Злой умысел
Шрифт:
— Я ее упустила. Но завтра мы точно встретимся, и тогда я спрошу ее Об этом.
— Не думаю, что есть такая необходимость, — тихо сказал Джеффри. — Посмотри, что я обнаружил! — И с этими словами он протянул Келли список медицинского персонала с подчеркнутым именем Трента Хардинга. — Этот человек работал во всех трех больницах именно во время всех трагедий. Я понимаю, это может выглядеть как случайное совпадение, но поверить в то, что его пребывание тогда в каждой больнице — также простое совпадение, довольно трудно.
— Он сейчас работает в больнице Святого Жозефа?
— Судя по списку, который ты мне дала, еще да.
— А ты не знаешь, где?
— Где точно, не знаю, но я знаю отделение, — задумавшись, ответил Джеффри. — В том же отделении, что и ты: в отделении медсестер.
Келли в ужасе откинулась на стуле.
— Нет! — Единственное, что она смогла произнести.
— Вот, посмотри на список. Ты его знаешь?
Келли покачала головой.
— Никогда даже не слышала, но я и не могла тогда всех знать.
— Надо выяснить, где он работает, — заключил Джеффри.
— Пойдем и поговорим с Полли Арнсдорф, — предложила Келли, поднимаясь со стула.
Джеффри взял ее за руку.
— Подожди секунду, не пори горячку. Нельзя, чтобы Полли Арнсдорф спугнула этого человека. Не забывай, у нас нет никаких доказательств. Все это пока случайные совпадения и наши собственные предположения. Если этот Трент Хардинг заподозрит, что мы вышли на него, он может куда-нибудь уехать. А именно этого мне бы и не хотелось. Плюс ко всему, мы не должны называть мое имя. Она может узнать его.
— Но если Трент Хардинг действительно убийца, нельзя позволить ему спокойно расхаживать по коридорам больницы!
— Интервал между всеми случаями составляет около восьми месяцев, — заметил Джеффри. — Поэтому несколько дней теперь уже ничего не меняют.
— Ты узнал, что случилось с Гэйл?
— Пока еще нет точного ответа, что стало истинной причиной ее смерти.
— Но ты же говорил… — начала было Келли.
— Я говорил о каких-то своих подозрениях, — перебил ее Джеффри. — Успокойся. Ты устала сегодня больше, чем я. Пойми, доподлинные наши знания сводятся к тому, что Трент Хардинг работал в трех больницах, когда там произошли несчастные случаи во время анестезии. А для того чтобы припереть его к стенке, нам понадобится много больше информации и фактов, может оказаться, что мы даже ошибаемся. Всякое может быть. Я не сказал, что нам не следует переговорить с Полли. Только нужно представить все в нужном свете.
— Хорошо, как, по-твоему, я должна тебя ей представить?
— Я уже воспользовался фамилией Уэббер, но не помню, какое имя я тогда назвал. Пусть я буду доктор Жустин Уэббер. А что касается Хардинга, скажи, что нас интересует его профессиональная подготовка.
Они вместе спустились вниз и направились в административное отделение. Возле дверей кабинета Полли Арнсдорф их попросили подождать, потому что в этот момент она разговаривала по междугородней линии. В ожидании Джеффри и Келли присели в кресла. Вокруг все были чем-то заняты, суетились и куда-то спешили. Похоже, Полли Арнсдорф действительно погружена в работу.
Когда их наконец пригласили войти, Келли представила Джеффри как доктора Жустина Уэббера.
— Итак, чем я могу вам помочь? — Спросила она вполне дружелюбно, но деловитость не покидала ее.
Келли бросила на Джеффри быстрый взгляд.
— Мы хотели бы узнать об одном медбрате, — начала она. — Его зовут Трент Хардинг.
Полли кивнула, ожидая продолжения. Когда Келли промолчала, она спросила сама:
— Так что же все-таки вас интересует?
— Во-первых, мы бы хотели знать, в каком отделении он работает? — вступил в разговор Джеффри.
— Работал, — поправила его Полли. — Вчера мистер Хардинг уволился.
Джеффри почувствовал укол разочарования. Не может быть, подумал он. Неужели он потерял этого человека после того, как, казалось, он уже был у него в руках? Если рассматривать это событие с положительной стороны, то увольнение Хардинга сразу после смерти пациентки во время анестезии можно считать еще одним, как бы случайным, но все-таки важным совпадением.
— А где он до этого работал? — спросил Джеффри.
— В операционном отделении, — ответила Полли. Она посмотрела сначала на Келли, потом на Джеффри. Интуиция подсказывала ей, что здесь что-то не так, причем основательно не так.
— В какой смене он работал? — задала вопрос Келли.
— Первый месяц в вечерней, а потом его перевели в дневную. В дневной он проработал вплоть до вчерашнего дня.
— Это увольнение было неожиданным? — поинтересовался Джеффри.
— Ну, не совсем, — с сомнением ответила Полли. — Если бы не дефицит хороших медсестер, я бы давно попросила его покинуть больницу. У него были постоянные проблемы с непосредственным начальством и другим руководством, и не только у нас, но и в других местах, где он работал. Миссис Рэлей все время с ним мучилась. Он то и дело учил ее, как надо налаживать работу в операционной. Но как медбрат он был, конечно, отличный работник. Необычайно умный, я бы сказала.
— А где еще он работал?
— Да почти во всех бостонских больницах. Единственное место, где его еще не было, — это Бостонская городская.
—Значит, и в Коммонуэлсе, и в Саффолке он работал? — продолжал допытываться Джеффри.
Полли кивнула.
— Насколько я помню, да.
Джеффри с трудом сдержался.
— А нельзя ли взглянуть на его личное дело?
— Этого я не могу вам позволить. Все личные дела в нашей больнице конфиденциальны. — Голос Полли был тверд и спокоен.
Джеффри понимающе кивнул: слишком много он хотел за один раз.
— А фотографию его можно посмотреть? Думаю, с этим проблем не будет?
Полли вызвала по внутреннему селектору своего секретаря и попросила принести фотографию Трента Хардинга из его личного дела.
— Скажите, пожалуйста, а почему Трент Хардинг вызвал у вас такой интерес? — наконец поинтересовалась она.
Джеффри и Келли начали одновременно объяснять, но потом замолчали. Улыбнувшись, Джеффри кивнул, и Келли продолжила:
— У нас возник вопрос о его компетентности и профессиональной подготовленности.
— Ну, на него я уже ответила, — сказала Полли и протянула Джеффри принесенную секретарем фотографию. Келли тоже наклонилась вперед, чтобы лучше видеть.
Джеффри вспомнил, что встречал этого человека в операционной Бостонской Мемориальной больницы много раз и на самых разных операциях. Он узнал эту короткую светлую стрижку в стиле упавшего на голову кирпича и крепкую мускулистую фигуру. Джеффри никогда не разговаривал с ним, но, насколько он помнил, тот всегда выступал в роли добросовестного и сознательного помощника, совсем не похожего на убийцу. Скорее он напоминал собирательный тип американца, этакого футболиста из какого-нибудь колледжа в Техасе.