Выгодная покупка
Шрифт:
Альдо внимательно смотрел на ее тонкую лодыжку, не делая ни малейшей попытки дотронуться до нее. Он оставался недвижим так долго, что Тина больше не могла выносить тишину.
– Ты будешь делать что-нибудь или нет?
– сердито спросила она и взмолилась про себя: лучше не надо, иначе твои пальцы сведут меня с ума.
Альдо закатал рукава, обнажая прекрасные мускулистые руки. Тине захотелось дотронуться до проступивших вен, ощутить гладкость его кожи.
– Делай что-нибудь, ради Бога, - почти выкрикнула она. Почему он не удивляется ее неистовости?
Альдо взял ее лодыжку в свои руки. Тина удивилась тому, насколько холодны его ладони. Он внимательно изучал огромный кровоподтек на нежной коже.
– Сильный вывих. Синяк будет увеличиваться, - медленно произнес он.
Альдо нахмурился, изучая место повреждения и дотрагиваясь до него чуткими пальцами.
– Должно быть, очень больно?
– Он поднял на нее внимательные глаза.
Он был прав, но не по этой причине Тина отвернулась, чтобы не встретиться с ним взглядом. Когда она смотрела на него, она воображала, как эти умелые пальцы касаются не только ее лодыжки... Это была опасная фантазия, и сердце девушки учащенно забилось.
– К тому же уродливо.
– Она решила выместить отвращение к себе на лодыжке. Тина сравнила больную ногу со здоровой - та была по крайней мере раза в три меньше!
– Я уверен, что даже если твои лодыжки будут шириной с дерево, Питер все равно будет любить тебя, - заметил Альдо и усмехнулся;
Тина оскорбилась. Он мог бы и не высказывать своего пренебрежительного отношения. Разумеется, с точки зрения самого Альдо, она никогда не будет достаточно хороша для его расчудесного друга.
– А я в этом не так уверена, - пробормотала она себе под нос, думая о том, насколько Питер любил все красивое и совершенное.
Часто, когда он называл ее самым дорогим из всего, чем он владеет, Тине становилось не по себе. Ему нравилось, чтобы его вещи находились в безупречном состоянии. Если что-то не соответствовало его стандартам, он без колебаний избавлялся от этого. Он смеялся над невестой, когда, уронив дорогую вазу, она не хотела расставаться с осколками.
– Помнишь, ты купил мне ее, когда мы поехали на антикварную ярмарку, - переживала она.
– Я хочу хотя бы что-то на память оставить.
– Она теперь ничего не стоит, - утешал ее Питер, - я куплю тебе другую.
– И он очень удивился, когда она сказала ему, что это будет уже не то.
– Естественно, потому что она будет целой, - сухо заметил Питер.
– Зачем захламлять квартиру?
А когда его жена постареет, он так же подыщет ей замену в лице более молодой и привлекательной девушки?
– Ты слишком заботишься о своей внешности и совсем не думаешь о себе самой, - услышала она голос Альдо. К своему удивлению, она обнаружила, что он безумно разозлился.
– Если человек не замечает в тебе ничего, кроме красивого личика и изящной фигурки, то это его проблема, тебе не кажется?
– произнес он ледяным тоном.
– Если тебя искренне любят, то твои физические данные не имеют большого значения.
Тина поежилась и опустила глаза. Он был совершенно прав. Но она не могла отделаться от неприятного ощущения, что Питер не был бы в восторге, увидев, что его невеста временно хромает.
– Я... Аи!
– вскрикнула она, так как его пальцы слишком сильно сжали больную лодыжку. Альдо немедленно ослабил хватку.
– Извини.
– Ничего страшного, - солгала она, так как нога болела безумно. Он недоверчиво посмотрел на девушку. Прижав ее лодыжку к колену, он методично бинтовал ее.
– Мне бы следовало попросить тебя сообщить мне, если вдруг станет больно.
– Он кинул пытливый взгляд на ее измученное личико.
– Но ты ведь все равно не скажешь, не так ли?
Тина упорно молчала. Она была готова терпеть любую боль. Ничто не могло сравниться с острым удовольствием, которое она испытывала, ощущая прикосновения его проворных рук.
– Спасибо, - тихо сказала она, когда лодыжка была надежно забинтована.
Альдо перестал разглаживать невидимые морщинки на перевязи и поднял голову. Тина заметила, что он раскраснелся.
– Не за что. Сиди, я сейчас принесу еду.
– Я думала поесть в своей комнате... Уголки его рта опустились.
– Убегаешь?
– Я не могу бежать.
– И правда. Останься, я не люблю есть один. Ни за что!
– Ладно, - услышала она свой голос.
– Хотя есть уже поздно.
– Я ем, когда голоден, - просто ответил он. Да, вполне в характере Альдо придерживаться
подобной философии, подумалось ей.
– Люди напридумывали слишком много сложностей по поводу приема пищи. Как тебе это?
– Он передал ей тарелку, наполненную всяческой снедью.
– Изумительно, - с энтузиазмом ответила Кристина.
– Мы можем притвориться, что у нас с тобой тайная ночная пирушка, как в школе, - предложил он.
– Я в своей школе на ночь не оставалась.
– Тина легко представила себе элитное учебное заведение, где получал образование Альдо. Ее школе была попроще. Как и вся ее жизнь. Они с Альдо жили на разных планетах.
– Ты хорошо училась?
– поинтересовался он.
– Не очень. Зато у меня было много друзей, ответила Тина, подозревая, что за его неожиданным интересом крылось что-то недоброе.
– Мы с Амандой всегда где-нибудь веселились.
– Почему ей было так легко упоминать имя сестры в разговоре с Альдо?
– Ты старше или младше ее?
– Младше.
– Тебе, должно быть, было очень тяжело потерять ее, - задумчиво проговорил он. Тина не ответила. Она не была готова обсуждать подобные вопросы.
– Какой она была?
– Славной. Веселой. Заботливой. Ее все любили.
– Она покосилась на Альдо.
– Я - ее полная противоположность!
– Ты более разумна?
– Альдо продолжал исследование.
– Аманда была особенной, - тихо сказала Тина, не ответив на его вопрос.
– Я бы хотела, чтобы мои дети были похожи на нее...
– Ты планируешь вскоре иметь детей?
– Питер считает, что нам не следует торопиться с этим, - вздохнула Тина.
– А ты?
– Альдо подозревал, что она не догадывается о том, насколько печально прозвучали ее слова.
– Не стоит заводить ребенка, чтобы заполнить пустоту в жизни. .
Альдо показалось, что она неоднократно повторяла эту фразу раньше. Убеждала саму себя?
– Знаешь, люди говорят, что, когда выходишь замуж за любимого человека, в твоей жизни не остается пустоты, - произнес он.