Одним убогим меньше станет.

– Договор был только о тебе, - помотал головой Ас.
– К тому же ты не сможешь потащить его силой, если он не согласится.

– Да я не думаю, что он откажется. А если что, просто развернется и пойдет домой.

– За тысячу километров?

– Почему?

– Потому что база, на которой тебя согласились принять, находится на черноморском побережье - между Геленджиком и Туапсе.

– Ну, значит прогуляется. Полезно для здоровья.

– Повторяю еще раз: договор был только о тебе. Если ты придешь не один, вас обоих могут просто убить.

– Тогда под мою ответственность.

Как я и предполагал, Виктора долго уговаривать не пришлось. Он и так был порядком раздражен из-за того, что его предоставили самому себе после того, как мы с ним прибыли в лабораторию. Целые сутки он провел, курсируя между пищевым автоматом и выделенной ему койкой в спальном отсеке, где был вынужден общаться только с великодушно выданным ему бампом. Мое предложение отправиться на секретную базу ГУПИ, он встретил хоть и настороженно, но позитивно.

– Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, - резюмировал он.

Пока Ас передавал мне координаты места, Виктор собрался, получил отказ в ответ на просьбу взять с собой бамп, и мы с ним переместились.

Жара в месте назначения стояла еще та, даже не смотря на то, что солнце уже нависло над горизонтом. За время жизни в Москве я успел отвыкнуть от южных температур, и поначалу мне показалось, что я оказался в сауне.

Мы стояли на маленьком пяточке спиной к поросшему травой и редкими деревьями обрыву метров тридцать высотой, за которым до горизонта простиралось море. Перед нами проходила узкая грунтовая дорога, скрывающаяся в густом лесу, покрывающем высящиеся со всех сторон горные склоны.

– Где это мы?
– громко спросил Виктор, перекрикивая противный стрекот целой армии цикад, дислоцирующейся в ветвях можжевельника.

– На юге, Витя, на юге!

– База-то где?

– Понятия не имею.

Я прошел немного по круто уходящей в гору дороге, надеясь что-нибудь найти, но карабкаться по пыли и камням мне быстро надоело.

– Похоже, нас кинули!
– крикнул я оставшемуся перед обрывом Виктору, тоскливо смотрящему в морскую даль.

Но до того как он нашелся что ответить, из-за деревьев с другой стороны дороги послышался шум двигателя. Спешно спустившись посмотреть, я завел правую руку за спину, готовясь включить пульсар.

– Что, есть причины опасаться?
– настороженно поинтересовался Виктор.

– ГУПИрасты несколько раз пытались меня убить.

– Поня-ятно, - удовлетворенно протянул Виктор.

Из-за деревьев вынырнул армейский уазик “козел” со снятой брезентовой крышей. В нем находился только водитель в военной форме. Притормозив около нас, он кивком велел залазить.

Переглянувшись, мы запрыгнули на заднее сиденье, и машина тронулась по той крутой дороге, по которой я карабкался.

Водитель напряженно молчал, поэтому мы тоже не разговаривали. Да и не до этого было - вцепившись в дуги обеими руками, мы старались не вылететь с раскаленного сиденья, пока рычащий уазик перепрыгивал через ухабы и карабкался на перевалы.

Так продолжалось около километра, после чего грунтовая дорога выпрямилась и перешла в насыпную, а в лесу появился просвет в виде старого бетонного забора, которым обычно огораживают промышленные территории.

В опускающихся сумерках водитель остановился около железных ворот с изображением облупившейся и выгоревшей на солнце красной звезды. Их с надрывным скрежетом отодвинул лениво вышедший человек в камуфляже, и мы въехали на заросшую травой и кустарниками территорию военной части, утопающую в тени раскидистых деревьев. Двухэтажные здания казарм основательно обветшали, на их крышах разрослись целые буреломы сорняков.

Будто через лес мы ехали вглубь территории, обивая бампером кусты, проросшие через трещины в асфальте. Людей нигде не наблюдалось, но о том, что это не просто заброшенная военная часть, напоминали громоздящиеся в зарослях металлические монстры, накрытые маскировочными сетями. ОКСП идентифицировала их как закрытые турельные установки с автоматическими пушками Гаусса класса “Д-5”.

Из-за деревьев показались огромные двери ангара. Перед ними водитель остановился, и кивком велел вылезать из машины. С правой стороны ангара в углу располагалась входная дверь. Над ней я заметил камеру наблюдения.

– Нам туда, - указал я Виктору.

Стучать не потребовалось: издав звук отпирающегося засова, дверь со скрипом открылась перед нами. Мы шагнули в прохладу гигантского помещения, освещенного по периметру множеством белых ламп. В дальнем конце стояло два вертолета очень грозной наружности, один их которых доспех определил как “Ми-24ПР-2”, а другой как “К-50ВН”.

– День добрый, - со скрытой издевкой в голосе сказал вышедший нам на встречу человек в доспехе ГУПИ. По его грубому квадратному лицу и коротко стриженным седым волосам я предположил, что он и есть Гамбург, а доспех подтвердил мою правоту.

– И Вам того же, - ответно поприветствовал его Виктор раньше, чем я.

Не ожидав такой прыти, я удивленно покосился на него.

– Мы вроде бы условились насчет одного, - не представляясь, недовольно начал Гамбург.

– Он со мной, - вступился я.

– Вижу что не со мной, - рявкнул ГУПИраст.
– Какого черта он тут делает?

– Уверяю Вас, мои знания могут оказаться чрезвычайно полезны, - вдруг залюбезничал Виктор.
– Вы же знаете кто я, не так ли?

– Знаем. Дальше что?