Чтение онлайн

Вот такая в общем незамысловатая прямолинейная жизнь сына поволжского слесаря, а ноне типового жирного москалька. На работку сходить, ебалом посветить, что бы нефтеструйка не отвернулась от тебя, выискать мааалипусенькую церковку, в москве они все такие, жлобы продажные, поставить самую дешёвую свечку по деревенской традиции «на бизнес», да пожалуй и всё. Что до внутреннего мира профессионального москаля, то его особо нет, за ненадобностью. Делу он не помогает, за него денег не дадут, гимора от него немеряно, зверь непонятный, ну его нахуй. В театру сходить можно, посмотреть кривляния таких же поволжских гопников с семками, но рангом пониже, а назавтра обязательно засветить это в курилке, мол де духовности вчера хапнул, да коньячком запил. И эмоций у москвачка нету, весь плоский, как камбала. Мордочка такая пухлая, без морщинок, джипик такой пухленький, жана такая вся хохлушно-хапужная, напряжная во взгляде, детки такие все чистенкьие, ляпота семейная, аж тошнит. Вот и весь портрет. И таких 20 лимонов, и ещё понаедет 20, чай не гондон, не лопнет, все хотят жить нормально, а это можно только в лужковском отдельно взятом коммунизме. А нехер было рабство отменять, холопам паспорта давать и прописку временной регистрацией заменять, огребайте теперь! Каждый зелёный поезд привозит вам ровно тыщу понаехов на ПМЖ, делитесь пространством, шпроты в масле дорожных пробок и тыщеквартирных панелек, делитесь, суки!

Плод больного воображения не в меру активного царя, триединый в названии, с кривой судьбой и холодцом из крепостных костей в основании. Чудовищный эксперимент над орками, попытка исторической лоботомии через отсечение бороды. Прорубание окно в европу, насильственное и непонятно, вивисекция над духовностью. Надо ли говорить, что всё через вселенскую жопу, всё насаженно и всё не по русски. Да так, что боженька лично высунулся с небес и выкинул петра из лодки в студёную воду, чтоб тот заболел и сдох, что бы случайно не уничтожил он заповедник тупости на земле, сборище дегенеративных орков, ад на этой стороне света, державную рассею. Замочил иисус царя, и захирела столица, опять расцвели профессиональные москвичи, и всё вернулось в руслы своя: кому чорная редька, кому чорный джип. Так и живём по сию пору.

Однакож успел город приобрести особенности, выставляющие его из ряда вон в россии. Для начала европейская архитектура, не случайно стабильную статью дохода питерских пацанов составляют московские зеркалки, коими москальки в больших количествах приезжают фоткать наши обоссаные парадные. Красиво, не поспоришь, это не хамская помоечная застройка москалей, друг у друга на яйцах, всё в смятку. Ортнунг, европа! Также в питере во всех подворотнях и парадных можно повпитывать местную духовность, её у нас дохуя, настолько много, насколько москали у нас бабла спёрли. В россии вообще её дочёрта, но у нас она особой выдержки, пробивает до самой жопы, и достоевский у нас старушек топориком шинковал, а потом на тыщу страниц философствований разводил. Но главное отличие, что у нас ещё не разучились разрабатывать. Это только в россии думают, что саяношушенскю турбину сделали в москве в гидропроекте, какой впизду гидропроект в москве, такой же, как АЗЛК. Из москалей работник как из гавна пуля, все знают. Офисный центр для профессиональных москвачей с реной тематикой. Ленгидропроект, так называется, а москали сделали его филиал под названием гидропроект, что бы бабло своровать. Вот така схема взаимодействия двух столиц, кто не работает — тот ест.

Самая фишка, что ленинград — единственный город, где работают. Старая закваска иноземных специалистов ещё не стухла, заряда на столетия хватило. Вот москвач работает москвачом, т. е. сидит в офисе и получает нефтяной вэлфер, руководит там мощно, трясёт тельцем, читает на оккультной групповухе заклинания «Ебидта, приди к нам ебидта! Агенда, призываю тебя, агенда!», что всё сводится к банальному рассовыванию бабла по карманам. Причём всего, без остатка. Но вот незадача, даже в нефтероссии иногда приходится что то делать, например турбину какую разработать для поломавшейся ГЭС, системку какую электронную учёта настряпать, или просто прикрутить колёса к машине. Москали сразу собирают огромную компанию, выстраивают как циркачи вертикаль, плотно насаживаясь на менеджерскими жопами на менеджерские языки, создают неебитую ебтидту, хуячат агенду, выделяют бюджет и разворовывают его. На этом этап жизни проекта в фазе «москаль» закончен, окукливание совршено, надо ждать прекрасную бабочку. И тут ХУЯКС, выясняется, что работать никто не может, совсем, и даже ведущий программист на предложение сделать архитектуру обиженно смотрит и хочет дать в рожу ключами от ток что откаченного кашкая. Вот такой хуякс в любом москальском проекте всегда, несмотря на сертификаты по планированию у всех менагеров, просчитанную в красивых отчётах по десять баксов за лист ебидту, про обсужденную в дорогом ресторане агенду. Работать некому. Мало того, работать нельзя, не по статусу. Да и нахуя, если джип уже получен? После дцати месяцев препирательств с заказчиком, с государством, всётаки приходится что то делать. Берётся ещё один бюджет, воруется, но 5 % остаётся для работников, и начинают искать исполнителей. И где же искать разработчиков и инженеров? В средней россии, где водки выпивают больше годовых осадков? И всю жизнь пили, вытачивали чорные болванки и размножались, но не учились никогда ничему, потому что всёравно всё богатые спиздят. Приходится идти в ненавистный питер, и отдавать работу туда. Мы люди не шибко гордые, турбинку сделаем, форд-фокус соберём, ЕГАСИС напишем, сервера вконтакте разместим, не жалко. И даже бабло выковырнем у ебаных москалей, и на поддержку тоже. Но на работу будем ходить только когда надо, к 11ти, без заседаний ебидтовых комитетов, сделаем работу и пойдём в эрмитаж, картинки средневековой жрачки смотреть. Всё тихо, не напряжно, профессионально, по европейски, с российским налётом. Работа у нас такая, работу делать, кроме нас никто в рашке ничего не делает, и хоть вы усритесь своми джипами, вся разработка всегда была есть и будет в питере. А все бабки в москве. Вот и рассказал я вам дихотомию парной системы столиц.

Если работать и бухать, то ехать на волгу. Там берёзки, осинки, грибы, рыбка и водка. Там же заводы, заводской гудок, токари, хлеборобы, болванки и редька. Если бабло, то москва, там профессиональные москвичи, человек человеку волк, импотенция на нервной почве да и ненужно это, лексус, коробка у мкада, и полный лужковский пансион. Если разрабатывать, то это Петербург. Здесь мозги, остатки мозгов. Есть сомнения? А чтож вы на царствование позвали питерских? Сами то делать нихрена не умеете. Порулил тут один комбайнёр, другой алко-сибиряк, и позвали таки питерских. И всегда так будет. А эрмитаж и мариинка это для понаехов, если вы не знали, сами то мы туда не особо. Театр, опера, это пленительная звезда сельской коровы в тениках в обтяжку, мы тут этим не грезим, мы просто живём, без изъёбов, без перегибов, по нордически. Так что есть чо сделать? Это к нам.

С питерским приветом, Ганс.

Чисто китайская поделка — матрёшка, так горячо полюбилась россиянам, что стала символом россии. О том, что изначально в китае матрёшка ассоциировалась с мудрецом, который призывал к постижению истины через молчаливое созерцание, естественно забылось, что такое древняя китайщина по сравнению с мощью исконно русской духовности! И матрёшка стала символизировать семью, семеро по лавкам, простое воспроизводство мяса для царской ратной забавы, а также мясо для работы на барских наделах. Прошло время, пришёл капитализм и потребляцтво, в массах ушло желание «не щадить живота за батюшку-царя», народ прочно окопался в тёплых московских офисах, предпочитая семи отпрыскам седьмую модель БМВ. Казалось, что матрёшке теперь осталось мёрзнуть в палатках барыг на красной да дворцовой площади в угоду иностранным туристам. Однакож вы недальновидные, мои читатели, россия просто так ничего не делает, и просто так духовностью не награждает. У матрёшки появилось новое предназначение, она стала новым символом нашего времени. Общеизвестен факт организации любого количества русских, числом более одного, в зэковскую структуру с пахан-шестёрка-мужик-петух. Опыт запросто воспроизводим в любых социальных структурах, от пионерлагеря до НИИ, от гос думы до монастыря, от кооператива Ашот до магазина Ашан. Это и есть великий сермяжный смысл русской матрёшки: русская матрёшка — это копирование государства сверху на человека вниз и обратно вверх, проходя все концентрические масштабные образы. Рашка такая рашка, что вот так сразу и не скажешь, сверху ли вниз идёт проекция или снизу вверх, что первично: яйцо или курица. Не иначе как духовность здесь приложилась, что нихрена не понятно, то ли человек, будучи самой маленькой матрёшкой в вертикали, становится гавном под действием государства, то ли на мерзком, как бы изначально радостном ебале государства проявляется картофельная гниль внутреннего содержания, вопрос нерешимый в принципе, как и вся великая рассея. А вы тут хотите революцию начать, вилы взять. Ну возьмёте вилы да топоры, подбежите к матрёшке с красными флагами и тачанкой с пулемётом, и как зычно скажете «кто тут нехорошая рассея, слазь, кончилось ваше время!» Сказано-сделано, выскочит из внешней белосинекрасной полосатой матрёшки с георгиевской ленточкой поменьше, с двуликой пачкой путиномедведа; из него выскочит мутант с чубайсово-березовской рожей ворья высшего эшелона, оттуда выскочит матрёшка вашего мэра и хозяина градообразующего предприятия, дальше пойдёт ваш начальник, потом вся ваша семья, а потом и ты сам, да ещё звоняет гнилыми оиплками и миазмами разложения да потными портянками. Вот такой хуякс, родной, встанешь ты с вилами и пулемётом перед этой матрёшкой, а мелкая тебе и глаголет «шож ты, сука неблагодарная, меня самого стрелять собрался? Рассея тебя выкормила, выучила, работы дала, на ноги поставила, а ты, змея подколодная, супротив системы попёр?» Сложится матрёшка назад, и опять перед тобой будет возвышаться глянцевое полосатое дородное чудище весёлой разудалой матрёшки, а ты будешь стоять в охуении, поникнув, опустив стыдливо вилы, знамёна опадут на древке, пулемёт импотентно обвиснет и весь мир так на тебя с укором посмотрит, бо не ведаешь что творишь, на кого вилы поднял, не убив прежде дракона в себе.

Россия матушка она всеохватна как фиолетовый холоднокровный гигантский кальмар, она всепроникающа как плесень, она неубиваема как вирус спида, она ждёт тебя везде, как изголодавшийся энцифалитный клещ в глухой сибирской чаще. Куда бы ты не обратил взор на нашей 1/6 части суши, тебя везде ждёт россия: она ждёт тебя в провинциальной гостинице выключателем за шкафом, она приглашает тебя нежным «пройдёмте» в местный участок, она ютится на девяти квадратах съёмной хрущобы, она написана кровью в дебильной форме-девятке из жэка, она везде, даже на твоей работе, которой ты отдаёшь больше времени чем любимой женщине. Любишь россию больше всех, это ты молодец. Ты думаешь, что твоя работа это не россия? Ты ошибаешься, родной, твоя работа это точная копия россии, до последнего твёрдого знака в документах на согласовании, это ювелирная масштабная модель встающей с колен, с такими же интонациями в голосе и главное, с такой же интенцией и концепцией, с такими же целями и идущей оттуда организацией. Твой хозяин всей конторы — это путин, твой безопасник — это мент, твой бухгалтер — это губка, впитавшая тупизну системы, твои менагерки — это присосавшиеся к ресурсам пиявки, разворовывающие россию, твой руководитель проекта — это туповатый мудак из местной думы, властитель кафикианских законов, ты — въёбывающий в беличьем колесе «мужик» по зэковской иерархии, под тобой подчинённые — это сельхоз терпилы, хлеборобы и механизаторы. Ты на работе есть часть всей россии, на работе ты в середине матрёшки. Всё веками чётко выстроено в вертикаль, петухи оттраханы в жопу жизнью и сидят внизу на интересных проектах и тюремной доширачной баланде, воплощая минималистский подход к жизни ценой собственной жопы. Мужики въёбывают, в пустоту. Шестёрки разминают языки на полированных сфинктерах паханов. Паханы рулят зоной, по понятиям, по воровским понятиям. Так устроена рашка, вся, на всех уровнях матрёшки. Изменяется только масштаб. В газпроме матрёха забористая, как пирамида хеопса, воруют там знатно, с задором и матерком, но структура вся та же, кто пахан, кто шестак, кто чмо опущенное. В местном подразделении ФГУП МосГосХуесос всё точно до миллиметра, но отмасштабированно. Если в газпроме у пахана губерния с холопами и бугатти веерон, то у Мосгосхуесосного хозяина всего лишь городок с горожанами и парой заводов и майбах, а по сути, по технологиям «управления», по смыслу всей этой хуйни всё одно и то же. И в любой дрекции внутри МосГосХуесоса тоже всё устроено по лагерно-парашному принципу, но у директора консалтинговая баблососная компания и бмв семёрка, а у замдиректора шконка у окна, поршекайон и своя конторка, а у начальника отдела туарег, тер-пилы в отделе и откаты, и даже в отдельно взятой рабочей группе все как на зоне грызутся, делают опущенных петухов, мужки в проекте въёбывают, шестёрки подлизывают, всё как у людей. Так куда ты ходишь на работу, россиянчик? На зону ты ходишь, зэчара с державно-тупой мордой, в 9 утра как штык на утренней перекличке, потом 8 часов исправительно-трудовых «работ» в камере с сокамерниками, потом домой. Чистый лагерь, нестрогого режима. И дома большинство делают камеру, как раз рашенька позаботилась о размере конур для рашкинцев, пара комнаток по 10 метров и параша, всюду стальные двери и решётки, во дворе гопота на прогулке, в подъезде нассано. Вся россия — лагерь, а люди внутри перемещаются от строгого режима к нестрогому и наоборот. То бишь зона она просто везде, на всех уровнях, как в матрёшке. А главная камера, карцер, холодный и пустой, это в тупой унылой башке рашкинойда.

Могу допустить кратковременный нонсенс, когда на каком либо уровне мелкая матрёшка кинет свою родительскую матрёшку, и вылезет на уровень повыше. Несложно представить, что такая матрёшка сразу лишится тесного имперского объятия своего старшего брата, уйдёт его отеческое плечо и так стимулирующая рукоять управления в области ануса. Выскочкам выскочково, такая матрёшка будет как гавно болтаться в большей матрёхе, не по размеру, каждый раз больно ударяться о стенки верхнего уровня и скатываться на дно. А нечего лезть выше, а надо уважать старших, надо расти вместе с системой, впитывая её методы и сакральную духовность, надо радостно отдаваться товарищу сверху и жёстко пялить раба снизу, только тогда ты будешь плотно в системе, плечом к плечу, в теме, в обойме. С самого маленького кусочка дерева система будет нарастать слоями и ты будешь расти вместе с ней, если, безсуловно, не будешь выёбываться на тему тесноты. Это не теснота в нашей камере, товарищ зэк, это отеческая забота родины, это правильная вертикаль, от параши до койки у окна, и все соответствуют. Твой рост ограничен размером внешней матрёшки, это судьба, два пахана на зоне не бывает, по крайне мере долго. И россия, как вообще глобальная матрёшка, не допустит твоего выпадения из себя. Ну можно кратенько так повыёбываться, песенки пасквильные пописать «пе-ремеееен» или «этот поезд в огнееее», заделаться типа как бы несогласным таким несогласным.

А дальше или пиздец, или чёс по деревням с «несогласными песнями, при поддержке комитета по культуре и печати», с аналогичным стареющими борцами, хапающим себе «на жизнь» на рублёвке, в точно такой же матрёшечной системе шоубизнеса. В россии нет места одиночкам, нет места креативным группам, нет места мысли, наша матрица — матрёшка. Отсиди себе уровень, и соответствуй. Зато сразу понятна вся система, от ебанутого рашкинского вечно текущего сливного бачка до депутата госдумы, дело только в масштабе.

Отсюда понятна та ненависть, которую вся система испытывает ко всему разумному и свободному, как на уровне внешней матрёшки так и на уровне внутренней. Пришла ИКЕЯ в россию, как страна в целом её не взлюбила, как большая матрёшка её катала, за то, что не привезли нам унылых обшарпанных диванов их подвалов «итальянский дизайн, хохляцкая кройка, таджицкая сборка», что не привезли нам унылых совковых занавесок и обойчиков в цветочек, что привезли кучу полезных вещей для человека, просто преступление против государственности! Или какое чувство вызывает обычный клоун на центральной лице города, кроме как страстного желания въебашить ему на отмашь в его поролоновую голову, и пиздить пиздить пиздить, и валять его беленький костюмчик в парашной жиже русских улиц, и полностью оторваться на нём за всю ту мерзоту, где приходится жить, за этот серый город, серый воздух, за серые рожи вокруг. Наша матрёшка исключительно вертикальна, исключительно всеохватывающая, она глобальна, она везде. Наша матрёшка сознания, уменьшенная копия государства, не потерпит клоуна в камере, всего такого белого и весёлого, здесь собрались жёсткие пацаны, у нас жизнь-жесть, здесь не место празднику. Стоит ли удивляться всему устройству всех организаций россии. Куча злых людей собрались вместе что бы отомстить всем другим людям, сделать уёбищные системы, максимально угемморроить другим жизнь, сделать её невыносимой и максимально дебильной. Затем нужно выйти в курилку, и обязательно обосрать путина, чубайса и местного сантехника. Это нужно что бы свалить всю вину на верхние и на нижние слои матрёхи, типа верхи не хотят, низы не могут. Поэтому матрёшка руси наглухо многослойно непробиваемая, и исправима только сожжением.

С матрёшечным приветом, Гансъ.

А вот здесь, как черти из табакерки, посыпятся доморощенные рашкинойдные философы познесовецкого разлива, познающие мир с чердаков своих пыльных низких комнат, заставленных книжными стеллажами, неся с собой жуткий коктейль слов «праксиологические концепции», «имманентный позитивизм» и «натуралистическая эпистемология». А вот пыльным мешком с грязными совковыми талмудами им по интеллегентской роже, сразу, безоговорочно и бесповоротно. Люди мы простые, от сохи да от офисного стула, в университетах на советские деньги не учёные, жизнь знаем только лишь по пионерлагерю в туманном социалистическом детстве, по сникерсу из киоска у метро времён ельцинских разборок да по КАСКО на кредитный фордфокус. Гегеля мы не читали, с кантом не дружили, на кухонках и в курилках НИИ не спорили, всё больше на работе пропадали, несли копеечку в семью. От этого и будем отталкиваться. С богом!