Жуткое утешение
Шрифт:
Тело Нилит проснулось, но ее глаза оставались закрытыми. Она чувствовала песок под пальцами, чувствовала, что рядом угасающий костер, тепло которого украл ночной ветер. Мягкая стена у нее за спиной медленно поднималась и опускалась: Аноиш спал, забыв обо всем.
Нилит услышала шуршание песка и приоткрыла один глаз. От костра остались только угли, однако в их слабом рубиновом свете по-прежнему можно было разглядеть морщины на лице человека, который сидел напротив нее. На миг ей показалось, что это Гираб, но затем она заметила длинные жидкие волосы и согбенную спину – совсем не такую, как у лодочника.
Медленно приподнявшись на локте, свободной рукой Нилит потянулась к висевшему на поясе кинжалу. Она забрала его из разгромленного лагеря «упырей» уже утром, когда дюнные драконы насытились. Рядом с ее головой, чуть вдавленная в песок, лежала сабля. У еще одного мертвого разбойника Нилит взяла арбалет, заряженный тремя стрелами.
Нилит посмотрела женщине в глаза. Они были похожи на шары из серой шерсти, внутри которых прячется по алмазу. Глаза женщины, и ее одежда – если ворох тряпья можно назвать одеждой – показались Нилит знакомыми.
– Бельдам, – прошептала Нилит, не убирая руку с рукояти клинка. После их предыдущей встречи на лице женщины появилось больше морщин, а мешки под глазами стали заметнее. Ее запекшиеся губы подрагивали.
– Да, – прохрипела она.
– Как ты здесь оказалась?
– Мне повезло – и, похоже, больше, чем тебе. Попала в беду, да? – Дрожащей рукой женщина указала на синяки, которые сделали лицо Нилит похожим на выцветшую карту.
– Ты следила за мной?
– Да.
«У бельдам, похоже, маловато клиентов, если она так долго идет за одним из них», – подумала Нилит.
– Мне нечем заплатить за…
Ее прервал короткий вдох.
– Лечение. Тебе нужно лечение?
Дрожащие руки порылись в карманах, и в огонь полетела щепотка порошка. Угли зашипели, стали зелеными.
Заметив, что бельдам пошла к ней вокруг костра, Нилит достала кинжал из ножен. Старуха остановилась, увидев зловещее поблескивание клинка.
– В чем дело, ведьма? – спросила Нилит – шепотом, чтобы не разбудить остальных.
Бельдам прикусила губу почерневшими зубами.
– Я слишком много взяла.
– Что?
– Я взяла у тебя слишком много и нарушила долбаное равновесие.
– Я…
Бельдам яростно зачесала голову, словно в ее растрепанных волосах встала лагерем целая орда вшей.
– Ветер переменился. Пески движутся. Никс скисает… – Бельдам осеклась, глядя на север. Огни далекого города, рассеянные по горизонту и смутно видные за дымкой, были похожи на угли бесчисленного множества костров. – Жизнь уже не та для женщины, которая чтит старые обычаи. Когда я увидела твои самоцветы, твою веру, я взяла слишком много. Ма-ат требует, чтобы я возместила ущерб.
Бельдам принялась царапать песок, словно нарушенное равновесие, о котором она говорила, кололо ее иголками. Зеленый свет заставил веки Нилит отяжелеть. От густого дыма ее голова начала крениться вниз.
– Не подходи! – буркнула она, смотря, как ведьма подкрадывается все ближе. – Мне нужно вернуться в город. – Нилит вяло взмахнула кинжалом, а затем ее голова встретилась с землей. – Фаразар…
– Значит, тебе понадобится удача, – послышался шепот. – Кости и кожа сами себя вылечат, но равновесие нужно восстанавливать или нарушать.
Нилит резко проснулась и едва не ударила Гираба кинжалом, который все еще держала в руке.
– Пощади! – воскликнул он и отпрыгнул в сторону со всей резвостью, на которую были способны его старые кости. Стоявший неподалеку Аноиш неодобрительно заржал.
Нилит взяла себя в руки и отдышалась, а затем села и потерла глаза, чтобы прогнать сон. Гираб осторожно присел на корточки рядом с ней. Из-за голенища его сапога торчал нож, который Гираб нашел в лагере разбойников.
– Никаких следов сокола или призрака. Мы решили, что дадим вам поспать подольше. Ну, то есть я решил – конь тут ни при чем. Вам нужно было подлечиться, и, похоже, лечение помогло.
Лодочник указал пальцем на Нилит, и та, ощупав себя, обнаружила, что шишки уменьшились, а порезы промыты и смазаны маслом.
– Песчаная ведьма…
– Ведьма?
– Бельдам.
Гираб покачал головой.
– Скорее всего, вам приснился кошмар, ваше величество. Кочевники говорят, что их насылает пустыня. Вот почему я люблю ре…
– Нет, – прервала его Нилит, вставая. – Она была здесь.
Она посмотрела по сторонам. Их собственные следы ветер превратил в еле видные оспины. Ни отпечатков ног, ни следов копыт рядом с лагерем не было.
– Что на вас нашло?
– Вчера ночью сюда пришла женщина – бельдам, которую я встретила в Долгих Песках. Она болтала что-то про равновесие.
Гираб принялся выковыривать грязь из-под ногтей.
– А еще кочевники говорят: «Не верь бельдам, а если поверил, никогда ее не обманывай».
– Кто эти всеведущие кочевники, скажи на милость? И я никого не обманывала! – рявкнула Нилит, глядя не на него, а на коня.
Почувствовав, насколько она разозлилась, Аноиш отпрыгнул в сторону. Возможно, всем им ночью приснилось что-то странное.
– Прости, – сказала она, потирая переносицу. – Ей что-то было нужно – для нее, не для меня. Что-то связанное с равновесием и ма-атом. – Она нахмурилась, пытаясь вспомнить, но в памяти всплывал только зеленый огонь.
Наступило молчание. Гираб задумался.
– По-моему, это похоже на сон, – сказал он.
Нилит с шумом выдохнула.
– Возможно, ты прав.
Не вспоминая более про ведьм, они с Гирабом сели на коня и отправились на север. Нилит гнала Аноиша сильнее, чем ей хотелось бы. Фаразару спать не нужно, и он скорее всего шел всю ночь – хотя бы для того, чтобы позлить ее. Кто знает, сколько миль он преодолел, пока она смотрела сны о старых ведьмах и зеленом пламени?
Нилит прислушивалась к своим ощущениям. Ее ноги больше не болели, и зад тоже – он уже привык к хребту Аноиша. Ее челюсть перестала щелкать, ей легче дышалось, и ребра не вспыхивали от боли при каждом вздохе. Возможно, Нилит помог долгий, давно заслуженный отдых, однако она не могла прогнать из головы тот сон. Как только ей надоедало разглядывать дюны, в ее памяти всплывали слова бельдам. Нилит попыталась собрать их воедино, сплести из них какой-то смысл.
Ветер переменился. Никс скисает.