Чтение онлайн

– Великолепно, - сказал он, аккуратно вырывая кусок газеты. Послюнявил карандаш, уселся и начал медленно, с трудом писать, шевеля губами в такт движению карандаша.

– Так вот как обстоят дела, Самбо.
– Эрл нахмурился, разглядывая свое послание.
– Юнионвиль Пайк проходит к северо-западу отсюда. Я расскажу тебе про каждый поворот, который будет по дороге. Ты поймаешь десятичасовой автобус и попадешь в Филадельфию в десять двадцать - десять двадцать пять. Внизу я написал адрес аптеки и адрес квартиры. Сначала отправляйся в аптеку.
– Он сделал паузу, чтобы подчеркнуть в записке слово.
– У неё длинные черные волосы. Не беспокойся, ты её узнаешь. Передашь записку. Понял? Она знает, что к чему, и сразу возьмется за дело.

Ингрэм наблюдал за ним с кислой ухмылкой.

– Ты уже все спланировал?

– Это наш единственный шанс, Самбо.

– Тогда наше дело дрянь, - сказал Ингрэм.
– Я никуда не пойду.

Он знал, каково сейчас снаружи; пока Эрл составлял свои планы, его воображение работало вовсю. Дождь, ветер, может быть ещё и молнии, полыхающие во тьме и заливающие убийственным светом все вокруг...И люди, глядящие в упор, и полицейские, разыскивающие его с дубинками в руках...

– Ты мне не доверяешь, верно?
– спросил Эрл.

– Ты думаешь только о себе. А я - о себе.

– Послушай, Самбо, пошевели мозгами. Зачем мне нужно, чтобы тебя поймали?

– Не знаю.

– Не знаешь! Ты не знаешь!
– с горечью передразнил его Эрл.
– Ну ладно, я кое-что тебе скажу, раз ты так чертовски глуп. Без машины тебе тоже придет конец. Вбей это в свою курчавую башку. Барк мертв. Мы замешаны в ограблении со смертельным исходом. Или ты об этом не знал?

– Я не имею с этим ничего общего. Меня заставили...

– Ты хочешь умереть? Да, Самбо?

– Я не убивал Барка, - отрезал Ингрэм.
– Меня не смогут осудить за это.

– Господи Боже!
– с усталым отвращением воскликнул Эрл. Потом вздохнул и покачал головой.
– Можешь ты мне сделать одолжение, Самбо? Пожалуйста, будь серьезен! Забудь про машину. Сиди и дожидайся полицейских. Но будь серьезен!
– В голосе Эрла неожиданно зазвучала ярость.
– Ты - убийца. Так же, как и я. Закон гласит, что мы несем ответственность за смерть Барка. Не веди себя, как дурак. Неужели я прошу слишком много?

– Я понятия не имею, что с ним случилось, - упрямо буркнул Ингрэм.
– У меня даже нет пистолета.

Эрл осторожно оперся о спинку дивана и закурил, пытаясь казаться беззаботным и небрежным. Он долго молча наблюдал за Ингрэмом, с холодной точностью оценивая глубину его испуга. Затем, как бы между прочим, спросил:

– Тебе случалось попадать в тюрьму?

– Нет, - поспешно покачал головой Ингрэм.

– Я был в тюрьме в ту ночь, когда казнили человека. Ты должен это знать. И должен быть готов к такому.

Ингрэм отвернулся от изучающего взгляда Эрла.

– Я не нуждаюсь в поучениях. Могу себе представить, на что это похоже.

Эрл рассмеялся.

– Так всегда говорят люди, которые живут на свободе. Но они ошибаются. Как мне кажется, все их глупые представления просто взяты из фильмов. Ты знаешь, как это выглядит. Заключенные стучат палками в оловянные миски, цветные поют псалмы, все очень торжественно и немного пугающе.
– Эрл покачал головой.
– Все совершенно не так, Самбо. Знаешь, на что это похоже? Это как праздничный вечер. Событие. Все уже немножко обалдели и возбуждены. Складываются в общий котел и делают ставки на то, что сейчас произойдет. Ты можешь поставить полдоллара и выиграть целую кучу. Мой сосед по камере как-то выиграл восемнадцать долларов. Он отбывал пожизненное, большой везунчик.

Эрл медленно выпрямился и передвинулся к краю дивана, хладнокровно фиксируя страх, появившийся в глазах Ингрэма.

– Но для парня, которого собрались казнить, все обстоит совершенно иначе, - мягко продолжил он.
– Тот уверен, что ничего не случится. Убежден в этом до самого последнего момента. Когда ему начинают брить голову, спрашивает, нет ли каких-нибудь слухов из кабинета директора. Потом приходит священник. Тут становится совсем здорово.
– Эрл улыбнулся, глядя на дрожащие губы Ингрэма.
– Священник объясняет, что все беды останутся позади, когда повернут рубильник. Говорит, что Бог ждет тебя, ждет с улыбкой на губах. Ты присоединишься к большой компании под его опекой, Господь покажет тебе все свои штучки и ты будешь чувствовать себя, как дома. Ты, конечно, веришь. Ты даже не особо беспокоишься о том, что произойдет, так ты стремишься попасть в эту большую компанию и стать лучшим другом Господа Бога. И священник становится твоим лучшим другом, Самбо. Он идет с тобой прямо к стулу и все твердит, как чудесно будет там, наверху. Он почти садится на стул, чтобы показать тебе, насколько все это легко почти, но не совсем.

Эрл швырнул сигарету в камин, заставив Ингрэма нервно дернуться.

– Тебя привязывают к стулу и надевают на голову металлический колпак, - спокойно продолжал Эрл.
– Ты подпрыгиваешь, потому что череп у тебя голый, как яйцо. Потом все на тебя смотрят - охранники, священник, директор, парни из газет, всем интересно, как ты себя поведешь. Они тоже заключают пари. Один парень пытался порвать веревки, которыми был привязан, другие начинают плакать.

– Заткнись, - закричал Ингрэм; слова Эрла разбудили в нем старые жуткие страхи, что его могут избить и изувечить, что безжалостные люди станут над ним смеяться.

– Потом тебе остается только ждать, - не унимался Эрл.
– Ждать, привязанным к стулу. Ты не знаешь, когда это произойдет. Смотришь на охранников и священника, наблюдаешь за их глазами, готовый закричать, если кто-то подаст сигнал. Но никакого сигнала не видишь. Тебя никто не спрашивает, готов ли ты, не пора ли включать рубильник. Если ты не нравишься директору, он даст тебе возможность немного попотеть - заставит рыдать и плакать в ожидании того момента, когда вспышка молнии расколет твою голову пополам.
– Эрл снова сел на диван.
– Вот как все произойдет, Самбо. Вот как все обстоит на самом деле.

– Откуда я знаю, что тебе можно доверять?
– не выдержал Ингрэм. Тому, что ты говорил про радио?

– Я уже говорил: какой смысл мне тебя обманывать? Для чего посылать тебя, чтобы поймали?

Ингрэм не ответил. Эрл тяжело поднялся на ноги и достал пистолет. Проверил предохранитель, проковылял к камину и протянул пистолет Ингрэму рукояткой вперед.

– Забирай эту штуку, - сказал он спокойно.
– Я тебе доверяю, Самбо. Вынужден доверять. Если мы будем держаться вместе, остается какой-то шанс. Ну, что скажешь? Хочешь попробовать? Или предпочитаешь поджариться?

Ингрэм колебался, вглядываясь в глаза Эрла. Потом вытер дрожащие губы и протянул руку за пистолетом.

До автобусной станции в центре Филадельфии Ингрэм добрался в половине одиннадцатого. Низко надвинув на глаза шляпу Эрла, он поспешно миновал запруженный толпой автовокзал и через несколько минут затерялся в темных переулках. Его реакция была инстинктивной, как у испуганного животного; страх вытеснил все, кроме безумного стремления выжить. Он шел к шоссе в защитном коконе шока, не обращая внимания на дождь и ветер, на темные деревья, раскачивавшиеся над головой. Автобус представлялся ему убежищем, теплой и безопасной гаванью; он нашел свободное место подальше от входа и высоко поднял воротник взятого у Эрла плаща, чтобы спрятать лицо. В сонной тишине мотор стучал как могучее сердце, мягкий свет ниспадал, как благословение, на расслабленные тела ничего не подозревающих пассажиров.