Жестокая схватка
Шрифт:
Полковник положил телефонную трубку на рычаг и вновь вернулся к своему жасминному чаю, который успел за это время изрядно подостыть.
…Вячеслав Иванович Грязнов набрал номер телефона руководителя Федеральной службы исполнения наказаний Минюста.
— Слушаю.
— Алло, Павел Макарыч, это Грязнов говорит.
— Вячеслав Иванович? Рад тебя слышать! Как живешь-поживаешь?
— Хорошо поживаем. Слушай, у меня к тебе срочное дело. Все необходимые бумаги я подготовлю, но на это уйдет время. Поэтому, будь другом, сделай кое-что для меня — прямо сейчас.
— Не вопрос. Что за дело?
— Необходимо перевести одного заключенного. На него отправили маляву с воли. Если не перевести — парень не жилец.
— А тебе-то он зачем нужен?
— Очень важный свидетель.
— Гм… Ты в этом лично заинтересован?
— Да. Я занимаюсь этим делом. Лично, Паша, лично! И ты меня очень обяжешь.
— Да брось ты, ей-богу. Где твой клиент сидит?
— В Матросской Тишине.
— Ясно… Пресненская пересыльная тюрьма устроит?
— Вполне. Заключенного зовут Петр Алексеевич Бойков.
— Бойков… Записал.
— Только чтобы поаккуратней там, ладно?
— У нас, Слава, иначе и не бывает.
— Спасибо, старик.
— Не за что. Будет время — заезжай.
— Обязательно.
Вопрос о переводе, таким образом, был решен.
Следующий звонок Грязнов сделал Александру Борисовичу Турецкому:
— Алло, Саня, у меня для тебя кое-что есть.
— В каком смысле?
— Помнишь, я тебе говорил о встрече Короля с полковником Шаповаловым?
— Да.
— Так вот, полчаса назад в Матросской Тишине перехватили маляву от Короля. В маляве приказ прикончить одного сидельца. К сожалению, записать разговор Шаповалова и Короля нам не удалось, но вполне вероятно, что все это как-то связано.
— Гм… Подожди, переварю. — Последовала пауза, после которой Турецкий спросил: — Что за человек?
— Бойков Петр Алексеевич. Сидит по обвинению в предумышленном убийстве. Я попросил перевести его в Пресненскую пересыльную.
— Хорошо. Переведут сегодня?
— Надеюсь.
— Ладно. Как только переведут — сразу же с ним встречусь. Спасибо, Слав.
— Не за что.
— Как наблюдение за полковником Шаповаловым?
— Кроме встречи с Королем, пока ничего интересного. По городскому телефону ни с кем не общается. Сотовым сейчас занимаемся.
— Хорошо. Будет что-нибудь важное — звони.
— Угу.
Из пятиэтажного здания школы вышли три девочки и, весело щебеча, направились к автобусной остановке. Их нагнал большой черный «мерседес» и поехал рядом. Окно правой дверцы «мерседеса» поползло вниз, и чей-то голос громко произнес:
— Привет, Дашунь!
Девочки оглянулись. Одна из них, самая маленькая, в очках и с большим ранцем за спиной, улыбнулась:
— Здравствуйте, дядь Виталя! — и помахала мужчине ладошкой.
— Ты из школы? — осведомился тот.
— Угу.
— Давай подвезу.
Даша Бойкова посмотрела на подружек и скромно улыбнулась:
— Да нет, я пройдусь с ними.
— Да не скромничай ты. Давай залезай!
«Мерседес» остановился. Задняя дверца приглашающе приоткрылась.
— Ну давай же! — весело сказал дядя Виталя. — Тебе от папы привет!
— От папы?
— Да. Забирайся скорей!
— Ладно. — Даша попрощалась с подружками, затем забралась в машину и захлопнула за собой дверцу.
«Мерседес» тронулся. Подружки Даши проводили машину завистливыми взглядами.
На заднем сиденье сидел незнакомый человек. Дядя Виталий сказал:
— Это дядя Володя, познакомься!
Незнакомец протянул ей руку.
— Даша Бойкова, — сказала Даша и пожала широкую ладонь дяди Володи.
— Очень приятно, — ответил тот.
— Домой? — спросил дядя Виталий.
— Да, — ответила Даша.
Он подмигнул ей и сказал:
— Слушай, Дашунь, тут такое дело. Ты же знаешь, что мы с твоим папой друзья?
— Конечно, дядь Виталя.
— Так вот, папа поручил мне заботиться о вас с мамой, пока его нет. Вот я и решил — может, махнем за город? Поедим шашлыков, порыбачим. Ты как?
Даша поправила пальцем очки и задумчиво ответила:
— Даже не знаю. Не думаю, что мама согласится. Она сейчас в шоке.
— С мамой я поговорю. А ты сама-то как? Согласна?
— В принципе я была бы не против, — деловито ответила Даша.
— Ну вот и славно! Тогда договорились?
Даша еще немного подумала, затем кивнула и сказала:
— Договорились, дядь Виталя…
Тамара Бойкова насыпала в кофеварку ароматную порцию кофе, когда в дверь позвонили. Лицо у нее было припухшим, а покрасневшие от слез и бессонницы глаза обведены темной, траурной каймой.
«Дашка из театрального кружка вернулась, — подумала Тамара. — Что-то рано сегодня».
Звонок повторился. Тамара положила чайную ложку на стол, машинальным жестом поправила волосы и пошла открывать.
Раскрыв дверь, она отшатнулась и прошептала:
— Виталий?
Королев, стоявший на пороге, весело ей подмигнул и сказал:
— Что с тобой, Том? Ты как будто черта увидела?
«Так и есть», — пронеслось в голове у Тамары. Но вслух она сказала:
— Извини, я просто стала нервной в последнее время. Зайдешь?
— Если пригласишь.
Тамара отошла к стене, впуская Королева в квартиру.
Королев вошел и закрыл за собой дверь. Повернулся к Тамаре:
— Слушай, Том, я ненадолго. Я сегодня говорил с Петром по телефону… ну по своим каналам, ты же понимаешь? — добавил он, увидев, как расширились зрачки женщины. — В общем, он попросил меня отвезти вас за город, чтобы вы немного развеялись. Тем более сегодня пятница. Так что давай собирайся!
Тамара смотрела на Королева удивленно. С большим трудом разлепила губы и произнесла хрипло и тихо:
— Ты очень добр, но я, пожалуй, откажусь.
— А что так?
— Я… не совсем в форме. Да и Дашка приболела.
Король улыбнулся:
— Тамар, не наговаривай на ребенка. Дашка уже дала добро. Теперь дело за тобой.
— Ты… говорил с Дашкой? — замирая от страшного предчувствия, поговорила Тамара.
— Ну да, — беззаботно кивнул Королев. — Она ждет в машине.
— В машине? — ахнула Тамара.