Чтение онлайн

– Лжешь! – перебил Тероний. – Они командуют подъемышами, каким-то образом переправляют припасы в Инженерную, хотя мы лишили их пайка и закрыли Базар.

– Отче, я ничего о припасах не знаю! – пробормотал Джона, но тут же собрался. – А если бы и знал, то ни за что не сказал бы!

Ярости Терония не было предела. Он наклонился совсем близко, так что губы его оказались в каких-то миллиметрах от лица Джоны.

– Слушай внимательно… и кричи так, будто я тебя пытаю. – Жрец посмотрел Джоне прямо в глаза, чтобы тот понял: ему можно доверять.

– У меня сообщение от Моди, – прошептал Тероний.

Джона вздрогнул. Это что, какая-то уловка? Увидев сомнение в глазах Джоны, Тероний сказал:

– Джона, прошу, не бойся! Мне пришлось ударить тебя для видимости. Нельзя, чтобы другие узники поняли, что я предатель. Надо скрываться, иначе толку от меня не будет никакого.

Нахмурившись, Джона тихо произнес:

– С какой стати мне тебе верить? Ты – один из этих…

– Верно, тебе свойственно сомневаться. Если честно, я бы заволновался, если бы ты сразу поверил. Возможно, это тебя убедит… – Тероний еще сильней понизил голос: – До того как войти в Церковь и стать Теронием, я носил другое имя.

– Какое?

– Уолтер Студебекер.

Джона потрясенно уставился на жреца. Да, у Моди был брат по имени Уолтер, но она о нем не рассказывала. Тогда Джона решил, что его, как детей и мужа Моди, забрала оспа.

– Я думал, он мертв, – признался Джона.

– Ну уж нет! Хотя, знаешь, присягая Церкви, мы оставляем свою прежнюю жизнь и имена. Так что в некотором роде я умер.

– Значит, ваши родители – из кратоса?

Тероний кивнул:

– Наша мать заседала в Синоде. Когда сестра сделалась изгоем, семья отвернулась от нее. Она ведь могла присягнуть Синоду или Церкви, но выбрала ремесло демоса, да еще и архивы. А потом провалила экзамены и вылетела из цеха, опозорив нас.

– Наверное, родителям было стыдно за нее? Неудивительно, что они отвернулись от Моди. Даже демос не желает знаться с изгоями, что уж говорить о кратосе.

Тероний потупился.

– Я этим не горжусь. Даже наоборот. Но тогда я был молод и амбициозен. Не хотел, чтобы кто-то узнал о моей связи с изгоем. Боялся пятен на репутации. Пришло время, я присягнул Церкви и с тех пор больше с сестрой не общался. То и дело видел ее на Базаре, торгующей сладостями, и испытывал отвращение.

Джона подумал.

– Что же с тех пор… изменилось?

– С тех пор как власть перешла в руки Флавия, я видел много такого, чего не хотел бы видеть… Ужасные вещи, которых не могу забыть… и не могу простить.

У Джоны екнуло сердце:

– Моя… жена?

Жрец кивнул:

– Тесса, твоя супруга, – не единственная, кого отец Флавий убил за эти годы. Он ненавидит тех, кто угрожает его власти, и готов на все, лишь бы заставить их молчать.

– Жертвоприношения? – догадался Джона.

– Да… если ты попал в черный список, Флавий рано или поздно найдет предлог, лишь бы выбросить тебя в море. Подкупает жадных представителей демоса, чтобы те давали ложные показания, использует Церковь как прикрытие, а патрульных – для осуществления своей воли. Многие годы я молил Оракула, чтобы он наставил нас на правильный путь. Да благословит Он твою дочь! Майра – та, кого мы все ждали! Второе пришествие, о котором писал Виний.

– О чем ты? Какое Второе пришествие?

– Как ты не понимаешь? – возбужденно произнес Тероний. – Святое Море призвало Майру, чтобы избавить нас от великого зла, как написано в «Книге Морского Оракула». Пора разрушить кастовую систему, прекратить жертвоприношения и тиранию Флавия и Синода.

Жрец беспокойно огляделся по сторонам. В секторе было по-прежнему тихо и темно, однако в любой момент мог вернуться Бэрон, да и остальным заключенным нельзя было доверять. За время, проведенное во мраке, их слух обострился.

– Послушай, времени мало. Отец Флавий установил связь между мной и Моди, приставил ко мне соглядатаев. К тебе вообще не положено пускать посетителей, но я уговорил этого молодого патрульного. Правда, он может быстро осознать, что натворил. Поэтому слушай внимательно…

Джона подался вперед, насколько позволяли цепи. Губами жрец касался его уха:

– Когда зажгутся огни, ищи спасения в небесах.

Джона нахмурился:

– Это и есть послание от Моди?

– Да, – кивнул жрец, – на этом все.

– А что оно значит?

– Прости, большего я сам не знаю. Моди считает, что эта информация может тебе пригодиться, если меня все же арестуют. – Тероний встал и снова занес руку для удара. – Прости, но иначе нельзя. Хватайся за полы мантии и моли о пощаде.

Джона впился в алую ткань и приготовился. Тероний ударил наотмашь и рассек ему губу.

– Будь проклят твой Оракул! – закричал Джона, больше для виду, нежели от боли. Рот наполнился кровью.

Жрец выпрямился во весь рост и брезгливо подхватил полы мантии.

– Кайся, грешник!

Шелестя мантией, он направился к выходу, дважды постучался в дверь, и та с шипением раскрылась. Жрец вышел. Потом створки вновь сомкнулись, и мрак окутал узилище.

Джона принялся обдумывать то, что сказал ему Тероний. Смогут ли мятежники одолеть Синод? И что значит загадочное послание Моди?

Несмотря на смятение, он ощутил, как в душе его зарождается надежда. Возможно, Майра и Возиус живы и сумели подняться на Поверхность. Может, они смогут отыскать Первый ковчег – и путь к спасению колонии. Вспыхнула и заметалась в голове еще одна мысль: возможно, есть еще шанс.

Джона оставался в темноте и ждал. Правда, теперь это ожидание обрело смысл. «Когда зажгутся огни, – снова и снова думал Джона. – Когда зажгутся огни…»

Он будет ждать этого мгновения. Лишь бы оно наступило скорей.

Кошмары становились все страшнее. По утрам Майра просыпалась дрожа, вся в поту. О чем были эти сны, она точно не помнила, лишь была уверена: Аэро к ней не приходил. В свете утреннего солнца Майра оглядела пустынный пейзаж и снова вздрогнула. Наверное, так выглядела доисторическая, истерзанная вулканами Земля. Четверо подростков были единственными живыми существами в этом мире. Но можно ли назвать миром место, где нет жизни?

Невзирая на усталость, друзья взвалили на плечи рюкзаки и отправились дальше на север. Постепенно становилось холоднее, над горными пиками клубились плотные облака, и в сторону моря дул влажный ледяной ветер.

«Зима идет», – сообщила Элианна. Майра сразу поняла, что новость неутешительная, ей даже не нужно было видеть образы буранов и метелей. Однако попутчикам ничего говорить не стала – как и о том, что запасы еды стремительно тают.

Примерно через час после того, как они сделали привал и пообедали на пропеченных солнцем камнях, ребята перевалили через крутой гребень… и замерли. Перед ними раскинулся исполинских размеров кратер с угрожающе отвесными стенками. Море вливалось в эту чашу, разбиваясь брызгами о почерневшие камни. Майра знаком показала всем остановиться и вгляделась в препятствие. В голове раздался голос Элианны: «Этого здесь быть не должно». Ее дух явно растерялся. «Что ты имеешь в виду?» – спросила в ответ Майра. «На старых картах этого нет». – «А что здесь должно быть?» – «Город… Я думала, от него хоть что-то осталось».