Чтение онлайн

— Хотите сделать из Кэтрин наживку? — спросил Аластер, и, если бы Сэмюель прислушался, а Лаверна не кусала губу, недовольно размышляя о быстротечных событиях, они бы заметили в голосе Великого некоторое… негодование.

— Не мы сделали из неё наживку, — произнёс Сэмюель, повернувшись, — две парящие карты тут же плавно опустились на стол, а луч света постепенно исчез за грозными тучами, словно скрывшись после выполнения своей миссии. — Древние воины сделали это без нас. Мы знаем, как заставить врагов молчать. Лишь четыре стихии смогут навеки их уничтожить, ведь именно они и породили их. Aeterna historia[3]. Никто с этим не справится лучше, чем маг, обладающий сразу четырьмя стихиями.

— Но тогда она погибнет, — заметил Аластер. — И мы не сможем воспользоваться её силой.

— Древние воины могут доставить нам куда больше проблем, — равнодушно произнёс Сэмюель. — Да к тому же помимо Кэтрин появились и другие хранители. Лидия не сможет долго прятать их.

— Замечательные новости, — довольно усмехнулась Лаверна. — Всё складывается как нельзя хорошо!

— А что же с Артефактами? — снова спросил Аластер. — У нас на руках нет ничего.

— Да, veteres, когда-то у нас уже была Корона, но нас одурачили, — сказал Сэмюель. — Но это не повторится. Мы узнали о том, что в Витэго хранительницы не сидели без дела. Они отыскали некое яйцо, и я с уверенностью могу сказать, что это один из Артефактов. Лидия прятала его у себя, там, куда мы не можем попасть. Однако благодаря нашим верным клевретам мы имеем представлением о том, что происходит в Витэго. Пусть все будут уверены в том, что у них преимущество. Придёт время, и мы отберём то, что принадлежит нам.

— А как же Рафел? — словно бы выплюнула это слово Лаверна, поморщившись. — Жалкий предатель идёт за нами хвостом.

— Он лишь тот, разум которого затуманен гневом. Alea jacta est[4]. Он не помешает нам. Случится то, что должно. И нет пути назад!

Чёрные тучи столкнулись в небе над дворцом, за чем последовал жуткий грохот. Ветер взбунтовался и завертелся как безумный и вдруг ощутил присутствие чужого… Однако чужак в мгновение ока исчез, словно бы растворился в воздухе. Он не оставил после себя и следа, сливаясь с мраком, окружившим дворец.

Ноктис смог услышать необходимое, и он решил, что время пришло.

[1]Damant quod non intelegunt (лат.) — осуждают, потому что не понимают;

[2]Veteres (лат.) — друзья.

[3]Aeterna historia(лат.) — вечная история;

[4]Alea jacta est (лат.) — жребий брошен.

От всего случившегося я едва сумела совладать с собой. Всё тело болело и жутко чесалось, а сердце с неистовой силой билось в груди, словно хотело выбраться наружу. Я чувствовала, как слёзы рвались наружу, отчаянно пытаясь их сдержать, и слабо потянулась к Артёму, крепко прижимая к себе, несмотря на боль, всё ещё сомневаясь, что он реальный.

Как же я была рада увидеть его. Наконец-то, я была не одна, уверенная в том, что мой друг поможет мне во всём разобраться.

— Кэт, ты выглядишь ужасно, — раздался его приятный голос, а руки аккуратно оттолкнули меня, осматривая. Я с досадой усмехнулась, даже не представляя, что он видел. — Откуда у тебя все эти покраснения?

Я молча посмотрела на свои руки: в некоторых местах действительно виднелись покраснения от лёгкого ожога, а ещё я чувствовала неприятную боль на лице и даже под одеждой. И тогда же с изумлением заметила, что кофта, куртка и легенсы ни капли не пострадали от огня. Да они были всё ещё мокрыми!

Я тут же подняла глаза, осмотрев деревья вокруг, и окончательно убедилась, что и те находились в полном порядке. Такое чувство, что со мной воображение сыграло злую шутку. Но ведь весь лес горел! Тогда почему же пострадала только я?

— Что случилось, Кэт? — заметил моё полное замешательство Артём.

— Здесь всё было в огне, — только и выдала я от удивления.

И злобно сжала ладони в кулаки, превозмогая боль, чувствуя себя как никогда слабой, несмотря на мои довольно могущественные силы, о которых узнала. Я точно повелевала водой и воздухом… но что насчёт огня и земли? И почему же нельзя было их использовать? Может, это было ловушкой?

Артём вдруг сам настойчиво обнял меня, аккуратно, стараясь не касаться чистой кожи.

— Прости, — прошептал он. — Прости, что опоздал.

Я подождала, пока он отпустит меня, а затем поднялась с его помощью. Еле устояв на ослабевших и дрожащих ногах, стиснула руку друга — она показалась мне брошенным спасательным кругом в глубоком океане. Однако куча вопросов заполонили мой разум, и я, не удержавшись, воскликнула:

— Артём, как ты здесь оказался? Почему ты здесь? И что значит «опоздал»? Ты обо всём этом знал?

— Вы сейчас лопните от вопросов, миледи, — усмехнулся он, как самое наглое существо на планете, но после заметно поник, явно о чём-то вспомнив. — Я не знал, что именно произойдёт, лишь догадывался, да и то всё случилось слишком быстро.

— Но как это понимать? Ты ведь уехал к бабушке… позавчера вроде как.

— Хм, а ты находилась в Лунменске в это же время, — заметил мой друг, и я прикусила язык.

У нас обоих было много вопросов друг к другу. Вот только вряд ли он поверил бы в мою историю. Параллельный мир! Магия стихий! Да шуту дайте такой номер — на смех поднимет всех.

От отвратительного жжения по всему телу я в очередной раз скривилась и стиснула зубы. Терпеть. Артём вдруг потянул меня за руку глубже в кусты. Я невольно ойкнула от боли. Друг на бегу приложил палец к губам, а затем затащил за толстое дерево рядом с густой зарослью. Мой друг находился как никогда близко, и почему-то от этого мне хотелось скорее провалиться под землю.

Я выглянула из-за дерева, чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей, и глянула туда, куда смотрел мой друг. Моё сердце пропустило удар. Около того места, где мы стояли некоторое время назад, ходила высокая бледная женщина с голубыми заплетёнными в хвост волосами, в грязном топике и порванных до колен штанах. Ещё тогда, возле башни Гластонбери, мы с ней впервые столкнулись. Казалось, будто кто-то поднял её из-под земли, нагло потревожив покой.

Женщина равнодушно обошла поляну, осматривая всё вокруг. От неё, признаться, у меня мурашки бежали по коже. Я поспешно отвернулась, не желая больше наблюдать за той. И закричала.

Артём от неожиданности повалился назад. А пожелтевший грязный скелет без головы позади него стоял так, словно являлся декором. Но вот его костлявые руки потянулись к нам, окончательно доказывая, что он являлся вполне себе живым.

Я быстро поднялась, внимая ударам бешеного сердца. Артём сам мгновенно вскочил и, поняв, что к чему, оттолкнул скелет ногой. Тот окончательно рассыпался, и так едва держась целым. Краем глаза я заметила бегущую в нашу сторону голубоволосую женщину, а в следующее мгновение Артём потянул меня за руку прочь.

— Девчонка! А ну стой!

Я неслась, казалось, не хуже гепарда, словно за мной бежала целая армия скелетов, и даже не замечала боли, как и корней деревьев, из-за чего пару раз чуть ли ни падала, спотыкаясь. Артём помогал мне в таких моментах, крепко держа за руку, и мы снова бежали вперёд.

Когда мы, наконец, остановились, я поняла, что мы находились с другой стороны холма. Башня Гластонбери всё также безмятежно возвышалась, и на самом холме я не разглядела ни Эрика, ни Джона, ни кого-либо ещё.