Чтение онлайн

— Так вот она, эта тварь, пролившая реки крови, в которых утонул перевал. Труби в рог, — приказал он одному из своих танов.

По перевалу пронесся долгий, протяжный зов рога. Все посмотрели на Зигмара, который, выпрямившись, стоял в Орлином Гнезде, завернувшись в плащ из шкуры Скаранорака и крепко сжимая в руке Гол Мараз. Когда он заговорил, его низкий голос разнесся от одной стены перевала до другой.

— Сегодня великий день, ибо мы встретились с самым опасным из всех врагов. Я говорю не о толпе зеленокожих, стоящей перед нами, я говорю о страхе, с которым каждый из нас сражается в своем сердце. Только страх может сокрушить нас. Посмотрите направо, и вы увидите лицо своего соседа. Прикройте его щитом. Покрепче сожмите клинок и копье, и постарайтесь удержать линию, не смотря ни на что. Племена людей объединились, и ничто не в силах одолеть нас. Пусть ваши мечи уничтожат тех, кто так долго унижал нас. Никогда более человечество не будет дрожать при виде врага, ибо, объединившись, мы превратились в стальной заслон. Объединившись, мы выстоим.

Солдаты радостно завопили, ударяя копьями о щиты и стуча по земле ногами. Когда они вновь обернулись к врагу, с их лиц исчез страх. Передние ряды уперли копья в землю и с громким треском одним движением выставили их перед собой. Мечники извлекли клинки из ножен, кое-кто из них лизнул лезвие, другие поцеловали рукояти. Лучники натянули тетиву.

Орки стояли, слегка присев, соединив щиты и выставив вперед наклоненные копья. Они походили на темный лес, состоящий из ржавых клинков. Гоблины высунулись из-за валунов и приготовились стрелять, на их физиономиях появились злобные ухмылки.

Первыми в атаку пошли берсерки. Безо всякого приказа все четыре сотни воинов бросились вперед, к центру линии орков, оставив за собой кавалерию и по мере приближения к врагу все увеличивая скорость бега. Они кричали, широко разевая рты, по подбородкам у них текла кровь, смешанная со слюной. Мечи и топоры они вскинули высоко вверх.

Хихикающие гоблины выступили из своих укрытий и начали прицеливаться в бегущих людей, в чьих глазах теперь пылал гнев. Берсерки жаждали крови, и кровь вот-вот должна была пролиться.

Кое-кто их гоблинов, не выдержав, выстрелил слишком рано, и их стрелы, не принеся никакого вреда, ударились о скалы перед мчащимися вперед берсерками. Они попытались выстрелить еще раз, но их подвела дрожь в пальцах. Задрав головы, они смотрели на приближающихся людей, чьи лица были искажены ненавистью. На бегу берсерки протяжно завывали, пугая врагов. Те их гоблинов, что были похрабрее, выстрелили залпом, но ни одна стрела, к их ужасу, не достигла цели. Берсерки поклонялись могущественным богам войны, поговаривали, что их божества куда ближе к Тьме, чем божества большинства людей, и в тот день боги выставили щит и защитили своих диких почитателей.

Гоблины подались назад, не сводя глаз с приближающейся смерти. Затем, с яростью, рожденной Ульриком, берсерки обрушились на них. С невероятной скоростью берсерки мечами и топорами рубили всех вокруг себя, снимая головы и отрубая ноги. Не замедляя шага, они подпрыгивали в воздух, и их лезвия обрушивались на головы, прорубая черепа. Гоблины вопили и падали на землю, бросая оружие. Многие из них обмочились от страха. Берсерки, почти не обращая на них внимания, шли по их телам, потому что их лезвия требовали орочьей крови. На бегу они подносили клинки к горлу, тем самым демонстрируя свои намерения.

Орки заворчали, многие начали выть от ярости. Вот-вот воины должны были сойтись в смертельной схватке.

Зигмар, потрясенный, смотрел, как одно из мелких подразделений его армии идет в атаку. Они видел, что линия орков зашаталась и стала менее ровной. В тех местах, где недисциплинированные орки пробирались в передние ряды, чтобы сразиться с людьми, стена щитов была нарушена. Орки вскидывали вверх оружие, выли и скрипели зубами.

— Да уж, дисциплинированная у тебя армия, — с удовлетворением произнес Зигмар, наблюдая за орочьим военачальником, который слез со своего ужасного «скакуна» и теперь кричал на своих командиров, приказывая им выровнять линию. Это не помогало, потому что дикие твари почувствовали запах крови, и теперь ничего не могло остановить их. Зигмар понял, что у него появился шанс, пренебречь которым было нельзя.

— Трубить атаку! — приказал Зигмар. — Вперед идет кавалерия. Пики опустить. Нам надо прорвать строй.

Его тан затрубил в рог, а стоящие в рядах бойцов музыканты повторили мелодию. Звонкая трель пронеслась по долине, вызывав улыбки на губах всадников. Пендраг и Вольфгарт вскинули пики и закричали:

— В атаку, люди унберогенов!

Их крик подхватили командиры по всей линии, и всадники двинулись вперед. Звенели уздечки, лошади встряхивали головами, широко раскрывая глаза, рвались в бой. На губах у них выступила пена.

Берсерки и орки бросались друг на друга, одержимые равной яростью, что пылал в их крови. Лица берсерков были искажены гневом, уродливые вытянутые морды орков с массивными челюстями стали еще уродливей из-за раззявленных пастей, из которых вырывался дикий вой.

Оба войска с трепетом наблюдали за тем, как две линии сошлись, врезавшись друг в друга с громовым треском.

Вождь берсерков первым из всех убил врага. Подпрыгнув, он одним ударом острого, как бритва, лезвия снес орку голову с плеч. Его собратья сражались рядом с ним, вспарывая плоть и дробя кости врагов. Воинское искусство берсерков, не ведомое оркам, не ступало их ярости, и Зигмар с удивлением смотрел, как эти люди появлялись то тут, то там, нанося зеленокожим удары.

В первые минуты битвы потрясенные люди наблюдали за тем, как берсерки прорубаются сквозь ряды орков. Но военачальник орков тоже это видел, и он знал, что надо делать. По его сигналу первые ряды орочьих копейщиков медленно пошли вперед. Вожак понимал, что на открытом пространстве и при наличии свободы маневра все преимущества были за берсерками, но при столкновении с плотной стеной щитов им придется поумерить пыл. Копейщики перешли на бег, держа строй. Берсерки, охваченные горячкой боя, не замечали приближающейся опасности.

Зигмар смотрел, как кавалерия приближается к противнику.

— Слишком медленно, — пробормотал он. — Слишком медленно.

Он вскочил на коня и прежде, чем его советники заговорили, произнес:

— Я не позволю, чтобы мои люди в одиночку шли на врага.

И он помчался вперед, туда, где разгоралась битва.

Педраг перехватил пику для удара и прищурил глаза. В ушах отдавался стук копыт и звенели боевые кличи его воинов. Слева от себя он видел, как легкая кавалерия спешит вперед, обстреливая из луков построения орков, а затем достает из ножен мечи. Талеутены неслись на врага, опустив острые пики, их серебряная броня ярко горела на солнце. Он ухмыльнулся, и сердце радостно забилось у него в груди.

К нему подскакал всадник, и Пендраг с удивлением увидел перед собой Зигмара. Вся конница приветствовала короля радостными криками, когда он проезжал рядом с ними в сверкающей броне, воздев над головой Гол Мараз. В его глазах горела жажда битвы и вера в победу. «Воистину, — подумалось Пендрагу, — боги облекли его в гром и влили молнии в его вены».

Всадники пронеслись мимо берсерков, которые приканчивали последних орков, шедших в первой волне, слизывали кровь с клинков и вешали на грудь щиты. Когда они пошли вслед за кавалерией, к ним присоединилось множество остальных отрядов, тоже желающих попробовать крови крага.