Чтение онлайн

Одевшись и заплетя длинные волосы в косичку, вышел в коридор. В коридоре, перетаптываясь с ноги на ногу, его ждал уже знакомый лакей.

— Иди, быстро поешь, и тебя уже ждут, — недовольно оглядывая его с ног до головы, просипел он.

Судя по неодобрительным и завистливым взглядам, которыми его встретила местная прислуга, он определенно поймал удачу за хвост. Драконий хвост. Или драконью удачу. Или…Его прервал запах горячей еды.

Вернувшись в столовую для слуг, он обнаружил стол прибранным и вытертым. На крае стола стояла большая тарелка с мясной похлебкой, на разделочной доске лежал огромный кусок пирога с зайчатиной, рядом примостился вместительный кувшин с местной настойкой из кислых ягод с сахаром. Воздав должное таланту повара, а это и, правда, был мастер — готовил простые, но очень вкусные блюда домашней кухни, он поблагодарил и пошел навстречу судьбе. Нет, не так, навстречу Судьбе.

Да, так людям и кажется, что стоит поесть и помыться, то капризы Судьбы преодолеть будет легче, поэтому многие, если не большинство, так и поступают: едят и моются, на этом преодоление заканчивается. Как правило, скоро выясняется, что этого явно недостаточно, но не так просто съехать с наезженной колеи, особенно если речь идет о набитом желудке и чистой заднице.

Выйдя из половины, предназначенной для отдыха персонала гостиницы, они оказались в большом холле — гостиной, здесь всем постояльцам предлагали нехитрые развлечения: карты, музицирование, общение. Неудивительно, что гостиная пустовала.

Пройдя ее насквозь, поднялись по широкой лестнице, устланной ковровой дорожкой на второй этаж. И почти сразу остановились перед лакированной дверью с цифрами 1306.

Постучав, лакей подождал и открыл дверь. Полумрак. Джуно ударил в нос запах сигарет и дорогих духов.

Лакей почтительно поклонился:

— Госпожа, вы просили…., - тут лакей замялся, не зная, что сказать, — полулежавшая на софе в дальнем углу женщина его выручила, протянув руку с блестящими монетками. Лакей подобострастно изогнулся в поклоне, подошел за чаевыми и быстро удалился.

Джуно остался стоять у входа в комнату.

— Присядешь или тебе удобно стоя?

— Что удобно, миледи? — Джуно только много лет спустя приноровился, вернее, он себя убеждал в этом, к ее манере речи: говорить недоговаривая.

— Разговаривать, конечно.

Женский голос звучал удивительно: низкий, должно быть от курения, с рычащими нотками, обволакивал и подчинял. Мягко, но властно. Вернее, предлагал подчиниться. Многие охотно соглашались.

Джуно оглядел большую и богато уставленную комнату. Он бы сказал, забитую дорогой мебелью.

— Соглашусь, полная безвкусица.

Джуно выбрал маленькое креслице с изогнутыми ножками, стоящее напротив мягкой софы, на которой лежала эльфийка.

Худая, больная, тем не менее, она не вызвала в нем жалости, скорее, желание защищать и накормить.

— Спасибо за заботу, но я не голодна. — Она выпустила струю дыма, и посмотрела на него. В ее голосе не было благодарности, лишь едкая насмешка и холод.

— Не знал, что мои мысли так просто прочесть.

— Все написано у тебя на лице, просто неприлично быть таким эмоциональным.

Джуно взяла досада.

— Грустить об этом будешь позже, не сейчас и не при мне. Я этого не люблю. Давай к делу. Мне нужен слуга, сама я, в силу сложившихся обстоятельств, не в состоянии выполнять ранее привычные для меня дела, поэтому предлагаю это тебе.

— И что я должен буду делать?

— Все.

***

Джуно, справедливо рассудив, что таких предложений ему, в теле бездомного бродяги, коих миллионы в Ран-Тарре, никто больше не сделает, согласился.

Все, в ее понимании, значило абсолютно и даже больше. Много больше. Удручающе больше: лакей, кучер, телохранитель, секретарь и прочее… Обязанности ширились и множились, и до него быстро дошло, что ему не хватает не только знаний тела, но и его, личных, умений не всегда бывает достаточно.

А ведь он неплохо собирал информацию из окружающей среды — она приходила в дорожной пыли, с каплями дождя, в шуме грозы или ветра, но лучше всего он мог управляться с тлеющими углями. Многого, к сожалению, позволить себе не мог. Человеческая оболочка хрупка и слаба, как весенняя бабочка-однодневка, не выдержит его способностей. Тело приходилось беречь, иначе, жизнь тела быстро закончится, а ему придется вернуться в дээйлир, в пустоту.

Свои условия он обозначил в первый же вечер. Ему нужно новое тело, и не просто человеческое тело, а тело перворожденного, который согласится добровольно его передать. Только так возможно переселение. В теле эльфа для него открывались несоизмеримо большие возможности, чем в простом человеческом теле.

Она согласилась. Правда, условий с ее стороны было втрое больше, ее монолог растянулся на полчаса, она старалась оговорить все форс-мажоры и пункты сделки, предусматривая для себя пути отхода.

Ей надо время, и, возможно, придется сменить два или три тела, чтобы получить желаемое, а еще и, самое главное, он подыщет подходящий ей мир, в котором можно будет жить с этим — сняв перчатку, она продемонстрировала покрывавшую руку белую чешую и роговые наросты, идущие по средней фаланге к запястью и предплечью.

Ему потребовалось все его мужество, чтобы спокойно на это взглянуть. Медленно подняв на нее свои глаза, он тихо произнес:

— Я понял, слышал, есть такой.

— Отлично, если ты хочешь что-то добавить или возразить, то самое время…

— Не хочу.

— Хорошо, потому что я бы не приняла их.

— Что? — не понял Джуно.

— Твои возражения и дополнения.

— Зачем тогда…

— Чтобы соблюсти все формальности и дать тебе возможность выйти из сделки, и пойти дальше своей прокисшей дорогой прямиком в радиационную могилу.

Джуно даже не нашелся, что ответить…

— Правильно, и не надо ничего говорить, что тут еще скажешь?

Кивнул и поднялся.

— Твоя комната соседняя. Обустраивайся. Завтра мы тронемся в путь. И вот еще, держи… — она протянула ему маленькую черную коробочку. Тогда он впервые познакомился с тамлин.

— Хорошо, хотя я бы предпочел здесь задержаться еще на один день.

— Вот как? Ты бы предпочел?! Ты не можешь предпочесть или не предпочесть, давай договоримся раз и навсегда, и лучше бы это тебе запомнить, не люблю повторять — везде предпочитаю я.

— Так будет лучше. Не могу объяснить, просто поверьте мне на слово.

Она сухо и натянуто рассмеялась.

— Это как-то связано с конфигурацией звезд перехода? Хорошо, останемся еще на один день.

За окном посветлело, то есть посерело, потому что утро было таким же, как и вечер — промозглым и подавленным.

Первые несколько часов после встречи превратились в один сплошной поток ценных указаний, приказов, поручений, дел. Часы сменились днями, дни месяцами, а, биополе Земли настолько его захватило, что не было сил даже на то, чтобы сказать: «Мяу».