Чтение онлайн

— А можно, — подняла руку Тоня, при частичном одобрении Леры. — Чтобы в войну сначала вступили они, и только если у них не получится — мы?

Неизвестно откуда взявшийся Тахана, как будто вылезший из земли, приблизил своё лицо к Антонине.

— Тебе вообще следует забыть про тихую жизнь, пока алурийцы не разгромлены. Ты чем слушала, когда тебе говорили, что больше всего прибывшие из магического мира ненавидят чернокнижников, поскольку были побеждены именно ими?

Антонина растерялась и покраснела.

— Вы поэтому дали мне способности чернокнижницы? Чтобы я не могла соскочить? — чуть не плача спросила она.

Канайя закатил глаза.

— Мы же вам в самом начале объяснили, что нет, мы просто дали вами изначальную силу, а какую она примет форму, и не подозревали, пока она не проявилась в каждом из вас.

Вмешавшаяся в разговор Лавита, пояснила.

— И чтобы к нам больше не было вопросов, почему именно люди из другого мира, знайте. Даже мы не можем предсказать, что случится с вами или вы сделаете, не дальше, чем на месяц вперёд. Раздавая задания, мы только знали, что у вас получится, вы не погибнете и добудете артефакты. Но не более того. Фалькштейна, Целескую и Дейвиса мы не смогли угадать. И это я, одна из сильнейших предсказателей Ойкумены, видящая её развитие на сто лет вперёд. Что же говорить об алурийцах или местных магах? Вы нам нужны только из-за непредсказуемости, из-за того, что ваши действия в Ойкумене никто не сможет просчитать.

Смутившиеся ученики молчали, и Канайя, воспользовавшись ситуацией снова взял в руки разбор их ошибок.

— Вернёмся к нашим баранам. Потому что ошибка с мантикорой была не единственная. Владислав, Светлана. Вы вообще в своём уме — доверились сильному чародею, и сотруднику Имперской Тайной Канцелярии?

— Ну, мы сначала не знали, — смутился Влад. — А потом уже мы с ним и в бою побывали, да и про чародейство узнали, когда приехали к нему, в поместье.

Канайя закатил глаза.

— Нельзя, нельзя быть такими доверчивыми. Ладно, Леопольд фон Фалькштейн, действительно, более или менее, приличный человек, несмотря на свою работу и хорошие отношения с ним пойдут вам на пользу, но не забывайте, что разведчики слишком специфически относятся как к понятиям дружбы, так и к любви с привязанностью. Они это всё используют и весьма активно, как в своих интересах, так и в интересах службы, на которую работают. Со Светланы спрос небольшой, она лекарь, но ты должен об этом помнить всегда.

Наконец, смутившийся Влад согласно кивнул соглашаясь.

— Теперь вы, — Канайя повернулся к Лере с Робом.

— Но вы дали нам самое сложное задание! — возмущённо перебила их Валерия. — Мне и Сане пришлось двигаться по вражеской территории и постоянно вступать в схватку то с таврокефалами, то с ограми, а в конце вообще нас чуть призрак мага не погубил!

— Зато Александр прекрасно отработал свои боевые навыки, а ты смогла понять, как работать в боевой обстановке. Мы вас учим. Так и только так. Давать лёгкое задание боевому магу мы не собирались.

Саня пожал плечами, как будто говоря, что ему всё равно. Выбрался и хорошо. Справился, так ещё лучше.

— Лейтенант флота его королевского величества, действительно приличный человек. Даже оставим в стороне его непростое прошлое, и причины, которые привели его так далеко от моря. И тем не менее я бы просил вас не доверять так первому встречному, не выяснив всех его мотивов. Чтобы не попасть в ситуацию, на которую вас чуть было не поймал барон Шарль д’Альстаф.

Александр и Валерия даже не подумали спорить. Действительно, получилось очень глупо и неудачно. А окажись Дейвис негодяем, или хотя бы таким хитрым жуком, как его прадед, чтобы они делали?

— Но всё это не идёт в сравнение с тем, какую глупость совершили Роберт и Антонина! — воздел руки кверху Канайя.

— А что мы? — испуганно пискнула Тоня.

— Связаться с этой авантюристкой и чернокнижницей, Элигией Целеской! Активной адепткой ордена Иллюминатус Тенербис. Сам орден запрещён во всех государствах Моэнии, а за Целескую в Нейстрии и Кантабрии объявлена награда как за живую, так и за мёртвую.

— Вы сами говорили, что алурийцы ведут охоту на чернокнижников, — смутилась Антонина.

— Да. Вот только награда в Нейстрии за неё была объявлена ещё до революции, и появления алурийцев, а в Кантабрии годом позже, когда они ещё не думали, что станут вассалом Алурии, да и про саму принцессу ничего не знали. В Склавинской империи трижды привлекалась к суду Магической палаты. Спасло её то, что она умеет заметать следы. Это, кстати, помогло ей и в Святой империи Запада, уйти от полиции. А вот в империи турсманов ей не повезло, и она провела год в Орихалковом зиндане. Даже терпение султана в отношении чернокнижников имеет свои пределы. Он не позволяет тёмным магам убивать своих подданных. Потом её выкупили соратники по ордену. Но ещё год она провела, общаясь с целителями. Турсманы ей вырвали ноздри и отрезали кончик языка. Поэтому она говорит с такими шипящими интонациями, хотя язык ей восстановили полностью.

— Нам она сказала, что это западносклавинский акцент…

— Любой маг в состоянии изучить иностранный язык магическим способом, — строго сказала Лавита. — А уж избавиться от акцента плёвое дело.

— Да, — подтвердил Канайя. — У вас же не было проблем с общением, так? Но ладно. Всё это я вам говорю не для того, чтобы вы избегали пани Целеской, а получили представление кто она, и какие сюрпризы может преподнести. И да ваше обещание ей в силе. Мы поможем ей один раз укрыться в любой из наших рощ.

Тоня ничего не сказала, просто недоумённо хлопнула глазами, поэтому Лавита ей мягко пояснила.

— Да, мы иногда помогаем чернокнижникам скрыться от преследования. Хотя произошло некоторое смягчение нравов, к ним до сих относятся предвзято и порой им действительно нужно скрыться. Чаще всего мы переправляем их на Терранову, где к ним относятся спокойно, но бывает по-всякому. Ах да! Вы же не знаете. Из всякой нашей рощи можно выйти в любом месте, где шумят деревья наших рощ. Мы этим пользовались, спасая в том числе сначала нейстрийских магов, а потом, когда появилась Алурия и инженеров.

— Но это не распространяется на Иллюминатус Тенербис, — проворчал Тахана.

— Понятно, — кивнул Влад. — Будем учитывать.

— И всё равно Эля мне понравилась, — отрезала Антонина. — Неприятно, что она нас обманывала, но её можно понять. Особенно после того, что с ней сделали турсманы.

Канайя пожал плечами, как бы говоря: дело твоё, а Роберт, воспользовавшись паузой, спросил.

— Это наша единственная ошибка?

— Да, но она повлекла за собой ещё несколько. Первая — вы не посмотрели все артефакты, которые были в тайнике доктора Фортунуса, а вторая…

Он вздохнул.

— Ну вот на кой вам потребовалось потом проводить время в её компании? Нет, понимаю, вы здесь немного закисли, постоянно общаясь с одними и теми же людьми…

— Это наша ошибка, — внезапно появилась Нахрин. — Ведь мы им так мало рассказываем о мире, который ждёт их после обучения.

— Бесполезно, — проворчал Тахана. — Мы не сможем им объяснить всего…

— Но хотя бы дать понять, от кого им стоит держаться подальше, можем? — прям как самая обычная женщина всплеснула руками Нахрин.