Войны веры
Шрифт:
– Чего ты хочешь инквизитор? – просил Командор прерывая обличающую речь Вальмонта.
– Нужно остановить безумца, пока ущерб, который он нанес церкви непоправимый ущерб. – Быстро ответил Вальмонт, мгновенно ощутив перемену в собеседнике.
– Нет, орден не будет вмешиваться во внутренние дела церкви! – Почти прорычал Марик, яростная гримаса на иссеченном шрамами лице командора выглядела поистине пугающей, впрочем, Вальмонт остался к этому равнодушным.
– Тогда властью данной мне церковью я смещаю тебя с поста командора ордена паладинов, после чего ты предстанешь перед справедливым и беспристрастным судом инквизиции. – Смиренно сложив руки на груди произнес Вальмонт, не спуская с командора настороженного взгляда отливающих серебром глаз.
– Да как ты смеешь?! – Взревел Марик, закованное в сталь тело командора рванулось вперед, желание вбить страшные слова обратно в глотку тщедушного инквизитора ясно читалось на искаженном яростью лице командора. Упругий воздушный удар отшвырнул обратно с такой силой что будь позади каменная стена командора бы расплескало по всей ее поверхности. Но ткань шатра лишь мягко пружинила погасив инерцию могучего тела. Впрочем даже это не уберегло командора от травмы, глаза Марика налились кровью но уже не от ярости, носом хлынула кровь спасая паладина от внутренних повреждений. Боль и отрезвляющее касание ткани шатра сделали свое дело. Безумие уступило место рассудку.
– Ты хорошо подумал, Марик? – Спросил Вальмонт жестко, попытка убедить командора в своей правоте разом рухнула.
– Хорошо, инквизитор, я помогу тебе. – Прохрипел Марик, пряча глаза от безжалостного взгляда инквизитора.
Глава 20
Через палящий зной пустыни двигались двое – Высокий нескладный северянин закутаный в покрытый пылью дорожный плащ, и типичный зепарец ничем не выделяющийся среди тысяч себе подобных ходоков пустыни. Ноги глубоко увязали в золотистом песке, каждый шаг превращался в пытку, но в этот раз за спиной у каждого объемисты тюк с запасами еды и питья.
– Сколько еще до Кайфы? – Спросил Гарвель на ходу отхлебывая из прозрачного флакона.
– Если бы не твое колдовство, мы бы уже отдыхали в уютной прохладе. – Пробурчал Азитль не скрывая своего раздражения, впрочем двойные запасы воды приятно грели душу купца делая жизнь пусть и не прекрасной, но все же вполне сносной.
– Это не ответ на мой вопрос. – Равнодушно констатировал демонолог. С вершины бархана кубарем скатился Батор, задорно тявкнув, щенок кинулся к хозяину. В его глазах светился непередаваемый восторг и неподдельное щенячье счастье.
– Милостью Ормузда доберемся к ночи, если повезет, конечно. – Недовольно пробормотал купец.
– Что значит ‹‹повезет››? – Спросил Гарвель уже догадываясь каким будет ответ купца.
– Это значит, что мы сбились с пути! – Рявкнул Азиль раздраженно, взгляд купца упал на беззаботно скачущего щенка, ощутив чужое внимание Батор принялся с удвоенной силой носиться вокруг. Взгляд купца невольно потеплел.
– Тогда нам стоит передохнуть. – Предложил Гарвель поискав глазами тень, полдень миновал несколько часов назад, и клонящееся к горизонту светило уже не прожигало яростными лучами каждый сантиметр поверхности. Солидных размеров Бархан с которого скатился Батор отбрасывал достаточно длинную тень, чтобы в ней мог укрыться человек, разве что ноги останутся торчать на солнцепеке.
– Хааг! – Позвал Гарвель, расположившись в тени. Карие глаза щенка прибежавшего на зов стремительно заполнились багровым огнем.
– Слушаю и повинуюсь мой господин, твой верный раб внемлет! – Ехидно проскрипел демон, Азиль поморщился, голос Хаага напоминал ему нечто среднее между поросячьем визгом и тем чудесным звуком, что можно извлечь проведя острием кинжала по стеклу.
– Разведай путь до ближайшего города. – Приказал чернокнижник, не обратив внимания на ерничанье своего слуги.
– Будет исполнено сын луны! – Провозгласил Хааг пафосно, тело щенка стремительно менялось подстраиваясь под конкретную задачу. Лапы удлинились, как и все тело, нежный щенячий жирок уступил место тугим жилам и сухим мышцам. Спустя несколько секунд перед Гарвелем стоял невысокий поджарый зверь легкий и быстрый даже на вид. Взмахом руки демонолог отослал Хаага выполнять приказ. В руках чернокнижника появилась вытащенная из сумки небольшая книжица. Искусно выполненные переплет посверкивал серебристыми вкраплениями. Следом из сумки появился небольшой флакончик причудливой формы, и серебряное стило.
Азиль некоторое время наблюдал, за тем как демонолог что-то старательно записывает.
– Что ты делаешь? – Полюбопытствовал купец.
– Записываю. – Коротко ответил чернокнижник ни на миг не прерывая своего занятия.
– Что ты записываешь? – Быстро спросил Азиль.
– Слова. – Механически ответил демонолог.
– О чем? – Спросил купец быстро сориентировавшись с ответами Гарвеля.
В этот раз тишина длилась дольше, демонолог просто проигнорировал вопрос, сосредоточенно водя стилом по желтоватой бумаге. Убедившись что Гарвель не собирается отвечать, купец устроился поудобней. Веки опустились сами собой, бессонная ночь и напряженный день сморили бы и более выносливого человека, да и старость брала свое. Гарвель скользнул взглядом по лицу купца, убедившись что тот спит, аккуратно закрыл книжицу. Тихо звякнула стальная защелка скрепляющая книгу, выполненный в виде рожицы мелкого беса замок с едва слышным щелчком закрылся – полная тонких игольчатых зубов пасть захлопнулась.
Выполненные из рубина глазки на миг вспыхнули багровым огнем, один из мелких бесов подчиненных демонологуу с едва слышным шипением втянулся в искусно сделанный замок. Сунув книжицу в сумку демонолог откинулся на горячий песок. Несколько минут ушло а то. Чтобы сосредоточиться на предстоящей задаче. Рывок, и освобожденное из плена плоти сознание рухнуло в адские бездны. Раньше подобное давалось без труда, сейчас же даже на то чтобы просто достичь мира изнанки требовалось приложить немалые усилия. Привычное уже багровое небо встретило дух чернокнижника весьма недружелюбно, ветвистая красная молния прошила эфирное тело Гарвеля насквозь. Слепящая ярость, и боль на миг захлестнули разум, сметя все волевые заслоны, будто их никогда и не было. Сознание померкло уступив место чему-то более древнему и куда более могущественному.
Разум возвращался рывками, миг просветления стремительно сменялся буйством первобытной ярости. Но даже в таком состоянии Гарвель ухитрялся удерживать нужное направление. Постепенно взбунтовавшиеся чувства начали утихать, уступая планомерному давлению тренированного ума. Стальная воля с неумолимо выдавливала лишние эмоции, шаг за шагом подчиняя тело. К тому моменту как темная точка на горизонте разрослась в циклопических размеров башню чернокнижник полностью контролировал свое тело и чувства. Чудовищная башня размером с гору продолжала расти. Крохотные с такого расстояния вспышки то и дело озаряли башню.
Сосредоточившись Гарвель рассмотрел мелкие черные точки вьющиеся над башней, то и дело от них отрывались сгустки света и попав на поверхность башни расцветали прекрасными огненными цветами. Сомнений быть не могло – на башню Гаала напали. Теперь все становилось на свои места – и неожиданно вспыхнувшее желание посетить изнанку неожиданная тяжесть перехода. Присягнувший Архидемону демонолог получает не только могущество, но и обязанность защищать своего владыку. Обычно эта обязанность пустой звук, поскольку напасть на архидемона в его владениях – не самое разумное решение даже для другого архидемона.