Я приду за тобой! 3
Шрифт:
— Хм… — слегка разочарованно протянула Мими. — Похоже, сестра Алисия не поганый упырь…
— Ну! Я же вам говорила! — в очередной раз возмутилась ведьмочка. — Я сама в шоке была, когда узнала, что сестра Лилит вовсе не сестра, а мерзкий кровосос!
— Прости, сестра, что подумали о тебе плохо… — вздохнула суккуба.
— Да, прости, сестра Алисия…
— Прости, сестра… — загалдели монашки.
— Да ничего, сёстры… — тут же простила своих обидчиц юная ведьма. — Кто сам без греха, пусть первым бросит камень…
— Это не из той оперы, Алис! — прошипела Мими, склонившись над ухом ведьмочки и пытаясь освободить подругу из крепких пут. — Просто улыбайся и делай малохольное лицо. Хотя, последнее у тебя и так хорошо выходит само собой… — проворчала суккуба, распутав, наконец, тугие узлы.
— Спасибо, матушка, — улыбнулась ведьмочка, потирая затёкшие запястья.
— Так! Всё — расходимся! — Мими выпрямилась и строго взглянула на своих подопечных. — Усильте патрули, почитайте молитвы… И по монастырю по одному не ходите, а то мало ли что…
Монахини покорно кивнули, развернулись и неторопливо, гуськом, словно пингвины, двинулись к выходу, гремя по полу кольями и вилами.
— Матушка? — обернулась уже в дверях одна из монашек, симпатичная, со слишком молоденьким и простоватым личиком.
— Да?
— А что, если упырь заразил кого-то из наших сестёр? Ну, что если кто-то из сестёр обратится в мерзкого кровососа?
— Пф-ф-ф! Сестра, вампирами так не становятся, — со знанием дела выдала Алиса. — Ими рождаются!
— Сестра Алисия права, — незаметно наступила на ногу Алиске Мими. — Вампиры не заражают людей — это суеверия. Иди сестра, почитай «Отче наш», успокойся. Мы вычислили поганую кровососку — больше она тут не объявится.
— Точно? — с сомнением произнесла монашка.
— Точно! Ступай!
— Хорошо, матушка… А, забыла сказать, матушка… — снова обернулась уже почти исчезнувшая за порогом монашка.
— Да? — вздохнула Мими.
— Там к вам снова епископ пожаловал.
— Епископ? — нахмурилась юная герцогиня Каннингем. — Снова?
— Да. Епископ Фелипе, который в прошлый раз к вам приходил.
— А когда это было, не напомнишь?
— Позавчера вечером.
— Спасибо, сестра… — задумчиво кивнула Мими.
— Он ожидает вас в саду.
— Угу… — пробормотала суккуба, дождалась, пока двери за последней монашкой захлопнутся и повернулась к подруге.
— На ловца и зверь бежит! — усмехнулась рыжая ведьмочка.
— Знаешь, как пройти в сад, рыжая?
— Конечно, матушка!
— Не дурачься.
— Как скажете, матушка…
— И это… — Мими замялась.
— Да?
— Молодец, неплохо сыграла.
— Да я сама в шоке! — Алиска растянула на своём лице счастливую улыбку и вытаращила глаза. — У меня аж сосочки встали от возбуждения!
— Дура! Ох и дура… — покачала Мими головой и распахнула дверь, пропуская ведьмочку вперёд. — На выход!
— Не, ну а чё? Адреналин знаешь как желание подстёгивает? — не переставала тарахтеть ведьмочка. — У меня даже трусики все взмокли.
— Нужно было дать монашкам на кол тебя насадить, — вздохнула Мими.
— Эй! Лучшую подругу и на кол?
— Ладно, пошли уже, лучшая подруга.
— Хотя, — наморщила ведьмочка лоб, сворачивая на очередном повороте длинного и тихого коридора, — если подумать…
— И почему я уверена, что ты сейчас очередную глупость сморозишь?
— Если подумать… Зависит от кола… Вот, например, от…
— Рыжая, ты уймёшься уже? — прошипела юная герцогиня и торопливо попыталась сменить тему, зная, по-другому Алиску не заткнуть. — С Лилит всё хорошо, как думаешь?
— Да что с ней станется? — отмахнулась ведьмочка. — Отсидится в городе, дождётся нас… Мы с ней обговорили это вариант на случай, если кого-то из нас раскроют.
— Хм… Ну хорошо… Куда дальше? — остановилась Мими на перекрёстке.
— Да вон там, — кивком головы указала Алиса. — По лестнице вниз и направо…
Две подруги спустились по лестнице, вышли через боковой ход, обогнули монастырь справа, умудрившись не встретить по пути ни одной из многочисленных монахинь, и вышли к ухоженному, красивому саду с карликовыми деревьями и ровно подстриженными кустами. По длинной, словно под линейку вымеренной аллее, заложив руки за спину, неторопливо прохаживался пожилой мужчина в пурпурной сутане епископа и фиолетовой круглой шапочке на голове.
— Матушка… Агата… — увидев настоятельницу и запнувшись всего на миг, просиял епископ, протянув руку для поцелуя.
— Ваше Превосходительство! — склонив голову и почувствовав тёплую, но жёсткую руку на своём затылке, Мими на две секунды приложилась губами к тыльной стороне ладони епископа.
— Прогуляемся, дочь моя? — указал епископ рукой вдоль аллеи.
— Как прикажете, Ваше Преосвященство… — покорно повиновалась суккуба, неторопливо двинувшись по аллее рядом с епископом, не обращая внимания на безмолвно пристроившуюся метрах в пяти позади Алису.
Давно Мими не видела его так близко…
'Отец… Чарльз говорил, что убил его, — задумчиво нахмурилась, погрузившись в свои мысли, юная герцогиня Каннингем. — Но он жив и сейчас он перед ней… Рядом с ней. Как такое возможно? Может Чарльз ошибся? Хотя, он не мог… Мог вообще паладин, священный рыцарь, воин света убить епископа?
Убийство епископа — это страшный грех, это прямое отлучение от церкви и потеря всех своих сил. Священный рыцарь клялся защищать церковь и иерархов, и ни в коем случае не поднимать на них руку. Если только… — Мими искоса глянула на профиль своего спутника и его нос с горбинкой.
Рыцарь мог пойти против епископа, если только тот открыто служит дьяволу, сдает город врагам, берёт взятки, или, как в хрониках, обвиняется в колдовстве. А чтобы убить… Чтобы убить епископа, без суда и следствия, Паладин должен быть точно уверен, что тот предал веру, стал отступником или слугой зла. Тогда это не грех, а «праведное очищение». Но почему ты не сказал ничего об этом, отец… Чарльз…
Чёрт! Чарльз! В какие игры ты играешь? Убил ты епископа или нет? И кто ты такой, в таком случае, Великий инквизитор, профессор философии, епископ Фелипе?'