Чтение онлайн

………………………………..

Бегу по лесу, удивленно озираясь по сторонам. Ноги путаются в свеже наметенных сугробах, но вместо снега, поднимается пыль. Бегу, оборачиваюсь, вижу желтые горящие глаза волка, что настигают меня. Спотыкаюсь, лечу в сугроб. Переворачиваюсь, барахтаясь в пыли, вижу, как зверь прыгнул, как раскрыл пасть… Зажмуриваюсь, отсчитываю последние секунды и потом вновь открываю глаза. Передо мной сидит волк: на ухе висит унылая паутинка, грустные голубые глаза смотрят прямо на меня. Внимательно. Долго. Молча.

………………………………

Просыпаюсь от ощущения чужого взгляда. Растерянно и все еще испуганно, смотрю по сторонам, но в комнате никого нет. В окно заглядывает круглая, как блин луна, освещая каждый уголок и разгоняя подозрительные тени.

Сон как рукой сняло. Сердце колотится, как бешеное. Мой кошмар не снился мне уже больше недели и вот опять. Встать и обойти комнату я, откровенно, трусила. Все казалось, что стоит опустить ноги на пол и за них кто-нибудь схватит. Промучившись нелепыми страхами еще с полчаса, мне все таки удалось вновь уснуть.

После моего переезда в библиотеку потянулись дни полные бумаг, договоров, распоряжений и даже встреч. Порой мне казалось, что господин Пемброк пытается проверить меня на прочность, а может даже и поставить на пресловутое место. Встречаться с хитрыми купцами или суровыми мастеровыми было ужасно тяжело. С первого взгляда они отмечали меня как пустое место и откровенно отказывались даже разговаривать с “дитем”. Я не сдавалась и отстаивала выгодные договора, а старик к моему удивлению вставал зачастую на мою сторону и порой начинал с неменьшим азартом торговаться и вести переговоры. Но мерзкое ощущение, что мне постоянно намекают на несостоятельность не покидала. Поэтому я предпочитала после подобных встреч, отсиживаться в глубине библиотеки с книжкой в руках. Мне на глаза попалась история до начала времен. Ее я и читала с упоением, отвлекаясь от негативных эмоций. Поток бумаг несколько уменьшился в силу того, что перезаключенные договоры были долгосрочными и требовали моего внимания, лишь однократно. Поэтому день стал проходить по примерно такому плану: просмотр ежедневных отчетов, завтрак, ревизии инспекции или встреча с каким-нибудь дельцом, обед и чтение книг или документов до самого ужина. После, старалась отправится поскорее спать. Помимо кошмара, к которому я уже несколько даже привыкла, иногда по ночам стала просыпаться от навязчивого ощущения чужого присутствия. За пару недель мой сон стал настолько беспокойным, что уже подумала о том не схожу ли с ума. Пока моя случайная выходка не раскрыла причину ночных тревог.

……………………………………..

“- Это наш обычай. Самый древний, самый почетный! Как можно пренебрегать тем, что передавалось из поколения в поколение? Девочке пора замуж, тебе нужен помощник и крепкое плечо, мы не молодеем, Гард! Кахан Маэстери — отличная партия, он всем в этом феоде доказал, что умеет вести дела. Неужели ты наивно полагаешь, что кто-то заинтересуется сопливой графиней с долгами из зачуханного феода на балу? Только какие-нибудь старые вдовцы, неужели ты желаешь собственной дочери такого будущего? “

— Помнишь, помнишь эти свои слова, Сертия? — зло наклонился над столом крепкий русоволосый мужчина, сверкая на свою жену карими глазами. От злобы на его лице проступили морщины, выдывая немолодой возраст владельца.

— Я помню, Гард, и что? Разве я не оказалась права? Все сложилось замечательным образом! Наш феод преображается с каждым днем и выходит из упадка. Посмотри по сторонам, — с холодной гордостью увещевала чопорная худощавая дама, сверкая новеньким колье с рубинами. Последние безупречно подчеркивали медь в волосах графини Омалин.

— Ты вообще ничего не понимаешь? Это моя дочь, Сертия! Моя дочь в руках мага! В руках мага, понимаешь? — в сердцах, граф стукнул кулаком по столу.

— Это же обычай, это ведь сама судьба ведет девочку, кто же спорит с проведением, дорогой? — перешла на ласковый тон женщина.

— Да? Ну раз никто не спорит с судьбой, тогда ты должна знать: я подписал брачный договор. Паулина выйдет замуж за Кахана Маэстери. Само проведение сводит нашу семью с этим предприимчивым дельцом. Как ты там говорила? Мы не молодеем, мне нужно крепкое плечо, дорогая! — саркастично кипятился мужчина.

— Ты не посмеешь! — медленно вставая с яростью в голосе начала шипеть графиня.

— Я уже посмел, — холодно отрезал граф Омалин, — если Паулина не выйдет замуж за Маэстери, мы заплатим очень значительную неустойку.

Леди Сертия Омалин опустилась обратно в кресло, прожигая своего мужа взглядом полным ненависти.

22 ноября в Аспергате крестьяне праздновали Лютовье. По поверьям нужно было задабривать светлых духов, чтобы они скорее разогнали ледяных чертей, которые и укрывают все льдом и снегом. Конечно официальные духовники такое не поощряли и говорили, что существует только Единый Светлый и единый темный. Одного нужно почитать и жить по его заветам, другого бояться и не поддаваться его искушениям. Но переделать традиции среди землепашцев так и не получилось. Дары духам все равно приносили и радовались если в этот день шел снег. Это было знаком, что светлые силы довольны, а ледяные черти сердятся этому таким образом.

Я была далека от крестьянских поводов открыть бочки с вином и устраивать застолье, но также считалось, что в этот день, можно передать весточку памяти умершим. Как бы сказать — мы помним о вас. Потому этот день я всегда ждала с нетерпением и надо сказать основательно к нему подготавливалась. Необходимо было как-то ночью выбраться не только из комнаты и залезть в кладовую, но еще и покинуть замок, чтобы закопать подношение в снег. У почивших есть только один час после полуночи, когда они приходят в этот мир повидаться со своими родственниками. Поэтому много лет я таскала свежий хлеб и зерно, чтобы передать послание маме. Очень хотелось, чтобы она знала: ее любят и по ней скучают, хоть уже и прошло более десяти лет.

Весь день прошел ужасно нервно. Мне постоянно казалось, что вот-вот Мари или чем-то весьма довольный последнее время Пемброк заявятся ко мне и скажут: “Мы все знаем!”. Госпожа Митвелл видимо решила вообще держаться от меня подальше. Может конечно теперь ей приходилось постоянно следить за горничными и было вовсе не до бесед.

Я в очередной раз посмотрели на огромные напольные часы, которые мы с Мари нашли в одном из чуланов: сразу же решила установить их в библиотеке. Стрелки застыли на четырех часах дня и никак не хотели подгоняться моим взглядом. В очередной раз нервно вздохнула и опять взялась за подсчет расходов ткани на шторы. На прошлой недели госпожа Митвелл сообщила мне, что моя просьба постирать занавеси — настоящее расточительство. Мол многолетняя ткань этого не переживет. Пришлось идти смотреть и огорчаться, что в этом потрясающем строении местами все так запущено. За несколько недель я по-настоящему влюбилась в замок. Мне он казался каким-то сказочным и нереальным. А еще очень огромным, ведь мне до сих пор не удалось изучить даже правое крыло. Про левое я и думать забыла.

Увлекшись делами, не заметила, как подошло время ужина, на который меня всегда сопровождала Мари. Негласное правило о том, что по замку без сопровождения я не хожу, по-прежнему действовало. И сегодня это заставляло меня особенно сильно нервничать. Приведенная в идеальный порядок обеденная зала, встретила умопомрачительными запахами тушеного с овощами мяса.

Массивный дубовый стол, стулья под стать, с мягким сиденьем в цвет к зеленым портьерам. На полу был выложен новый паркет теплого оттенка в цвет к каменным стенам. Покрытие было моей гордостью. Я честно отстояла его у господина управляющего, который был категорически против любого капитального ремонта. Даже пришлось принести несколько справочников о принципах строительства, чтобы старик уверовал, что это не серьезное вмешательство в архитектуру замка.

Ела я торопясь, хотелось поскорее уйти в комнату и уже там спокойно воплощать свой план в жизнь.

Ожидание было мучительным. Мне постоянно слышались шаги в коридоре и я несколько раз в него выглядывала — убедиться, что там на самом деле никого нет. Ориентироваться во времени мне помогали маленькие часы. Они около недели назад поселились на комоде, изъятые из того же чулана. Решив, что уже точно никто не придет начала подготовку. Я открыла шкаф, который с легкой руки Мари, теперь ломился от нарядов соответствующих леди. Набрав несколько предметов одежды свернула их на кровати, имитируя спящего человека. Изобразить волосы мне было нечем и в дело пошел какой-то смешной чепец из запасов горничных. Наверное сооружать фигуру было необязательно, но это тоже было частью традиции. Чтобы папа не узнал, что я убегала ночью на улицу. Воспоминания о лорде Омалин опалили все внутри щемящей тоской. Обхватила себя руками, пытаясь как-то согреться внутри. Все, что связано с отцом отзывалось внутри теперь голодным холодом и рвало душу на части. Они даже не пытались со мной связаться.