Чтение онлайн

— Вам будет трудно понять, почему я должна уйти, — говорю я, глядя на яйца. — Видите ли, мне нужно помочь тем, кто заботился обо мне, уважал меня, любил меня. Я должна позаботиться о своём королевстве в первую очередь… а это значит отказаться от своих… своих детей… Чёрт. — Я запинаюсь. — Это неправильно, да? Потому что так я стану похожа на свою мать. Она всегда ставила королевство выше семьи. Хотя нет, это не совсем так. Она ставила выше всего себя. — Я сглатываю. — Но если я поступлю так же… не станет ли это первым из множества решений, которые в итоге превратят меня в неё?

Яйца неподвижно лежат в гнезде, сверкая в солнечных лучах.

— К чёрту всё это, — шепчу я.

А потом хмурюсь.

— И даже не смейте повторять это слово, пока не станете старше, поняли? Оно только для взрослых… не для малышей.

Тень заслоняет солнце, и в устье пещеры с тяжёлым грохотом опускается огромная крылатая фигура.

Я прищуриваюсь, пытаясь разглядеть её.

— Ты уже вернулся?

Но силуэт, приближающийся к гнезду… не Киреаган.

Это массивный, покрытый шрамами дракон цвета камня.

— Приветствую, принцесса, — его голос гулким раскатом прокатывается по пещере. В этой медленной, растяжной манере слышится нечто зловещее. — Я Фортуникс.

Фортуникс.

Тот самый дракон, что использовал заражённых кровяных жуков, чтобы истреблять добычу и вынудить свой клан примкнуть к Ворейну.

Если слухи верны, он беспощаден. Жестокий, мстительный.

А я — наследная принцесса королевства, которое он ненавидел.

Его взгляд падает на яйца.

Но в ту же секунду я двигаюсь вперёд, оказываясь между ним и гнездом.

Это происходит на чистом инстинкте — я даже не осознаю, что сделала это, пока не оказываюсь там.

Стою.

Защищаю их.

Фортуникс фыркает.

— Уродцы, — с презрением бросает он. — Наш клан осквернён. Поздравляю, принцесса. Твоя семья ответственна за вымирание драконов. Ты, наверное, так гордишься собой.

— Нет, — отвечаю я ровно. — И драконы не вымерли. Они просто станут другими.

— Испорченными, — рычит он, обнажая клыки. Его огромные когтистые лапы тяжело ступают по камню, приближая его ко мне. — Ты, твоя мать, её маг, всё твоё грёбаное королевство — вы уничтожили нас.

Он уродлив, грубосложен, покрыт боевыми отметинами.

Монстр, от которого я не смогу ни убежать, ни победить.

Я не должна с ним спорить.

Но всё равно говорю:

— Ты тоже сыграл свою роль. Ты распространил чуму, загнал свой народ в голодную ловушку, вынудил их ввязаться в войну на материке. Всё началось именно с этого.

Массивные гребни на хмуром лбу дракона опускаются ниже, придавая его глазам жестокое выражение.

— Значит, Киреаган знает.

Он прищуривается.

— Я почувствовал его запах в своей пещере. Догадался, что он мог что-то заподозрить, поэтому не стал рисковать. Скрывался в одной пещере, о которой Киреаган не знает, — она соединяется с подземной рекой. Неплохое место, чтобы переждать бурю. Там полно угрей, а они очень даже ничего на вкус. Это один из моих маленьких секретов… как и моя сделка с королём Ворейна.

По спине пробегает ледяной озноб, а в горле застревает страх, мешая дышать.

— Какая сделка?

— Та, что уберёт тебя с пути Киреагана и положит конец твоему человеческому влиянию.

Фортуникс ухмыляется, обнажая зубы.

— Я люблю этих двух принцев, как если бы они были моими собственными детёнышами. Но иногда тех, кого любишь, приходится направлять. Если они свернули не на тот воздушный поток, их нужно подтолкнуть в нужном направлении. А иногда и хорошенько ударить, чтобы исправить их поведение.

Он скалит зубы.

— Посмотри, в какую грязь они уже вляпались! Маленькие человечьи черви в наших гнёздах, несущие мелкие, жалкие яйца?

Фортуникс склоняет свою тяжёлую, каменную морду ко мне.

— Не могу поверить, что Киреаган так низко пал, что трахнул тебя. Хотя, наверное, ничего не мог с собой поделать — брачный жар и всё такое.

Он рывком выпрямляется.

— Но твой путь здесь окончен, девочка. Я забираю тебя в твой новый дом.

Голос дрожит.

— Король Ворейна сделает со мной ужасные вещи.

Фортуникс оскаливается в жестокой драконьей ухмылке.

— Именно. С нетерпением жду рассказов о том, как он тебя сломает.

Я отчаянно оглядываюсь в поисках хоть чего-то, что могло бы мне помочь.

Но всё, что у меня есть, — простое белое платье, а рядом лишь яйца и одеяла.

— Веди себя тихо, может, тогда я не вырублю тебя перед полётом, — говорит Фортуникс. — Но прежде чем мы отправимся, я вонжу коготь в каждое из этих яиц.

— Нет! — вырывается у меня.

Я задыхаюсь.

— Прошу… Ты же говоришь, что любишь Киреагана. Если ты уничтожишь их, это разобьёт ему сердце. — Я лихорадочно подбираю слова. — Послушай, они могут вообще не вылупиться… Прошу. Оставь их. — Дыхание сбивается, но я заставляю себя говорить ровно: — Я пойду с тобой добровольно. Не буду кричать, не буду звать на помощь. Не стану сопротивляться.

Фортуникс раздумывает.

— Было бы жаль случайно убить тебя, пытаясь заткнуть. Мне за тебя обещана щедрая награда. — Он фыркает. — Ладно, червяк. Если будешь вести себя тихо, оставлю уродцев в покое.

— Договорились.

Я осторожно выползаю из гнезда.

Фортуникс захватывает меня передней лапой, когти чуть сжимают моё тело. Я не успеваю даже вдохнуть, прежде чем он с силой отталкивается от камня, поднимая нас в воздух. Когда мы вылетаем за край уступа, он смыкает вторую лапу, сковывая мои движения.

Грохот его крыльев почти оглушает меня. После стольких дней в темноте солнце режет глаза, и я зажмуриваюсь, сдерживая крик. Фортуникс поднимается всё выше и выше, тяжело взмахивая крыльями. Ветер хлещет мои волосы по лицу.

Я могла бы нарушить слово. Закричать что есть сил.

Вдруг услышит кто-то из драконов?

Но даже если кто-то бросится мне на помощь, Фортуникс успеет вернуться и раздавить яйца.

Его тело словно высечено из гранита — в одиночку его не одолеть.

Это слишком большой риск. Я остаюсь молчаливой. И заставляю себя открыть глаза хотя бы на миг.