Чтение онлайн

— Значит, так и будем решать, Сергей Ильич. И не надо смотреть на меня такими удивленными глазами, я не кисейная барышня, падающая в обморок при любых незначительных потрясениях.

— Хм, — усмехнулся мужчина. — Поживём, увидим! Позвольте я вам помогу взобраться на ландо, сударыня.

Я не стала отказываться. А зачем, мужчина проявил любезность, стоит ли привередничать?

Святослав молча сел рядом со мной. За всю дорогу он не произнес ни слова, хотя я была уверена, что он для себя уже сделал определенные выводы. По дороге Сергей поделился своими мыслями о происходящем на наших землях, но обо всём я уже знала из писем и задавала лишь уточняющие вопросы. Мы так увлеклись разговором, что от резкой остановки транспорта чуть не вылетели на обочину. Встревоженно оглянувшись, я посмотрела на нашего сопровождающего, который в этот момент активировал заклинания и приготовился отражать атаки, успев поставить над нами щит.

Мы остановились в лесу, а дорогу перегораживало упавшее дерево. «А подрубок — то свежий, наверняка недавно срубленный!» — успела подумать, когда из леса стали выбегать крестьяне, вооруженные чем попало.

* Такой герб на самом деле принадлежит роду Самойловых, предком которых был польский дворянин по фамилии Сулима. В 14 веке он оказался в России, где его фамилия стала звучать на русский лад.

Люба

Человек двадцать мужчин окружили транспорт и, нахмурив брови, угрюмо смотрели на нас, но особенно изучали меня. При этом на их лицах отразилась растерянность и замешательство, ведь воевать с женщиной считалось позором и ниже достоинства любого мужчины. Да и назвать таких «сильным полом» было довольно проблематично.

— Сергей Ильич, мы не хотим причинить вам вреда, вы всегда были на нашей стороне, вот с дамочкой нам стоит поговорить, — сообщил один из мужчин, вышедший вперед. — Или боитесь?

На его лице расплылась кривая ухмылка. В его глазах сквозил откровенный вызов, а нескрываемое злорадство не предвещало ничего хорошего. Хотя страшным он не выглядел. Светлые пшеничного цвета волосы, голубые глаза, косая сажень в плечах. Предположительно занимался тяжёлым трудом, вероятнее всего работал в кузнице….

— Вы такой страшный и злой, поэтому я должна бояться вас? — спросила я и, прищурившись, оглядела с ног до головы мужчину. — Если хотите поговорить, то я не против. Выслушаю всех, для этого я здесь.

Страха совсем не было, я уверена, что смогу защитить себя и окружающих.

— А что же ваш батюшка? Испугался и послал в имение разбираться свое неразумное дитя, — громко рассмеялся мужчина?

Сзади поддержали смехом, и это больше всего задело меня. Сейчас я могла сдерживать магию, но порой эмоции могли подкачать и тут можно было орать во весь голос: «Спасайся кто может!» А я уже чувствовала, что подхожу к точке кипения.

— Его прошу не трогать, за семью глотку порву! Но вы ведь не злодей, на первый взгляд вполне разумный человек. Только одного не пойму, что могло случиться такого, чтобы на молодую хозяйку ставить ловушки, словно она зверь какой? Нужно было просто прийти в усадьбу и рассказать о своих проблемах хотя бы тому же Сергею Ильичу.

— Господин Плещеев сам был удивлён, как вы проворачивали свои делишки с управляющим, что деньги забрали у более десятка семей, а вольную никому не дали.

— Глупым вы не выглядите, тогда ответьте на один вопрос: почему будучи в сговоре с управлявшим, я рискнула приехать сюда?

— А мы не знаем, что творится в вашей красивой головке, также как в головах вашего отца и управляющего. Вы же аристократы и причисляете себя к высшей расе! Может решили подоить и остальных крестьян? — крикнул кто-то сзади.

И толпа заволновалась, занервничала, со всех сторон послышались недовольные крики.

— Да что её слушать? Она сейчас будет оправдываться и оправдывать своего отца. Бейте их! — услышала визгливый голос.

Сзади надавили, и первый ряд сделал шаг вперёд.

В этот момент я почувствовала, как Святослав украдкой засунул мне что — то в карман.

— Цыц там! — повернувшись к своим, громко крикнул главарь.

— Антип, да что ты её слушаешь, кончать надо, да имение захватить. Наверняка так найдется чем поживиться! Так и вернём награбленное, как они с нами, так и мы с ними.

— Значит так! — зло зыркнув глазами, встала, чтобы меня все видели. — Я никому не желаю зла, но оскорблений терпеть тоже не намерена, поэтому сейчас мы спокойно доезжаем до имения, там ваш главарь заходит в дом, и спокойно решаем этот вопрос.

Честно сказать, эта ситуация стала выходить из-под контроля, а в глазах крестьян все аристократы были мошенниками, обманщиками и хитрецами, угнетающими простой народ. Меня не только не слышали, а просто не хотели слушать. Для них существовала только одна правда, та, которую они выдумали для себя.

— Антип, она обманет, вызовет полицейских и всех нас упекут, а жёны с маленькими детьми останутся на произвол судьбы, — бросил опять кто-то сзади.

— Ребята! — наконец произнес Плещеев. — Я знаю графа Самойлова и его дочь, и вы его знаете давно, ваши деды и прадеды были крепостными у этого рода. Никогда не было такого, чтобы кого-то обижали или били просто так, как обычно происходило у других помещиков. А вы после того как их обманул собственный управляющий, накинулись на ни в чём неповинную девушку.

— Тут сквозь толпу протиснулся худенький мужичок и дал мне документ, в котором было написано, что увеличиваются налоги на каждую семью и со следующего месяца составят двадцать процентов от всего урожая, дальше прописывалось как можно было оплатить налог, но больше всего меня удивило другое, стояла подпись отца и печать рода. Уж я-то знала, что конкретно под этим документом его не должно быть.

— Сергей Ильич, что это? Передав в руки поверенного документ, я внимательно посмотрела в его лицо.

— Подпись, конечно, хорошо подделана, но печать находится в моем сейфе, вернее сказать, находилась. Этот оттиск настоящий, я его всегда признаю. Я надеялся, что управляющий не добрался до него, а оно вон как получается.

— Разберемся!

Обдав мужчину уничижительным взглядом, я обратилась к одному из стражников, которые молча стояли возле кареты. Еще отцом им был дан приказ вмешиваться только в том случае, когда мне грозит опасность. Сейчас же мы были под щитом.

— Егор, отодвиньте дерево!

Народ зашумел и взял нас в более плотное кольцо, только куда ещё больше, скоро на головы сядут.

— Так вы ничего не добьётесь, дайте доехать до усадьбы и там будем решать все вопросы. Антип и еще трое мужчин зайдут в дом, остальные подождут на улице.

Мужчины зашушукались.

— Да что эту девку слушать, чем она может помешать нам? — крикнул кто — то слева, остальной народ тоже зашевелился.

— Кто-то пытается снять щит! — предупредил Сергей Ильич.

Я же, оглядевшись, спокойно произнесла.