Я разорву эту помолвку!
Шрифт:
Бум!
Джеймс неловко попятился и опрокинул небольшой столик с вазой.
— Ничего страшного, она декоративная. Было бы обидно, если бы ее ценность была высокой, — успокоила я напряженного мужчину, рассматривая осколки на полу. — Тогда я сейчас позову служанку, чтобы она принесла бумагу и чернила… Что с вами, вам не хорошо?
— Да… Нет… Мне нужно передохнуть, я проделал долгий путь…
Пока что мой жених пулей вылетел прочь, оставляя распахнутой дверь гостиной. Внутрь заглянула Лара. Она что, стояла там все это время?
— Леди, все в порядке?
Я пожала плечами. Кто бы мне самой ответил? Но хотя бы чек отдала. Уже одно это событие можно отпраздновать.
Я вернулась в свою комнату и продолжила чтение романа, который мне посоветовала Клара, про рыцаря и даму в беде. Странно, но пока что мне нравился и сюжет, и сами герои. Но в этот вечер в голову то и дело лезли посторонние мысли. Устало убрала книгу, сосредоточится на сюжете было невозможно.
Джеймс решил остаться в поместье «погостить», дворецкий выделил ему комнату в которой он останавливался и в прошлый свой визит. К ужину мужчина спустился с непроницаемой маской отрешенности на лице.
Я думала он с радостью воспримет мою протянутую оливковую ветвь в виде предложения расторгнуть помолвку и не думая подпишет договор. Но кажется что-то ему мешало.
Разговор во время общего застолья не клеился, и после ужина все разошлись по комнатам.
На следующий день — есть плюс в том, что Джеймс узнал во мне Марлу, нет необходимости красится и завивать волосы, можно ходить как обычно, — Джеймса за завтраком я не застала.
— А, они во дворе, — бросил отец ответ на прочитанный в моих глазах вопрос, и продолжил потчевать свой желудок овсянкой, а глаза — свежей газетой.
С любопытством вышла наружу, кусая на ходу яблоко. Я не отношусь к тому типу людей, что предпочитают плотный завтрак.
— Сдавайся! — Томас теснил из круга усмехающегося Джеймса. Его клинок валялся за пределами плаца. В отличии от вооруженного брата. Но не думайте, что я переживала за жениха. Он не выглядел как человек, который легко бы сдался. Да и кто поверит, что ветеран войны способен проиграть мальчишке?
Я спиной оперлась об угол сарайчика, где хранились различные принадлежности для ведения боя, и принялась наблюдать издалека.
Противники были примерно одного роста, но разной комплекции. Джеймс был в одной нательной майке с длинным рукавом, он вспотел, ткань плотно прилегала к телу и подчеркивала его выдающиеся мышцы.
Томас же был худощавым, но поджарым, сразу можно было понять, что он уже не ребенок, но еще и не взрослый мужчина.
Контраст налицо. Не только во внешности, но и в самой ауре соперников. Томас был чересчур беспечен, а Джеймс словно змей следил за каждым его движением, дожидаясь подходящего момента. Только вот был он заинтересован в победе иного толка.
— А ты не плох!
— Ну еще бы, сестра мне спуску не дает. Слышал, что сказала вчера? А я всего-то лишь про ее волосы спросил.
Томас вздохнул, и взъерошил собственные пакли одной рукой, при этом не забывая угрожать нашему гостю мечом.
Мое присутствие пока еще оставалось незамеченным. Кажется, брату еще нужны уроки с мастером, потому что он совершенно уверился в своей победе в том время как Джеймс использовал болтливость Томаса в свою пользу.
— Да?
— О, еще бы! Она все еще видит во мне ребенка! Думает, что я могу дать себя в обиду, а я ведь уже вырос, да и кто теперь посмеет надо мной издеваться, а?
Я уронила свое лицо в подставленную ладонь. И кто тебя, скажи на милость, тянет за язык, братец?
— Хм?
— Они с отцом все еще считают меня ребенком! Пекутся! Брат, быстрее женитесь и забирай ее отсюда, хоть вздохну спокойно…
Кому-то крышка. И кто это тебе здесь брат?
Мой жених усмехнулся и покачал смешливо головой. Он принял позу поудобней, незаметно для Томаса шагнул в сторону, брат же последовал невзначай следом. Слова Тома о свадьбе он пропустил, но уловил другую суть:
— Вот как. Кажется, Флоренс о тебе сильно беспокоится… Я же ее не волную…
Ха, думаешь, сможешь разжалобить моего непробиваемого брата? Усмехнулась, Томас не может похвастаться чуткостью по отношению к незнакомцам! Хоть в этом я не сомневалась. Он любит болтать о себе, но секреты чужие хранить способен…
— Тут ты ошибаешься. Стала бы она тогда помогать армии, если бы не ты? И вот еще, в вашу дивизию бронежилеты — как она их назвала — поступили первыми. Так что не заблужда…
— Что? Что ты имеешь в…
— Томас!
— Сестра… — брат сконфуженно поморщился.
Клянусь, я сама его огрею деревянным тренировочным мечом, если он и дальше будет молоть языком.
Вздохнула и подошла к тренировочному кругу под внимательным взглядом Джеймса. Сама же предостерегающе встретилась глазами с Томом. Болтун.
— Ты уже давно проиграл, хватить распинаться. Кажется, тебе еще многому стоит поучиться у мастера Вогана.
— О чем ты? Я выигрывал! — воззвал обиженно с явным недоумением на лице Том, размахивая подобие меча из крепкого дуба.
Я кивнула на его ноги.
Пяткой левой ноги он стоял на линии круга.
Томас выругался.
— Эй, — я схватила его за ухо. — Не выражайся!
— Да кто бы говорил! Стоит письму из дворц… А-а-а-й!
Томас, язык-помело, я потянула сильнее. Вот оторву тебе ухо, будешь знать. А ребенком он был таким милым, эх.
— Сдаюсь-сдаюсь. Отпусти.
Брат тер покрасневшее ухо, а я смущенно потерла шею под насмешливым взглядом Джеймса. Хорошее мы ему устроили шоу.
— Вы довольно близки с братом.
Томас поспешил избежать бури и скрылся с глаз моих в доме.
— Ну, как и все братья и сестры, — я пожала плечами, благополучно забыв слова Тома о том, что он просил Джеймса жениться и избавить его от моего пристального и постоянного присутствия и надзора.
— Неплохой тренировочный плац у вас получился, — Джеймс кивнул в сторону площадки.
— А, да, Томасу ведь нужно тренироваться, он обучается на дому, но мы с отцом стараемся дать ему все, чтобы он ни в чем не отставал от сверстников.