Чтение онлайн

Собрав всю силу воли и эту ярость, вложила их в удар. Один-единственный на который хватило сил! Мою руку прошило колючей болью, словно в руке оказался закоротивший кабель. Импульс прошёл по моей руке и впечатался Аарону в ухо, оглушив его.

Мужское тело повалилось на меня, придавив к койке. Адреналин, казалось заменил кровь, но даже это не помогло мне скинуть Аарона на пол. Таким тяжёлым он был!

В итоге кое-как получилось выползти из-под него. Я упала на пол и на четвереньках поползла в угол крохотной каюты. Мужчина лежал без движения. Неужели я его…?

Автоматическая дверь отъехала во внутреннюю обшивку корабля. В и без того маленькое пространство ворвался взбешённый Дик. Заметил меня, забившуюся в угол, своего партнёра, лежащего на койке и выругался.

Подошёл к нему. Проверил пульс и немного расслабился. Потом повернулся ко мне.

— Что здесь произошло?

Отвечать я не собиралась. Разговаривать с этим монстром мне совершенно не хотелось, да и объяснить ничего я не могла. Потому что сама не поняла, как мне удалось вырубить настолько превосходящего противника!

Дик перевернул Аарона на спину, заметил расстёгнутые штаны и выругался ещё раз. Насколько я поняла из его речи, цензурной в которой были только предлоги и местоимения, дело было не в том, что его друг хотел меня изнасиловать, а в том, что Дик дал ему какое-то задание.

А он вместо его выполнения пошёл развлекаться. То есть, это в их понимании развлечение? Хотя, чего ещё ожидать от мужчин? Сила и покорности — вот их девиз. Ни о какой нормальности тут речи не идёт!

— Мы скоро прибудем. — в итоге решил он — Пусть с этим разбирается твой новых хозяин. Приготовься. Если на Ярмарке тебя не купят, то будешь удовлетворять нас!

От мысли, что я останусь в этой крохотной камере до конца жизни по коже прошёл мороз. Я только единожды по глупости засунула руку в жидкий азот, но на всю жизнь запомнила тот безумных холод. Сейчас же казалось, что меня кинули в глубокий чан с элементом.bWsaNvO0

Дик взвалил на себя напарника и вышел, закрыв за собой дверь. Пытаться её открыть я не стала. Смысла в этом не было совершенно никакого. Даже если я меня получится оглушить Дика и выкинуть их в открытый космос, управлять кораблём я всё равно не смогу. Искин просто не станет слушать мои команды!

Улететь не получится, только висеть в вакууме, в надежде на чудо, но похоже запас чудес у Праматери для меня закончился.

Встала, в голове зашумело, и я вновь оказалась на четвереньках. За эти дни довела себя до голодных обмороков! Так не пойдёт! Апатия растворилась в адреналине. Жажда жизни вновь забурлила в венах и если мне придётся выгрызать свою жизнь зубами, я готова!

Ползком добралась до столика. Всего метр, но после драки сил почти не осталось. Откупорила бутылку с энергетической жидкостью и залпом выпила её. Подождала несколько минут, ожидая реакции. Организм воспринял эту подачку хорошо, и я уже уверенно откупорила один из контейнеров.

Химическая реакция прошла, еда нагрелась. Никаких приборов не прилагалось. Неужели эти грозные и сильные мужчины опасались, что я нападу на них с ложкой наперевес?

Тогда они не просто мерзкие, но ещё и трусливые! Есть пришлось руками, но после голода еда показалась ужасно вкусной! А ещё привычной. Ведь у меня в руках оказались те пайки, что эти выродки украли с Медузы.

Злость теплилась маленькой искоркой, но после осознания факта наглой кражи разгорелась до вспышек на Солнце.

— Скоты! Мерзкие жабы! — ругалась я про себя.

Но это ничего в моём положении не меняло. Я закончила обед, встала по стеночке и пошла в узкую дверцу санузла. Крохотная комнатка в два квадратных метра. Унитаз, закрытый крышкой, душевая лейка и решётка в которую собирались все сливы, а потом перерабатывались микробами, очищались и использовались повторно.

Привела себя в порядок. Вымыла голову, просушила кожу и волосы, а потом, уже вернувшись в каюту, взялась за повязку. Осторожно отклеила уголок, больно не было, только страшно. Но я взяла себя в руки, сняла пластырь целиком и разрыдалась.

Уродливый шрам тянулся от пупка вверх к грудине, а потом поворачивал влево вдоль рёбер. Противовоспалительный состав в повязке действовал хорошо. Рана казалась чистой и хорошо заживала, но шов! Он никогда не исчезнет с моего живота!

Слёзы — ещё один способ пожалеть себя. Почему именно я? Почему это случилось со мной? И ненависть. Её было так много внутри! И она плавила меня, превращая в другого человека. Той беспечной Евы, что была ещё два недели назад, больше нет. Она умерла там на операционном столе.

Кое-как получилось успокоиться. На живот я наклеила гидрогелевую повязку, но картинка словно впечаталась в сетчатку и стояла перед глазами. Даже если сильно зажмуриться, всё равно я видела свой изуродованный живот.

Всё это время я провалялась в нижнем белье. Одевать меня никто не стал, а сама я не могла даже пошевелиться. Теперь же одежда воспринималась как ещё одна защита, но кроме полупрозрачной накидки в каюте не обнаружилось больше ни клочка ткани.

Надевать эту мерзость я не стала бы ни при каком условии. Стянула с койки простыню из угольной ткани. Такие же использовали в госпиталях как одноразовые. Они предотвращали пролежни, убивали бактерии.

Мы на Венере тоже такие использовали. Сто лет мы развиваемся отдельно, а технологии всё равно используем похожие!

Моя простынь хоть и не была абсолютно свежей, но казалась мне чистой и достаточно плотной. Я намотала её вокруг тела, сделала импровизированные рукава и шаровары. Этому я научилась на экскурсии в интерактивном музее на уроке истории. Мы изучали буддийские практики, практиковавшиеся на Земле.

Никогда бы не подумала, что эти знания пригодятся!

Иллюминатора в моей каюте нет и узнать, как скоро мы пристыкуемся к станции или другому кораблю я не могу. Поэтому сажусь на койку и рассматриваю свои руки. Особенно правую, от пощёчины которой Аарон вырубился.

На первый взгляд она казалась совершенно обычной, но на запястье я обнаружила несколько заживших шрамов. Белые точки на загорелой коже смотрелись чуждо. И их точно не было, когда я взлетала с Венеры! На второй руке те же следы.

Ожидание затянулось. Адреналин от схватки требовал действия. Мне просто необходимо было что-то делать! Но в маленькой клетушке каюты три на два метра невозможно даже шаг сделать! Как мы поместились тут втроём? Непонятно.

Я попробовала стать в стойку и отжаться несколько раз, но у меня тут же закружилась голова, а перед глазами встала тёмная пелена. А рана на животе напомнила, о недавней травме. И я оставила эту затею до лучших времён.