Звереныш
Шрифт:
Но первый же самостоятельный ритуал с треском провалился.
Тело, над которым он надругался в порыве самоуверенности, лежало перед ним. Пустые глазницы смотрели укоризненно, будто отрезанная кисть стала оскорблением куда большим, чем вырезанный на груди символ Светочи. И тут Вольф испугался. Уверенность в собственных силах схлынула, остался лишь ужас. Что скажут хагазуссы? А Мрачнейшая? Каким будет наказание?
Схватив кисть мертвеца, Вольф упал на колени у низких кустов и начал рыть ямку, чтобы спрятать свою неудачу, ужасный артефакт, в который он превратил часть тела альва. Когда придут Иные, он скажет им, что они уже нашли тела такими. Витц обязательно прикроет его, соврет, они ведь друзья!..
Друзья.
Во рту Вольф ощутил привкус пепла.
Он наорал на друга. На того, кто был рядом много лет. И в тот момент он не думал о дружбе, он думал только о том, как доказать всем, что он прав, а они — всего лишь горстка трусов, позволяющих тварям калечить Иных вместо того, чтобы дать им достойный отпор.
Бросив изуродованную кисть в ямку, Вольф торопливо засыпал ее землей.
«Я узнаю больше и попробую снова, — мысленно решил он. — И когда у меня получится, я…»
Вольф моргнул, а когда снова открыл глаза, понял, что прижимается щекой к холодной земле. В голове звенело — ужасный звук напоминал звон у Завесы, оповещающий о том, что пора вернуться в тело. Он не мог подняться — сил не было, руки превратились в дрожащие бесполезные отростки, а ног Вольф не чувствовал вовсе.
В ночной тишине раздались неуверенные, шаркающие шаги. Кто-то приближался, и Вольф испытал облегчение: наверняка Витц привел кого-то из Иных.
— Помогите, — прохрипел он. — Я здесь.
Ничего в ответ. Ни слов, ни спешного топота — только скрип веток и тяжелое дыхание Грюневальда.
Лодыжку что-то обхватило — ледяное прикосновение Вольф ощутил сквозь кожу сапога. Его потянули, поволокли по земле, а он мог лишь стонать и цепляться за голые ломкие ветви кустов, сдирая кожу на ладонях.
— Помогите… Помогите!
Казалось, ногу вот-вот просто оторвут. Вольф закричал, позабыв и о достоинстве, и о мечтах о могуществе, а в следующее мгновение его резко перевернули на спину.
Пустые глазницы. Открытый перекошенный рот. Голое худощавое тело. Правой рукой тварь вцепилась в лодыжку Вольфа, а левую прижимала к груди, баюкая изувеченную конечность.
Вольф хотел всего лишь поговорить с мертвецом, чтобы узнать, кто его убил, но вместо этого пробудил его. Создал существо, которое не должно было ступать по земле.
— Драугр, — выдохнул он и истошно заорал.
Глава 2
Кинжал валялся поодаль, и сколько бы Вольф ни тянулся к нему, ничего не выходило — пальцы взрывали землю, так и не коснувшись рукояти. Драугр же тащил его к себе медленно, будто издеваясь, мстя за надругательство над его телом.
Вольф пытался отбиваться, но сила мертвеца во много раз превосходила его собственную. Холодная плоть не чувствовала боли, а вот пятка в тонком сапоге, которой он бил тварь, уже распухла и ныла. Вольф брыкался, но тщетно — драугр лишь натужно мычал и подтягивал его все ближе.
Просвистевшая над головой стрела вонзилась в грудь мертвеца, и тот пошатнулся. Из теней выступили темные альвы, без промедления бросившиеся на помощь Вольфу. Сверкнула сталь, один из альвов прыгнул и занес руку с клинком, готовясь вонзить его в шею драугра, но тот неожиданно резво отпустил ногу Вольфа и отмахнулся культей. Удар вышел нечеловечески сильным — альв отлетел и с треском врезался в дерево, едва не разломив его пополам.
Вольф поторопился отползти прочь, схватил кинжал и занял боевую стойку, но руки предательски дрожали, а ноги почти не слушались. Он наблюдал за схваткой, и каждый раз, когда драугр ловко отбивал удары альвов, его сердце сжималось от ужаса.
Мертвец увеличивался в размерах: его плечи становились все мощнее, мышцы разрывали кожу, под его весом, казалось, стонала сама земля. Альвы не отступали — набрасывались на него снова и снова, но получали чудовищный отпор. Один драугр легко теснил целый отряд.
Кто-то из альвов замешкался, мертвец схватил его за голову огромной рукой и взревел. Вольф успел отвернуться, но ясно услышал, как треснул череп.
— Назад!
Мрачнейшая взмахнула факелом, и огонь взвился яркой плетью. Словно змея он обернулся вокруг тела драугра, и тот издал ужасный крик, прежде чем упасть на колени. Воздух наполнился вонью горелой плоти, черный дым поднялся над корчащимся мертвецом. Крепкий цверг шагнул вперед и обезглавил его одним ударом длинного меча. Тяжелая голова покатилась к ногам Вольфа, и тот отпрянул, увидев, что драугр продолжал щелкать зубами и хрипеть.
— Проклятье!.. Что здесь стряслось, звереныш?!
Хуже не желающего умирать драугра оказался обеспокоенный взгляд Герды. Она торопливо шла к Вольфу, а он отступал, так и не опустив кинжал.
— Неужели Завеса пала? — Голос одного из темных альвов прорезал напряженную тишину.
В кругу света от факела Мрачнейшей Вольф увидел Витца. Бедняга смотрел на него большими влажными глазами, прижав уши к голове. Пальцами он теребил серый плащ и выглядел настолько жалко, что сердце Вольфа дрогнуло.
— Ты ведь ничего не делал, друг? — Витц робко шагнул вперед, не отрывая от него взгляда. — Ты ведь не стал?..
— Он убил троих разведчиков, — отчитался темный альв.
Мрачнейшая коротко кивнула и приблизилась к драугру. Начертив на земле несколько рун, она подожгла их факелом, и вместе с ними загорелся мертвец.
— Заберите голову. Ее нужно закопать как можно дальше от этого места, — холодно приказала она.
Воспользовавшись тем, что внимание собравшихся Иных теперь направлено на нее, Вольф опустил кинжал и судорожно придумывал складную ложь.
— Звереныш, — грубо обратилась к нему Герда, — что здесь произошло?
— Мы… Мы с Витцем нашли убитых альвов, — хрипло ответил Вольф. — Их раздели и повесили, а мы сняли их с дерева. На одном из мертвецов вырезан символ Светочи. — Он пытался сплести кусочки правды с ложью, страшась ответственности за свой проступок. — Затем я попросил Витца позвать помощь, а сам остался здесь. После…
— Ты врешь, друг.
Все взгляды обратились к Витцу. Вольф тоже смотрел на него и видел боль в его больших глазах. Боль и разочарование.
— Прежде чем послать меня за помощью, он предложил сделать гнусную вещь. Но я Серорожденный, я не мог…
— Не отвлекайся, троу, — холодно прервала его Мрачнейшая.
— Вольф сказал, что хочет отрезать мертвецу руку, — пробормотал Витц, опуская голову. — Что хочет узнать через это вредоносное колдовство, кто и как его убил. Но я…
Вольф не слушал. Он наблюдал за Гердой, медленно направляющейся к горящему телу драугра. Присев, она сунула руку в огонь и вытащила изуродованную пламенем и сталью культю мертвеца. Стряхнула искры с тлеющего рукава плаща и выпрямилась. Иные хранили молчание.