Язык за зубами
Шрифт:
Пока девушка пребывала в участке, в ожидании или беседуя со следователем, она наблюдала картину, мало чем отличавшуюся от того, что видела в супермаркете. Такие же люди, такие же уставшие, такие же ворчливые, но всё равно работящие.
Полицейские оказались недовольны тем, что Диана и Кирилл сразу не обратились в полицию. Информация о том, что Кирилл ранее сообщал береговой охране о браконьерском судне и работорговцах, у них имелась, но из-за того, что парень был не в себе долгое время, вменяемого заявления у них так и не появилось. Подозрения Кирилла, что полицейские за взятку сдадут его работорговцам, вызывали у них раздражённый прищур, хмурые морщинки на лбу и гневно поджатые губы. Впредь Диану попросили о любых подозрительных вещах немедленно сообщать, чтобы вовремя отреагировать на действия преступников.
Однако дело застопорилось. Оно и понятно. Все ниточки вели далеко за рубеж. Люди, которые исполняли поручения мафии в местном захолустье, были не более чем наёмниками, они ничего не знали о заказчиках. Диана понятия не имела даже, поймали их или нет, но это было уже неважно. Скоро она переедет и забудет обо всём этом, как о страшном сне.
Когда Кирилл выздоровел, он вышел с Дианой на связь.
«Всё ещё жив», – написал он вместо приветствия.
Вместе с этими словами он отправил Диане своё фото из больницы. Он опять исхудал и был бледен, как мел, со всех сторон его окружала какая-то медицинская аппаратура, а на лице была кислородная маска. У Дианы сердце кольнуло от этого зрелища.
«Как ты себя чувствуешь?» – спросила она.
«Сейчас мне лучше, но было очень плохо. А у тебя как дела? Ко мне приходили из полиции. За тобой опять охотились?»
«Да, к нам домой опять вломились. Повезло, что полиция пришла одновременно с головорезами, иначе была бы мне хана».
Кирилл долго не отвечал на это сообщение, видимо, распереживался.
«Тут моя мама рядом, просит прислать ей чек за сломанную дверь», – написал он, явно застеснявшись дотошности матери.
«Ой, я совсем забыла про это!»
О деньгах Диана последние дни совсем перестала думать. Она и не заметила, каким облегчением стало перестать считать каждую копейку и просто жить, наслаждаясь самим фактом, что ты жив и можешь ходить и дышать.
Как и договаривались, Диана выслала матери Кирилла все чеки, которые у неё накопились за время выхаживания её сына. Конечно, это было не совсем честно, ведь за одежду и за терапевта платила не Диана, а её подписчики, но девушка сочла справедливым таким образом компенсировать свои траты на лекарства, еду, разъезды, а главное – за моральный ущерб. А может, это был и не ущерб вовсе? Диана задумалась об этом и сочла, что, несмотря на все риски, эта судьбоносная встреча стала толчком для её личностного роста. Но страх-то какой! Можно было и инфаркт ненароком схватить!
Мама Кирилла лукавить и юлить не стала и заплатила за всё, что Диана не постеснялась упомянуть. Диана с улыбкой довольного объевшегося кота смотрела на крупную сумму на балансе карты. Хоть она понимала, что все эти деньги растают за время переезда, было просто приятно осознавать, что это не какая-то фантастика, а вполне осязаемая реальность – у неё могут быть такие деньги, это физически возможно.
Мама, правда, сразу стала клянчить. То починить, это прикупить, тут обновить. Диана отнеслась к этому с терпением, в очередной раз поймав себя на мысли, что мать и дочь словно поменялись ролями. Хотелось пройтись по магазинам, устроить грандиозный шопинг, побаловать себя тем, что раньше всегда было далеко за пределами досягаемости. Но всё ещё не отпускал страх лишний раз высовываться из дома. Мама даже на работу ходила, трясясь, как осенний лист на ветру, и каждый раз вспоминала, что в её-то возрасте пора бы уже иметь официальное завещание, хотя вообще-то старой она ещё не была.
Выручала доставка на дом. Но далеко не все просьбы матери Диана выполняла. Она то и дело напоминала, что эти деньги отложены на переезд. И каждый раз намекала маме, что надеется увезти её с собой. Немолодая женщина боялась большого города и опасалась не найти там работу, а ещё она переживала, что Кирилл опять втянет дочурку в какую-нибудь жуткую историю.
Диана продолжала общаться с Кириллом. В начале весны он вместе с матерью уехал в Москву. Он всё ещё был не до конца здоров, и мать настаивала на более качественном лечении и более квалифицированных врачах. Кирилл обещал, что, как только поправится, поможет обжиться на новом месте, если, конечно, Диана решится на переезд. Маму это предложение помощи не убедило. Девушка отчаялась и смирилась с тем, что переезжать придётся одной.
Когда она уже паковала вещи, готовясь к перелёту, Кирилл напомнил, что просил видеозапись его рассказа. Его мама никогда не была большой любительницей торчать часами в интернете, тем более на Ютубе или в Тик-Токе, и она была не в курсе ажиотажа вокруг её ребёнка, и то злосчастное видео ей на глаза пока не попадалось. Диана вздохнула и вытащила ноутбук, который уже успела замотать в защитную плёнку. Ей было заранее жалко и самого Кирилла, чьи душевные раны опять потревожили, и его маму, которой предстояло открыть для себя страшную правду.
«Как она?» – осмелилась спросить Диана лишь на следующий день после отправки видео.
«Плачет», – коротко ответил Кирилл.
Диана поняла, что ему снова трудно общаться, и оставила его в покое.
У неё у самой сегодня был волнительный день – первый в жизни полёт на самолёте! Сейчас она очень жалела, что рядом нет Кирилла, он точно в аэропорту ориентировался лучше, чем она. Но компанию ей составляла только мама.
Диану всё время преследовало ощущение, что сотрудники аэропорта смотрят на них как на презренных бомжей. «Ничего не знают, ничего не понимают, десять раз им всё объясни, расскажи да покажи. Дикари, одним словом!» – таким виделся Диане поток мыслей в головах работников.
Привыкнув к этому белому шуму из негатива в голове, Диана сосредоточилась на главном – не ошибиться и всё успеть. Никаких неприятностей не случилось. Она тепло распрощалась с матерью, которая вновь провожала дочь далеко от дома и страшно переживала, а затем Диана взошла на борт.
«Вау! Прям настоящий самолёт! Я полечу на нём в Москву!» – не верилось ей. Было, конечно, немного страшно, но после всего, что Диане пришлось пережить, этот страх казался таким незначительным. Почти всё время полёта Диана смотрела в окно. Это её первый в жизни полёт, как можно было упустить возможность сесть у окна и поглазеть!
Пока она рассматривала мир с высоты, в голове проносились воспоминания и строились планы, а всё время, что она не любовалась видами, Диана дремала. За время полёта она поняла, что её руки перестали наконец-то автоматически тянуться к телефону каждые пять секунд. «Всё-таки это приключение пошло мне на пользу», – сделала она вывод о пережитом.
Лететь пришлось около десяти часов. Диана поверить не могла, что это возможно – так быстро оказаться на другом конце страны. Почти телепортация! Прилетела она рано утром. Кирилл хотел встретить её сам, но его совсем залечили и до сих пор не выпускали из больницы. Он попросил какого-то старого друга встретить её.
Это оказался панковатого вида парень, помятый и сонный. Было непонятно, он ещё не ложился или проснулся полтора часа назад.
– Привет, я Диана, – чуть смущённо поздоровалась она.
Вообще-то они уже познакомились в интернете, и Диане сразу стало неловко, что она зачем-то представилась снова. А парня звали Костя.
– Привет, пошли, – сонно промямлил он.
Судя по виду, он был сверстником Кирилла. Диана отметила, что новый знакомый не производит впечатление богатого человека. Вероятно, по уровню достатка он был как раз ближе к Диане. Это немного обнадёжило: она убедилась, что Кирилл действительно способен дружить с кем-то вроде неё. На полпути до квартиры, где Диана собиралась остановиться, пока не определится с постоянным жильём, Костя и вовсе попросил её купить ему энергетик, иначе он грозился уснуть прямо на тротуаре.