Чтение онлайн

— Присаживайся, дитя, — Фея пригласила Принцессу за небольшой овальный столик чёрного дерева, и сама села напротив.

Натюрморт был впечатляющий: все сорта икры, перепелиные яйца с омаром и трюфелями, мраморная говядина, грибы мацутаке, живые устрицы с лимонным соком, филе — миньон, тёплый лобстер по-летнему, королевская дыня нарезанная дольками, на золотом блюде красовались грозди винограда «Римский рубин», клубника с бизе и сливками, несколько бутылок розового шампанского дом периньон и кристалл брют, коньяк «Генрих четвёртый», и большой графин с водкой Дива премиум.

Кобольд и Заяц обсели Фею с двух сторон, и не дожидаясь особого приглашения, каждый сам себе, наполнили бокалы.

Заяц откупорил бутылку коньяка, налил пол бокала, и макал в него язык морщась от удовольствия, Кобольд же предпочёл водку, налил полный коньячный бокал и осушил его залпом, срыгнул, и закусил устрицей.

Но стоило Фее взяться тоненькими пальчиками за ножку бокала для шампанского, обое голодных животных, вскочили со своих мест, схватили по бутылке шампанского, и отпихивая друг друга горлышками бутылок, наполнили бокал игристым напитком, да так, что аж пена пошла через края.

Закатиглазка не к чему не прикасалась, хотя Заяц с Кобольдом чавкали так соблазнительно.

— Скажи, добрая крёстная, — попросила Принцесса — а правду ли говорят, что Козлинная ведьма, твоя сестра, единоутробная?

— Правду, — ответила с лёгким вздохом Фея — и, боюсь, это моя вина, что она стала такой. Я так Из-за этого переживаю, места себе не нахожу, — Фея сделала маленький глоток шампанского и повела рассказ — Когда моей сестре исполнилось шестнадцать лет я решила взять её с собой на бал. Она, так, обрадовалсь, весь день не могла усидеть на месте, выбрала лучшее кринолиновое платье и изумрудную тиару, крутилась перед зеркалом как юла, переспрашивала у меня имена всех кавалеров, которые будут на балу, рассчитывала на пальцах с кем она будет танцевать первым, с кем вторым, и так далее. Успела, даже, определиться кому позволит проводить себя домой. И, вот, настал долгожданный час, она вся трепетала, когда мы входили в бальный зал, но, к сожалению, на этом её счастье и окончилось, никто её не приглашал, я пыталась успокоить сестру, говоря, что бал, только, начался, что нужно подождать, кавалеры, ещё, не напились и робеют. Время пошло за полночь, все, уже, изрядно надрались, но претендентов всё не было. На этот случай, у меня была заготовка, в виде танцора — стриптизёра, которому я заплатила, за то, что бы он взялся развлекать мою сестру, но когда я сказала ему, что пришла пора, он просто вернул мне деньги, и добавил, что сам доплатит, ещё, столько же неустойки, но, даже, под пулемётом не подойдёт к моей сестре. Бал, уже, подходил к концу, близился рассвет, когда разыгралась, самая ужасная часть трагедии. Сестра, поняв, что не только, танцевать, но и проводить её домой никто не рвётся, начала громко мекать, перекрикивая музыкантов, приставила выпрямленные указательные пальцы к вискам, и принялась скакать по залу, распугивая танцующие пары, я пыталась успокоить её, но она меня не слушала, только продолжала мекать по-козлинному, остановившись в самом центре зала, она прокричала, что отныне и во веки веков, все мужики козлы, прокляла их, и исчезла со вспышкой молнии. С тех самых пор она предалась чёрной козлинной магии, и не разговаривает со мной.

Фея пальчиком смахнула слезинку с длинных ресниц и продолжила:

— Я сразу поняла, что вы её повстречали, на тебе её волшебные шлёпанцы «Пынеходы».

— Так они всё — таки волшебные!? — оживилась Закатиглазка — Ео есть я могу загадать желание, ударить каблучками друг о друга и оно сбудется?

— Конечно, нет, — опровергла Фея — какая глупость! Просто, в рекламе сообщалось, что эти «Пынеступы» лечат сколиоз и плоскостопие, спешите заказать, всего за 9. 99, а по мне, если обычные шлёпанцы лечат, хоть что-нибудь, то они должны быть, не иначе, как волшебные, или тот кто их покупает не вполне адекватен.

— То есть вы не придерживаетесь идеи, что все мужики козлы? — уточнила Закатиглазка.

— Напротив, я считаю, что это прекрасные и полезные существа, — Фея подняла опустевший бокал, и Заяц с Кобольдом, вновь, трясущимися руками наперебой наполнили его шампанским — всё, что ты видишь здесь создано ими ради меня и для меня. Отчего же мне их за это не любить?

— Да — да, всё для Вас, — затараторил Заяц и взял ручку Феи в свои лапы — Я, старый заяц, и не знаю слов любви.

Тут же на колени к Фее забрался Кобольд с трюфелем на серебряной вилке, и обхватил её своей лохматой рукой за тонкую талию.

— Богиня, на что вам этот старец? — Кобольд кивнул в сторону ошарашенного от такой наглости Зайца-то ли дело, я — прирождённый начальник. Мне, сейчас, настойчиво предлагают пост министра, у Короля Многоземельного, а для министра нет ничего невозможного, когда речь идёт о такой как вы.

— Брехло! — завопил Заяц — Это я буду министром, а ты, всего — лишь, мой зам, и я тебя, вообще, премии лишу, на год, а потом выгоню! Не слушайте этого бонвивана, моя Лилит, это презренный голодранец, а я вам буду подарки дарить!

— Я не принимаю подарков от незнакомых мужчин! — строго ответила Фея, и добавила — Если это, конечно, не Лексус.

— Не верьте старику, — продолжал обхаживать Фею Кобольд — Я быстро подсижу этого дурня, клянусь вам, за неделю должность будет моя! И кроме того, что он может? Благо, этот шизоидный старик не носит штанов, бесстыдник, и всё можно оценить, посмотрите сами, там же нечего взять.

Заяц стыдливо скрестил задние лапы.

— Я же, другое дело: красив, богат, умён, молод, — Кобольд взял руку Феи и принялся целовать её жирными губами.

— А я! А я! — от волнения Заяц встал на стуле — Я, ведь, и жениться могу! С вами, моя Лилит, хоть сейчас под венец!

— Пошёл вон! — злобно прошипел Кобольд и выдернул из лап Зайца руку Феи — Она моя!

Заяц снова потянулся к Фее, Кобольд мгновенно слез с коленей, свернул кулак и сунул Зайцу под нос.

— Чем пахнет? — задыхась от ярости спросил Гном — Сказано тебе, она моя, косоглазый засранец!

— Ах так! — Заяц схватил столовый нож и заголосил — Это дуэль! Вангард!

— Милиция! — завопил Кобольд спрыгнул со стула и бросился бежать вдоль бассейна, за ним, размахивая ножом, погнался Заяц.

— Разве, можно называть их козлами? — снова обратилась к Принцессе Фея, указывая на дуэлянтов — Козлы — животные своенравные, наглые и независимые, а мужики, это великолепные болванчики.

— Мне плевать на них, — сказала Закатиглазка — для меня существует, лишь один мужчина во всей вселенной, мой несравненный богоподобный супруг Король Многоземельный!

— А хочешь я научу тебя своему волшебству? — проникновенно спросила Фея — С ним Король будет у твоих ног, будет выполнять все твои прихоти, носить тебя на руках, и возить в лимузине.

— Что же ты сестру свою не научила? — недовольно поинтересовалась Принцесса — И нет ли у тебя пачки мивины, она мне милее всех твоих разносолов.

— Мивины? — удивилась Фея — Что это? А с сестрой, увы, настолько всё запущенно, что магия там бессильна. А, вот, у тебя есть задаток, ты умеешь лучше всех в мире закатывать глаза, с этим можно добиться успеха.

— Что ты подразумеваешь под успехом? — Закатиглазка чувствовала, что крёстная не нравиться её всё больше.

— Это драгоценности, люксовые авто, платья от валентино — Фея постукивала ногтиком по хрусталю бокала.

— Экая невидаль! Платья от Валентина! — огрызнулась Принцесса — У меня платье от свекрови, она его носила в юности, но я же не хвастаюсь этим перед каждым встречным!

— Это не совсем то. — попыталась возразить Фея.

— Как раз самое то! — перебила Закатиглазка — Самое то! Я не хочу, что бы муж давал мне всё чего я пожелаю! Я хочу, что бы он был самовлюблённым, беспардонным, грубым эгоистом, что бы ему были безразличны мои интересы, что б он мог, без зазрения совести, отходить меня плетью, хоть дома, хоть на людях, выбросить на улицу за ненадобностью, эксплуатировать как рыбыню!