Чтение онлайн

— Что «второй»? — спросила та.

— Вы ничего не сказали про второго мужчину. Какую роль он сыграет в моей жизни?

— Большую, — буркнула Оливия и снова опустила глаза.

И как это понимать? — хотела спросить Виктория. Она догадывалась, кто этот второй, и именно его личность занимала ее больше всего. Чего можно ждать от Адама Фокса? Но почему-то именно о нем Оливия и не хотела ничего сообщать.

— Ты принесешь ему большие неприятности. Из-за тебя он пострадает. Я чувствую: очень скоро что-то случится. Вижу слезы и страх.

— Из-за меня? — ошарашено переспросила Виктория. Она была свято уверена, что пострадавшая сторона в этом деле именно она, и беда грозит лишь ей, но никак не Фоксу.

Оливия ничего не ответила и продолжала смотреть на ее ладонь.

— А… — Виктория хотела спросить, стоит ли ей выйти замуж за Фокса, но тут, к ее вящему ужасу, гадалка захрипела, заставив девушку отшатнуться.

— Огонь! Много огня! — выдохнула Оливия. — Тебе нужно беречься огня!

Виктория поежилась: больше всего на свете она боялась огня, боялась обжечься и даже к камину подходила с опаской. Ей казалось, что нет смерти мучительнее, чем сгореть заживо. Неожиданно у нее затряслись руки и Виктория обхватила себя за плечи. Дурные предчувствия медленно разрастались, оседая в груди тяжелым комом, а от мысли, что из-за нее кто-то может пострадать хотелось плакать.

Оливия резко поднялась из-за стола и отошла к камину.

— Все. Уходи.

В самом дурном расположении духа и полная неприязни к явно сумасшедшей предсказательнице, Виктория покинула комнату Оливии с тяжестью на душе.

Девушка была почти уверена, что Джулиана подслушивает под дверью, но той в коридоре не оказалось. И Виктория направилась на поиски подруги. Она услышала голоса на главной лестнице и пошла в том направлении.

Около лестницы Адам отчитывал сестру. Рядом с ними стоял бледный Кристиан.

— И не смей больше ходить к нему, ты меня поняла? — строго говорил Фокс Джулиане.

— Но, братец, я ведь тебе объясняю, что мадам Жози была занята, и я решила сама оказать помощь капитану и перевязать его, — оправдывалась Жу-Жу.

— Может, мне стоит поговорить об этом с мадам? — холодно спросил Адам, и по его тону становилось понятно, что он настроен решительно.

— Адам, ты не справедлив ко мне! — воскликнула Джулиана.

Но брат остался непреклонен:

— Я тебе запрещаю даже подходить к той комнате. А теперь идите и не утомляйте меня, — приказал он Джулиане и Кристиану.

В этом доме полно сумасшедших, подумала Виктория. Она видела, каким яростным огнем полыхал взгляд Кристиана, и с каким трудом молодой человек смог справиться с собой. Брат с сестрой, слишком увлеченные перепалкой, не заметили изменений на лице телохранителя.

Теперь обитатели дома не казались Виктории такими уж милыми, и она лишь утвердилась в мысли, что ей следует бежать.

Джулиана с Кристианом стали спускаться по лестнице, а Адам обернулся и увидел Викторию.

— Сокровище мое, — он поклонился ей с мягкой улыбкой и стал приближаться.

Сокровище! Виктория захотела зарычать. После гадания Оливии настроение оставалось отвратительным, и ей абсолютно не хотелось сейчас слушать насмешки Фокса. К тому же она боялась оставаться с ним наедине. Прошипев нечто неразборчивое, Виктория отвернулась и быстро пошла прочь. Видимо, поняв, что она не в духе, Адам не стал ее преследовать.

Виктория чувствовала себя издерганной, ожидание изводило: она все-таки решилась на побег.

Ее деньги и ее завещание так и лежали в столе Фокса, но как раздобыть ключ? Поломав голову, Виктория поняла, что это пустая трата времени, и стала искать другой выход. Ответ пришел ближе к вечеру — в виде обычной лопаты, которую садовник забыл в оранжерее. Припрятав лопату подальше в темный уголок, Виктория стала ждать ночи.

Бежать во Францию совсем не хотелось, но девушка понимала: чем дольше она находится в доме Фокса, тем труднее ей будет покинуть его в дальнейшем. Особенно тяжела оказалась мысль, что придется расстаться с Джулианой. Сможет ли подруга понять и простить ее поступок? Увидятся ли они когда-нибудь? Сердце сжималось от тоски и страха.

Но остаться она не могла, — иначе ей придется выйти замуж за Фокса. Адам лишал ее права выбора, а она не желала с этим смириться.

…Время тянулось бесконечно медленно, и с каждой секундой уверенность Виктории в правильности ее поступка таяла. Но наступил вечер, и все разошлись по своим комнатам; а потом пришла ночь, настало время для побега.

Прогнав все сомнения, Виктория поднялась с кровати, взяла свечу и пошла в гардеробную Джулианы, где переоделась в мужской костюм. Она чувствовала, что ткань слишком сильно обтягивает тело, а грудь рельефно выделяется, даже несмотря на то, что девушка перетянула ее куском материи.

Виктория заплела волосы в косу и спрятала ее под широкополой шляпой.

Перевоплотившись, как ей казалось, в юношу, она направилась на первый этаж особняка за лопатой, а потом устремилась к кабинету Фокса. Все время ей приходилось красться и чутко прислушиваться к звукам в особняке. Но дом спал.

В кабинет Виктория проникла без труда, — на двери не было замка, в чем она убедилась ранее. Она подошла к столу и осмотрела ящики. Между столешницей и вертикальной крышкой ящика имелась небольшая щель, в которую легко вошла лопата. Девушка чуть наклонила свое орудие внутри ящика и изо всех сил стала давить на крышку. Та неожиданно с треском отлетела, и Виктория чуть не упала.

Девушка замерла, прислушиваясь, не проснулся ли кто из-за устроенного ею шума. Но в доме по-прежнему было тихо.

Тогда Виктория вынула лопату, сунула в образовавшийся проем руку и нащупала увесистый кошель. Таких кошелей оказалось девять. Восемь из них были набиты золотом, а в девятом оказались драгоценные камни. Если разумно тратить деньги, то хватит на долгое время, а, если продать камни, то можно жить припеваючи всю жизнь.

Кроме золота и камней, в ящике ничего не лежало. Виктория взломала все три ящика стола, пересмотрела все документы, но завещания среди них не оказалось.

Провал. Предусмотрительный Фокс перепрятал завещание, и в его кабинете документ можно искать вечно, а у нее нет на это времени. Стол она починить не сможет, — а, значит, покинуть дом ей нужно этой ночью. Второго шанса у нее теперь не будет.

Придется сбросить золотые кандалы с ног, подумала Виктория, вспомнив слова Оливии. Она уйдет отсюда без завещания.

Без завещания, но богатая, решила она, рассматривая кожаные кошели, выложенные ею на стол. Она подняла один из них и взвесила в ладони.