Чтение онлайн

Спустя два дня Малышев позвонил ему, как обещал.

— Мы нашли фигурантов, — сообщил он. — Вы можете подъехать прямо сейчас, к нам, на Большую Подьяческую?

Сокольский уловил в его голосе напряжение и живо спросил:

— Что случилось? Ваши все целы?

— Мои-то целы… А вот вам придётся удовлетвориться разговором только с одним из задержанных. Второй убит.

— Петров или Терский? — тут же спросил Сокольский.

— Терский. Петров цел.

— И то — хлеб. Ждите, уже еду.

Через пол часа он был на месте. Малышев проводил его в кабинет, где на стуле, под присмотром его напарника Николая, сидел потрёпанный тип в наручниках и с разбитой рожей.

— Сопротивлялся при аресте, — пояснил Михаил Иванович. — Коля! Иди пообедай. — Подчинённый бросил оценивающий взгляд на Сокольского и вышел. Малышев уточнил: — Мне тоже выйти?

— Майор! Я наглый, но не на столько же, — ответил Игорь и, пройдя к столу, присел на угол, подвернув вокруг колена полу своего пальто. — Здравствуй, Петров. Давно не виделись.

Фигурант чесал нос, подняв скованные руки, и старательно глядел куда угодно, только не на Сокольского. Малышев молча устроился за соседним столом.

— Молчишь? Помнится, в нашу первую встречу ты был смелее, — заметил Игорь, гоняя пальцем какую-то соринку на краю стола рядом с собой. На фигуранта он даже не смотрел, но тот всё равно напрягся и замер.

Малышев подумал: "А ведь этот Петров боится! И боится он именно Сокольского. Интересно!"

Игорь поднял голову и долгим взглядом посмотрел на бандита. Тот опустил руки на колени и нахохлился.

— Чего надо? — угрюмо спросил он.

— Мне? Ничего, — резко ответил Сокольский. — Вы с приятелем убили не того человека.

— Никого мы не убивали!.. — начал было Петров.

— Молчать! Терскому уже всё равно. На его счастье. — Сокольский подался к нему и, глядя в лицо, добавил: — Он не попадёт в тюрьму. А ты попадёшь. И тоже умрёшь. Но не сразу. Даже боюсь подумать, как ты будешь умирать. И никто тебе не поможет. — Он выпрямился. — Мне лично всё равно. Чем больше вы друг дружку режете и душите — тем спокойнее законопослушным гражданам.

Петров оскалился, словно ему удалось поймать спасительную мысль.

— Не-ет, мент, — протянул он, поднимая голову и глядя на Сокольского. — Тебе не всё равно! Иначе бы ты сюда не припёрся!

— Я не мент. — Сокольский встал и прошёлся по кабинету. — В нашу первую встречу ты меня обидел. Помнишь? Я пришёл, чтобы сказать тебе о том, что тебя ожидает. — Теперь он говорил устало и неохотно, словно ему сделалось всё равно и до Петрова, и до всех его дел. — Чтобы ты успел помучиться страхом. Знаешь, страх перед неизбежным — это очень неприятное чувство. Оно просто душу выматывает… Но я ухожу. Пусть с тобой другие разговаривают.

Он повернулся и на полном серьёзе пошёл к двери. Петров лихорадочно оглянулся, словно не мог поверить, а потом быстро сказал:

— Ну погоди! Если я расскажу, мне защита будет?

Сокольский остановился, но не спешил оборачиваться. Малышев подумал: "Артист! Убедительно играет! Или это не игра?"

— Ну, мы этого стилягу грохнули! — признался Петров. — Но за рулём не я был!

Сокольский повернулся на три четверти в сторону Малышева.

— Дайте ему бумагу и ручку, майор, — предложил он. — Пусть пишет чистосердечное, а потом мы поговорим. И имя нанимателя назвать! Слышишь, Петров?

— Слышу, — буркнул тот неохотно.

Михаил Иванович выдал бандиту письменные принадлежности, позвал дежурного, чтобы присмотрел за "творческим процессом", после чего ушёл вместе с Сокольским в соседнее помещение.

— Я вспомнил, где видел этого убиенного Строгова, — сказал он фээсбэшнику. — Лет пятнадцать назад обнесли лабораторию одного НИИ. Убили охранника и двух лаборантов, вынесли абсолютно всё: записи, отчёты, исходные ингредиенты, образец полученного вещества… Работали грамотно, так что подозрение сразу пало на руководителя лаборатории. Только он мог знать, что именно нужно брать и где оно лежит. Дело вёл не я, но мне посчастливилось присутствовать на встрече с этим типом. Он кричал, что загублены плоды трудов всей его жизни, что он совершил прорыв в науке, что его изобретение должно было стать сенсацией века…

Пока Малышев вспоминал, Сокольский внимательно наблюдал за ним, явно довольный тем, что майор сам всё вспомнил и ему не пришлось подсказывать.

— В общем, прямых улик против руководителя лаборатории не было, его отпустили под подписку о не выезде, — продолжал Малышев, слишком увлёкшись своими мыслями, чтобы заметить взгляд Сокольского. — А потом он утонул. Провалился в прорубь, тело так и не нашли, но в том месте подо льдом было сильное течение. Лицо его я запомнил смутно, но уже тогда обратил внимание, что у него какие-то особенные руки и он за ними явно хорошо ухаживает. Только фамилия у него была совсем другая, не Строгов, и даже не та, которую сообщили вы.

— Пермятин, — подсказал Сокольский.

Малышев резко взглянул на него.

— Пятнадцать лет прошло, — напомнил Сокольский. — Отпечатков пальцев у начальника лаборатории тогда, по каким-то неясным мне причинам, не взяли, и сейчас мы с вами не можем стопроцентно утверждать, что убитый Строгов, он же Кротов — на самом деле тот самый Пермятин. Так ведь? Но это хорошо, что вы подумали именно на него. Это значит, что он действительно похож и версия может оказаться правдой. Не припомните, что именно он изобретал тогда?

Малышев задумался, но вынужден был пожать плечами.

— Если бы это дело вёл наш отдел, я бы запомнил, — признался он.

— Я подскажу, — негромко проговорил Сокольский. — Но информация секретная. Он изобрёл некое супер-вещество, реагент, который позволяет обычной стальной пуле пробивать бетонную стенку. Пермятин утверждал, что его изобретение совершенно, как Золотое Сечение, тоже состоит из пяти ингредиентов, причём сперва три вещества связываются в одно, потом два оставшиеся реагируют между собой, а в результате мы получаем два компонента, которые дают окончательную реакцию.

— Ну, учёные часто говорят о том, что хотят получить, — заметил Малышев, позволив себе проявить скептицизм. — Это не значит, что вещество действительно существовало.

— Конечно, — согласился Скольский. — Именно так мы все и думали. Но примерно с месяц назад наши люди задержали киллера с интересной винтовкой. На первый взгляд, ничего особенного… Кроме того, что металл при её изготовлении использовали необычный, конструкция рассчитана на такие нагрузки, которые не испытывает снайперская винтовка, и в пулях вместо пороха — неизвестное вещество. — Он сделал паузу и добавил: — Эти пули пробивают любую преграду: бронежилет, мешки с песком, бетонную стенку.